Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Небо - для всех

Александру Соклакову – пятьдесят. У него есть все, чтобы сказать, что он состоялся в этой жизни: любимая и любящая жена, две взрослые дочери, дело, благодаря которому он обеспечивает свою семью. Казалось бы, чего же еще? Но в 47 лет Александр Петрович совершил поступок, который большинство вполне здоровых людей считает за пределами своих возможностей, – прыгнул с парашютом.

Для человека с ампутированной ногой это факт безграничного мужества. Сейчас на его счету 84 прыжка. Соклакова знает вся элита парашютного спорта страны. Он член Федерации парашютного спорта России, член правления курской региональной организации «Союз десантников России». Награжден знаком Минобороны «За отличие», медалями «За верность десантному братству» и «За заслуги», памятной медалью «Генерал армии Маргелов В.Ф. 100 лет» и орденом Маргелова, двумя почетными грамотами Курского горсобрания за большой вклад в дело патриотического воспитания молодежи и поддержку традиций войскового товарищества.

– Александр Петрович, откуда такая безграничная любовь к небу? Почему вдруг решили прыгать с парашютом?

– Это заложено с детства. Мой родной дядя, старший брат отца, был подводником, жил в Ленинграде. Воевал в Великую Отечественную. Он был для меня примером мужественного человека, настоящего мужчины. Я гордился им и мечтал стать военным. Потом определился, что буду служить только в ВДВ. После окончания 8 класса уехал в Харьков, поступил в училище, занимался спортом, участвовал в соревнованиях по боксу – и довольно успешно. Имел второй юношеский разряд. Готовился к службе в армии, но моя мечта неожиданно рухнула. В 16 лет я потерял левую ногу.

– Что за трагедия случилась?

– Это произошло 7 ноября 1975 года. На улице избивали человека, и я заступился за него. Вдруг почувствовал на ноге что-то горячее. Оказалось, в меня кинули нож и попали в артерию бедра. Из нее бил фонтан крови. Все разбежались кто куда, и даже тот, за кого я заступился, тоже бросил меня. Я зажал рану рукой, шарфиком перетянул ногу, потом присел и потерял сознание. Прохожие отправили меня в больницу. Но медицинская помощь была оказана слишком поздно, и ногу пришлось ампутировать выше колена. Для меня это была трагедия. Инвалидность полностью перевернула мою жизнь. Пришлось распрощаться с мечтой стать военным.

– Трудно было привыкать к протезу?

– У меня было желание жить достойно, вести нормальный образ жизни, как все здоровые люди. Под Новый год меня выписали домой, в январе направили на протезное предприятие, а весной я уже ездил на велосипеде и лазал по крышам, устанавливая антенны (был заядлым радиолюбителем). Знаете, все зависит от человека. Со мной в стационаре протезного предприятия лежал молодой мужчина, крепкий на вид. У него нога была ампутирована ниже колена. Однако он протез так и не смог надеть, уехал домой на костылях. Есть такие люди: внешне – здоровые, а в душе – слабые.

– Как сложилась ваша жизнь после трагедии?

– Окончил в Туле училище по специальности «механик швейного оборудования», получил пятый разряд. Распределили в Курское объединение «Швея». Генеральный директор Иван Стародубцев сразу распорядился принять меня и выделить общежитие. Так началась моя трудовая деятельность на швейной фабрике. Все свои молодые годы я проработал в женском коллективе. Там встретил свою будущую жену Светлану. Когда мы полюбили друг друга, мне было 24 года, а ей всего 15. Бывает так: пройдет мимо тебя сто женщин, и никто из них ничем не запомнится. А одна только взглянет – и навсегда в твоем сердце. Так было и у нас. Злопыхатели язвили по поводу нашей разницы в возрасте. Но мы вместе уже 25 лет и очень счастливы.

– Семья поддерживает ваше увлечение?

– Не только поддерживает, но и разделяет. Я всегда следил за достижениями наших спортсменов-парашютистов, фильмы о них смотрел. И этот интерес передал дочерям. Они тоже несколько раз прыгали с парашютом в курском аэроклубе.

И жена, и дочери понимают, что для меня это – еще один способ утвердить себя в жизни. Быть без ноги – это мука. Ведь в остальном я вполне здоровый крепкий человек, каждый день делаю зарядку, отжимаюсь от пола по 30 раз, обливаюсь холодной водой. Так хочется побегать, походить на лыжах, но не могу – нет колена. а в небе я чувствую себя вполне здоровым.

– Помните свой первый прыжок?

– Это было три года назад на аэродроме Сиворицы в Гатчине, под Питером. Прыжок был ознакомительный, в тандеме с инструктором с высоты 4 тысячи метров. Меня поразили безбрежный воздушный океан, пушистая пена облаков, багровое солнце... Я стремился охватить взглядом открывшуюся передо мной красоту, которую невозможно описать словами!

– А не страшно было на такой высоте?

– Страх, волнение присутствуют всегда, и у летчиков, и у космонавтов. Без этого нельзя. Просто надо преодолеть его. Иначе человек не сможет совладать с какой-нибудь сложной ситуацией.

– У вас было такое?

– Да, во время первого самостоятельного прыжка. Я совершил его с 800 метров на совершенно неуправляемом десантном парашюте Д-5. К тому же погода в Питере быстро меняется. Вдруг подул сильный ветер, и меня занесло на газовую подстанцию – небольшую территорию, обнесенную бетонным забором. Я приземлился на угол дома, из которого выбежала испуганная женщина–оператор. «А я к вам с неба!» — объяснил я ей. Но несмотря на этот курьезный случай мне разрешили прыгать дальше.

Однажды во время подготовки к прыжкам инструктор спросил меня шепотом: «А что у тебя с ногой?» Я также шепотом ответил: «Ампутирована выше колена». Он: «Уважаю». Иногда после прыжков меня останавливают незнакомые люди и говорят: «Разрешите пожать вашу руку, мы преклоняемся перед вашим мужеством».

– Среди ваших товарищей по парашютному спорту есть еще инвалиды?

– В 2008 году меня пригласили на соревнования среди ветеранов в Абхазию. Там я познакомился со многими известными спортсменами-парашютистами. Евгений Прокопенко (у него — 18 мировых рекордов) солдатом-срочником прыгал на Памир в 1968 году. Сам Маргелов вручал ему медаль «За отвагу». Евгений Николаевич до сих пор работает в институте парашютостроения. Сергею Киселеву – 76 лет, а он прыгает и до сих пор работает в центре подготовки космонавтов. Анатолий Сырчин – наш руководитель, летчик, заслуженный тренер РФ, судья международного класса. Среди известных спортсменов было четверо инвалидов. В отличие от меня все они получили группу уже после того, как состоялись в парашютном спорте. Но меня признали и после соревнований направили в Киржач Владимирской области.

– Чему вы там научились?

– Я познакомился с Сергеем Фоменко, инструктором AFF. Это американская программа ускоренного обучения свободному падению, в котором надо хорошо владеть своим телом. В этом мне помогла подготовка в аэродинамической трубе в городе Чехове. Это такой «стакан» три на три метра, где снизу подается воздух, а ты летаешь. Мне было сначала трудно, потому что левая нога с протезом легкая, а правая – тяжелая. Поначалу никак не мог справиться со своим телом, а потом разозлился и думаю: как это я не могу?! И научился. Освоил свободное падение, кстати, я единственный в России с ампутированной ногой прошел тренировки в аэродинамической трубе.

– Над чем сейчас работаете?

– Отрабатываю горизонтальное скольжение, то есть управление телом в свободном падении – выполнение фигур «сальто», «спираль», контроль высоты по высотомеру, занимаюсь групповой акробатикой, одним из самых популярных видов спортивных прыжков.

– В соревнованиях собираетесь участвовать?

– В нынешнем году я участвовал в соревнованиях на точность приземления. В 2010-м будут международные соревнования в Абхазии. Я уже приглашен. В связи с этим Федерация авиационного спорта России направила письмо губернатору, в котором просит выделить средства на покупку парашютной системы, чтобы я смог подготовиться к предстоящим соревнованиям. Мне сказали, что Александр Михайлов подписал письмо и внес эти расходы в бюджет на 2010 год. Нашли мы общий язык и с председателем областного комитета по физкультуре и спорту Александром Марковчиным.

– Вы довольны тем, что осуществили свою мечту, пусть даже в зрелом возрасте?

– Можно в любом возрасте это сделать, когда есть мечта. Я вам скажу больше: я самый счастливый человек на свете! Небо – для всех!

Источник: gi-kursk.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ