Архив:

Несчастный случай на стройке

На 26-летнего Ерлана Ахметова упала 2-тонная плита. Несчастный случай произошёл на стройке. Парню отрезали стопу. Затраты на лечение и прочие расходы достигли 800 тысяч тенге, но никто их компенсировать не собирается.

Вместо больницы – к костоправу

На завод ЖБИ-25 Ерлан Ахметов пришел работать 3 года назад. Устроился строителем. Этой зимой его командировали в Жанажол. 12 февраля утром строители убирали бетонный забор. Плиты поднимали краном, под следующую ставили подпорки. В какой-то момент одна из плит упала на ногу Ерлану. Ногу еще на несколько метров протащили, боль была адская, – вспоминает Ерлан.– Я просил отвезти меня в больницу, вместо этого мастер возил меня в поселке по костоправам, но они отказались помогать. Только после этого меня решили отправить в город. Машину пришлось ждать почти 2 часа. Механик завода привез меня в БСМП и сказал, чтобы я говорил врачам, что травма у меня бытовая.

Я так и сказал. Я не знал, что означает слово «бытовая», поскольку плохо владею русским. Врачи поставили мне в ногу спицы, я ждал выздоровления, но через 10 дней пальцы у меня почернели и их ампутировали. Впереди были еще две операции. Родных попросили купить препараты для улучшения кровообращения, но нога не заживала. Через время мне ампутировали всю ступню, сделали пересадку кожи. Врач стал меня расспрашивать, где я получил травму. Я сказал, что на стройке, и он указал это в истории болезни. Выяснилось, что завод о случившемся никуда не сообщал. Только после того как сестра написала заявление в департамент труда, со мной встретился госинспектор труда. На заводе ему объяснили, что я ставил под плиту подпорку, и в это время она упала. Я говорю: почему у меня не спросите, как все было? Меня выслушали, дали акт, в нем было указано, что 10% в случившемся моя вина, 90% – работодателя. Я согласился, но через время мне принесли другой акт, в нем было уже написано, что я виновен на 20%.

Я стал переживать, что дело вообще могут повернуть против меня, и сам начал собирать объяснительные с тех, кто в момент падения плиты находился рядом. С работы, пока лежал в больнице, мне без конца звонили, уговаривали написать заявление, что все произошло на «шабашке», обещали обучить, дать должность, но я отказался. И приходили потом ко мне. Говорили, напиши, что не имеешь претензий, а то завели уголовное дело и никому покоя нет. Я опять отказался. Тогда меня попросили написать, что я хочу получить в качестве компенсации за полученный вред квартиру, деньги на протез, лечение. Обещали рассмотреть заявление на собрании руководства. Я написал, но после этого никто с предприятия у меня больше не появился. Больничный мой не оплачен. Всего на лечение, проезд у меня ушло около 800 тысяч тенге. Ходить я не могу. На прием к врачу, на физиолечение приходится ездить на такси. Следствие по делу ведет Кандыагашский РОВД, туда я тоже езжу на такси. Я просил мне помочь, сестра даже в прокуратуру писала, но на заводе мне сказали: «Ничего не добьешься, только мастера и крановщика посадишь».

Врачи поставили мне в ногу спицы, я ждал выздоровления, но через 10 дней пальцы у меня почернели и их ампутировали Ерлан

– С момента травмы прошло почти 4 месяца, – говорит Ерлан. – На предприятии дважды дали сестре по 50 тысяч на лекарства и все, долг по заработной плате не выдают, больничный не оплачивают. Недавно я получил письмо из центра протезирования в Алматы. Там могут сделать протез ступни, но он стоит 200 тысяч тенге, лежать надо 3 месяца, а денег нет. Сейчас я подал на предприятие в суд.

Где я возьму «трёшку»?

Когда готовился материал, завод ЖБИ-25 оплатил Ерлану Ахметову больничный лист. Нам даже прислали копию расходного ордера. Ерлану выплатили 41800 тенге. Всего с февраля, судя по документам, он получил 165800 тенге.

– По этому факту почти 2 месяца шло расследование, идет следствие, – сказал «Д» директор завода Ербол Кучербаев. – Пострадавшему мы помогаем с первых дней, но он добивается, чтобы я купил ему трехкомнатную квартиру, протез за 6 тысяч долларов и платил пожизненную зарплату.

Имеете право

– Действующий Закон «О труде» больше на стороне работника, чем работодателя. У работодателя по нему 10 основных прав и 23 обязанности, у работника – 7 обязанностей и 25 прав, но все чаще работникам отстаивать свои права приходится в суде, – говорит адвокат Западно-Казахстанской областной коллегии адвокатов Раушан Изтилеуова. – Если несчастный случай произошел на производстве, ни в коем случае пострадавшему не надо писать заявление, что он не имеет претензий. После этого защитить свои права будет сложнее. Такую расписку можно дать только после получения всех выплат.

При несчастном случае работодатель обязан организовать первую медицинскую помощь пострадавшему, доставить его в больницу. За несвоевременное сообщение о несчастном случае на производстве работодатель несет ответственность перед законом. Работник согласно ст. 951 Гражданского кодекса имеет еще право на возмещение не только материального, но и морального вреда, размер его не ограничен. На дела, касающиеся производственных травм, не распространяется срок давности.

Недавно я защищала работника уилской райбольницы, который получил увечье, связанное с производством, 25 лет назад. У мужчины перелом позвоночника, он на всю жизнь остался инвалидом. Что касается ситуации с Ерланом Ахметовым, 7 февраля 2005 года вступил в силу Закон «Об обязательном страховании ответственности работодателя за причинение вреда жизни и здоровью работника при исполнении трудовых (служебных) обязанностей». После этого отпала необходимость при несчастных случаях на производстве выявлять степень вины сторон. Есть утвержденный Министерством труда акт о несчастном случае формы Н1. Он составляется комиссионно, председателем комиссии обязательно выступает госинспектор труда от департамента по контролю и соцзащите, который проводит тщательное расследование. У Ерлана Ахметова такой акт есть, в нем даже определили степень вины работодателя и его самого. Хотя вина работника может и не учитываться. Работодатель обязан был застраховать его жизнь и здоровье нормами вышеуказанного закона, платить страховую сумму и из этих денег производить выплаты. Кроме этого, работодатель должен был обязательно составить коллективный договор, в нем оговорить все социальные выплаты и гарантии при наступлении несчастного случая.

С 2000 года Казахстан стал членом Международной организации труда, и на предприятиях коллективные договора должны составляться обязательно. С Ерланом Ахметовым несчастный случай произошел на производстве, и предприятие обязано произвести все выплаты согласно трудовому договору и возместить затраты на лечение. Это предусмотрено статьями 937, 942, 944 Гражданского кодекса. Деньги должны дать даже на предполагаемое лечение, но при наличии подтверждающих документов. По истечении 4 месяцев Ерлану должны определить группу инвалидности. Отдельно от государственных социальных выплат он будет получать от предприятия деньги в возмещение причиненного вреда здоровью. Он имеет полное право получать заработную плату. За протезирование, санаторно-курортное лечение должен платить работодатель. Если нет, право восстанавливается через суд, но на 800 тысяч тенге, которые, по словам Ерлана, он потратил на лечение, ему надо предоставить подтверждающие документы. Проезд в такси тоже возмещается, но для этого надо взять справку из службы такси.

Источник: meta.kz

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ