Архив:

Малофеев: с "особыми" детьми должны работать только специалисты

По оценкам Минобрнауки, сегодня в России 450 тысяч детей школьного возраста с разной степенью отклонений в развитии и здоровье. О том, кто и как с ними работает, в интервью РИА Новости рассказывает директор Института коррекционной педагогики РАО Николай Малофеев.

- Николай Николаевич, насколько коррекционные школы укомплектованы квалифицированными педагогами?

- Педагогов с соответствующим образованием в таких школах не более 20%. В Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Самаре, в больших городах, эта цифра достигает 100%. В отдельных регионах, бывает, на всю школу два-три дипломированных дефектолога; подобные школы следовало бы нещадно закрывать – работать с детьми должны специалисты.

Есть всякого рода ускоренные курсы подготовки коррекционных педагогов, но к их дипломам я отношусь скептически – подчас лучше бы такой специалист вообще не приходил к детям; кроме его «видения» нужны профессиональные знания.

- Каких специалистов не хватает более всего?

- Высококвалифицированных сурдо- и тифлопедагогов, учителей, умеющих работать с аутичными детьми. И на этом фоне явный переизбыток логопедов. Увы, и из них подавляющее большинство способно помочь лишь в относительно простых случаях. Это мастера «ставить звуки» нормально слышащим дошкольникам. Спектр же проблем несравнимо шире: работа с безречевыми детьми, заикающимися, с теми, кто теряет речь в результате тяжелых травм, инсультов и прочее. Таких больных десятки тысяч, а нужных им логопедов раз-два и обчелся. Положение стало меняться к лучшему, но крайне медленно.

- Кто идет в эту сферу, и куда уходят подготовленные специалисты, если в школах их не хватает?

- Педвузы нынче нередко выбирают по принципу «куда легче поступить». Во время моей учебы в институте профессия дефектолога была династийной. Часто в нее шли те, кому знакомы тяготы жизни инвалида на примере близких, ими двигало желание помочь другим. Кстати, за вторым высшим образованием все чаще идут мамы детей с ограниченными возможностями, чтобы помочь своему ребенку - многие из них не удовлетворены качеством помощи профессионалов.

Выпускники же минуют двери ждущих их образовательных учреждений по разным причинам: одни меняют профессию, другие предпочитают заниматься частной практикой – нагрузка меньше, оплата выше. Гуманистические идеалы не всегда выдерживают испытание рыночной экономикой.

- Какая подготовка нужна учителю обычной школы, чтобы работать с «особыми» детьми при инклюзивном их обучении?

- Я предпочитаю говорить об интегрированном обучении, оно имеет много организационных форм, моделей. Инклюзия (включение) одна из них. Интеграция, безусловно, оптимальная форма. Интеграция/инклюзия - идеал, к которому надо стремиться. Но интегрированное обучение, тем более инклюзия, полезны, увы, далеко не всем.

Вряд ли полезен и неподготовленный ввод ребенка-инвалида в обычную группу детсада, в класс. Любовь и доброжелательность - обязательные, но не единственные компоненты интеграции. Воспитатель и учитель обязаны предварительно получить необходимый минимум специальных знаний. Прежде всего, правила общения с ребенком-инвалидом: так, недопустимо облокачиваться на поручень коляски - это вторжение в личное пространство. Особенности общения с родителями интегрированного ученика - они как никто другой нуждаются в участии и понимании их проблем педагогом.

В Германии есть правило: общаясь с родителями, найдите повод сказать о двух позитивных моментах и только затем о том, что у ребенка не получается.

Школьник-инвалид – тоже ребенок, и он может шалить, вести себя плохо, но не каждому можно делать замечание громким голосом или в резкой форме, требовать на уроке ответа, не дав времени собраться. Следует учитывать психическое и физическое состояние ученика в данную минуту, дабы не спровоцировать эмоциональный срыв.

- Как давно ведется у нас подготовка педагогов для системы интегрированного образования?

- По сравнению со странами благоденствия, интеграция/инклюзия начали вводиться у нас «на опережение», без предварительной подготовки специалистов. А, допустим, в Дании уже в начале 1950-х во всех учреждениях, готовящих педагогов, были введены курсы по выбору – по специальной психологии, специальной педагогике, студент обязан был прослушать один из них.

В России, думаю, наиболее профессионально вопрос решается в Москве. На базе Московского института открытого образования 9 лет осуществляется повышение квалификации педагогов в области интегрированного образования, со следующего учебного года в желанный процесс повышения квалификации педагогов включатся еще несколько столичных вузов.

Второе направление – организация региональными институтами развития образования дистанционного обучения и консультирования воспитателей и учителей общеобразовательных учреждений. Подобную работу ведет и наш институт. В ближайшие год-два необходимость получить дополнительные знания почувствуют практически все, кто включен в систему массового образования.

Мария Салтыкова

Источник: rian.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ