Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

Дарить миру радость

Сёстры Сергеевы живут и работают в столице, преодолевая трудности - физические и материальные

Ольга и Ирина Сергеевы не стремились к известности и популярности, они просто хотели творить. Вместо этого, большую часть своего детства им приходилось бороться. Они боролись с болезнью, которая приковала их к инвалидной коляске, боролись с обстоятельствами, ведь не справедливо, что, родившись на небольшой станции в Амурской области, человек обречен видеть только картинку из своего окна.

Наконец боролись с собой. Когда заставляли непослушные, слабые пальцы, которые и чашку-то с трудом удерживали, сначала просто двигаться, потом рисовать, вышивать.

Сейчас прозрачные пейзажи Ирины и диковинные шкатулки из бисера Ольги разлетелись по миру - друзья увезли их в Украину, Белоруссию, Австралию, Англию, Германию, Италию, Бельгию, Испанию и другие страны. Сестры Сергеевы уже почти 20 лет как москвички. Их работами восхищаются профессионалы. Художник Михаил Шемякин, узнав о талантливых девушках, прислал из Америки посылку с красками, кистями и специальной бумагой для работы с акварелью. Он написал: «Потрясен вашим истинным мужеством, стойкостью и благородной верой в Жизнь и Человека».

Многим сейчас этой самой веры и не достает. Проблемы сыплются одна за другой. На улице прямо по Пастернаку «достать чернил и плакать», хоть и не февраль вовсе, но слякоть точно - грохочущая. Настроение... да какое настроение, когда солнца третью неделю не дождешься. Депрессия! А у сестер Сергеевых, что ни пейзаж - сияние красок, что ни шкатулка - многоцветье стразов и крохотных бисеринок. Диковины выходят - глаз не оторвать. Словно день-деньской колесят девушки в поисках впечатлений. Уж больно все лучезарно. Как получается, что мир у них яркий и радостный? Где черпают силы для творчества? Так и хочется спросить: «Как жить и жизни радоваться?»

С тем и отправились корреспонденты «Вечерки» к сестрам Сергеевым.

«Мужественные и стойкие» сестры живут в типовой многоэтажке в Северном Бутово.

- У девочек дома удивительная атмосфера, как в художественном салоне или в музее. На стенах картины - это все их работы. На всякий случай, захватите с собой бахилы, а то вдруг они постесняются предложить вам обувь снять, - предупредила Наталья Фатигарова, ученый секретарь музея-центра «Преодоление» им. Н.А. Островского. Некоторые работы сестер Сергеевых нашли свое место в экспозиции этого музея. Здесь же несколько лет назад прошла их персональная выставка. - И обязательно храм рассмотрите, ювелирное творение Ольги, - наставляла Наталья Васильевна. - Он из бисера, долгие месяцы кропотливого труда.

Все правильно, и картины по стенам и храм Покрова на Нерли - на почетном месте. Он и впрямь удивительный - легкий, воздушный, даром, что в нем чуть ли не полкило бисера. Сестрам его несколько раз предлагали продать, но они не согласились, он для них что-то вроде оберега или талисмана.

- Иногда бывают нудные серые дни, вот как сейчас, но, если какую работу начал, ничего вокруг не замечаешь. Душой отдыхаешь, и работаешь с удовольствием. И силы откуда-то берутся, - Ирина, словно, мысли мои читает - вот в чем секрет. Не зря, значит, пришли...

В Москву! В Москву!

С детства сестры мечтали попасть в Москву.

- Авантюристки мы, - говорит Ирина, наводя на своем небольшом столике, приделанном к инвалидному креслу, идеальный порядок Журналы, карандаши-ручки - в одну стопочку, зеркальце, тушь и блокнот - в другую. Все под рукой, чтобы лишний раз помощи не просить, а в глазах от воспоминаний загораются озорные огоньки. - Молодые были, отчаянные!

- Бредили мы Москвой, это правда, - вторит ей Ольга. - Думали Москва - это такой большой город. Жизнь, значит, в нем тоже другая - интересная, наполненная событиями. И будем мы в Москве востребованными художницами, выставки у нас будут, познакомимся с творческими людьми, учиться сможем.

Мечтали, надеялись, а как попасть в далекую столицу сестры Сергеевы и знать не знали.

- Жили-то бедненько. Родители на железной дороге днями пропадали, старались лишнюю копейку заработать, - вспоминает Ольга, а Ирина с грустью подхватывает.

- Как маленьких себя вспоминаем, даже жалко становится: игрушек не было, куклы на перечет. А что вы хотите? Родители получат зарплату, долги раздадут, и нет ни гроша, новые долги копятся, а хотелось кукол красивых, посудку для них. Хотелось играть с другими детьми.

Даже сейчас в инвалидных колясках выехать на улицу рискуют немногие, а представьте 1980-е годы и маленькая станция Ерофей Павлович, затерянная в лесах Амурской области. Мир девочек ограничивался стенами небольшой квартирки.

- Как только я всерьез увлеклась рисованием, всех своих кукол сразу забросила, - вспоминает Ирина. - И даже думать про них забыла.

- Я - нет, одна из кукол со мной даже в Москву приехала, - замечает Ольга.

Они и впрямь такие разные, но очень похожи в одном, если уж начали какое дело, обязательно доведут до конца. И, если уж решили «в Москву!», так тому и быть. Ведь они сестры.

- А когда поняли, что из вас художницы получаются? - спрашиваю девушек.

Ольга: Еще в школе. У нас была очень хорошая учительница по русскому языку, она нас вела все годы, пока мы учились на дому.

Ирина: Говорила, девчонки у вас талант, чего вы сидите? Отправьте свои рисунки куда-нибудь. И будет у вас в жизни дело. А мы как раз школу закончили, аттестат получили и заскучали.

- Работу не пробовали найти или физически сложно было трудиться?

Ирина: Искали, да нас никто и слушать не хотел. Говорили, что вы всех баламутите? Кто вы такие? Пенсию получаете, сидите дома под крышей? И дальше сидите. А мы в комсомол хотели вступить.

Ольга: Ой нам так обидно. Нам говорили, зачем инвалидкам в комсомол, что вы делать сможете?

Ирина: Помыкались мы, взяли, да и написали в «Огонек». Многие тогда его выписывали. Ничего для себя не просили. Написали, что мы рисуем. Может, вам сможем быть чем-нибудь полезными. Спасибо там люди хорошие попались, неравнодушные. Переслали наши работы в заочный народный университет г. Москвы.

И стали сестры Сергеевы студентками факультета станковой живописи.

«Москва. Кремль. Горбачеву»

Казалось, так долго учиться - целых 5 лет, но время незаметно пролетело. Каждый месяц девушки отправляли свои работы почтой. Это сейчас из Москвы в Москву письма, порой, не дождешься, а тогда почта четко работала. Закончили сестры университет с отличием и вновь задумались: что же дальше? За это время появились новые друзья - преданные и надежные, которые как могли, поддерживали сестер, чтобы не погас в них творческий огонек, чтобы руки не опустились от равнодушия некоторых чиновников. Самым близким девочки отправляли на праздники открытки. Рисовали с любовью пейзажи, мастерили сувениры - руки-то у них золотые. И вот однажды взяли и отправили небольшую акварельку Михаилу Горбачеву. На конверте написали: «Москва. Кремль. Горбачеву». А в открытке пожелания с Новым годом!

Ирина: Лишнего не писали, ничего для себя не просили, просто поздравили. Отправили открытку и забыли. А через два месяца к нам корреспондент из столицы приехал. И закрутилось. Одни журналисты, потом другие - из Благовещенска, из районного центра.

Ольга: А когда про нас в «Работнице» написали, со всей страны письма мешками стали приходить. Тут вдруг местные власти всполошились. Родителей, хоть они и не партийные, на ковер в партком вызвали, выясняли, что за инвалидки, что им нужно? Это был самый трудный, но и самый интересный момент в жизни.

Москва была близко-близко, только руку протяни. Купи билет в столицу, и вот ты уже в Белокаменной. Но в тоже время столица и очень далеко, когда девушки вопросам задавались: а кому ты там нужен? Будь ты хоть трижды талантлив...

Ирина: Мы тогда ничего не боялись, и рискнули, фактически сбежали в Москву. Услышали историю про мальчика с похожим диагнозом, которого Валентин Дикуль на ноги поставил, и решили к нему пробиться.

Ольга: Как в Москве оказались, поехали к нему в цирк, думали, он там работает, а нам говорят, поезжайте в реабилитационный центр (центр тогда только-только открывался - прим. авт.). Он нас принял и сразу сказал: «Дома вы не выживете, вам в Москву надо».

Ирина: На врачей Дикуль сказал: «Сволочи, что довели до такого состояния». Мы тогда жутко скрюченные были, однако сразу на лечение он нас не взял. Сказал: «Поезжайте девочки домой, позанимайтесь пока самостоятельно, а я вас вызову». Мы не поверили, расстроились, подумали, отделался от нас. Плакали, но гимнастику все же делали. А примерно через год пришла телеграмма.

Ехали девушки в Москву с внутренним ощущением, что обратно уже не вернутся. Шел 1990-й год...

Не всякий зверь пейзаж украсит

Ольга и Ирина не витали в облаках. Они знали, что ходить никогда не будут, но все равно упорно занимались по уникальной методике Дикуля. Со временем окрепли руки, и сестры смогли взяться за большие картины. Дикуль в своем центре организовал сестрам первую выставку, на ней было много иностранцев. Наконец мечты сбывались. Они - в Москве, у них своя квартира, они - художницы.

Ирина: От хвалебных речей у нас голова кругом пошла. Говорили, что наши работы не похожи, а мы и не видели, как другие работают. Ну были мы в Третьяковке, попадались нам картины самодеятельных авторов в Коломенском, на Арбате. И все Нам даже пример не откуда было брать.

- Новички вольно или невольно подражают мастерам, с вами было такое?

Ирина: Мне очень нравятся пейзажи Шишкина, но их копии я никогда не делала. Университетский педагог предупредила, что, копируя, можно свой почерк испортить.

«Тишина», «Вечернее море», «Зимняя сказка», «Хрустальный лес», «Луч солнца» - многие пейзажи Ирина писала по памяти. На инвалидной коляске далеко не уедешь, а родители старенькие уже.

«Мои девочки» - ласково называет сестер их мама - Анна Матвеевна. И ловко двигает коляски, видя кислую мину фотографа, который хочет и девушек запечатлеть и умудриться взять в кадр одну из последних работ Ирины «Осень в парке».

Замечаю, что в редкие пейзажи сестер «залетает» птичка или зверек, не говоря уже о человеке. Только на одной картине пронзительно светится девичий силуэт, работа называется «Одиночество».

Ирина: На мой взгляд, зверушки и птички в некоторых пейзажах лишние.

Иногда знакомые просят нарисовать портрет любимой собаки, рисую с удовольствием. А еще нас часто спрашивают, почему вы не делаете совместные работы? Мы лишь однажды попробовали сделать пейзаж вдвоем и больше не экспериментировали. Я хочу, чтобы моя работа была моей от начала и до конца.

Ольга: Многие думают, что, если живем рядышком, мы одинаковые. Нет, мы абсолютно разные. И мнения у нас разные и взгляды часто не совпадают.

- Выходит, критикуете друг дружку при случае?

Ирина: То, что у меня шкатулки не так хорошо получаются, мне Ольга говорит, но я и сама знаю. Я люблю пейзажи: зимние, осенние, а вот море - это не мое. Морские пейзажи у Ольги хорошо получаются.

Все у нас хорошо

В центр Дикуля сестры и сейчас приезжают на лечение каждый год. Несколько месяцев изнурительных процедур, зато сколько впечатлений. Рядом с центром парк, Ботанический сад, а ведь в своем районе на колясках не разъездишься. До магазина и обратно - вот и весь маршрут.
Забуксовали они как-то в инвалидных колясках перед огромной лужей. Пока знакомые, которые их катили, решали, как перебраться через море разливанное, откуда ни возьмись, мальчишка вывернулся. И прямо остолбенел, видно инвалидов в колясках впервые увидел.

Ольга: Говорит: «А вы кто?» И глаза выпучил. А у меня вырвалось, просто случайно: «Марсианки, говорю, разве не похожи?». Он как рванул за друзьями с криком: «Пацаны, тут марсиане». Пока те бежали, наши друзья тоже приколисты не стали объезжать лужу, прямо вброд пробрались до ближайшего подъезда. Спрятались, смотрим в окно. Мальчишки прибежали, а на луже только круги от колес. Улетели?!

Ирина: Мы только нынешним летом почувствовали, что в столице Год равных возможностей наступил - в нашем районе бордюры убрали. Передача была по телевизору, и одна девушка-инвалид Лужкову задала вопрос: «Почему инвалиду невозможно перейти дорогу?» Так после этого бордюры, наконец, убрали, хоть немного полегче стало. Еще бы пандусы в магазинах сделали, а то они сейчас только в супермаркетах. Как раз в тех дорогих магазинах, которые мы чаще всего стороной обходим.

Ольга: Нет-нет, мы не жалуемся, все у нас хорошо. Только все равно почему-то грустно. Грустно от того, что удивительными работами сестер любуются, в основном, близкие и друзья, организовать персональную выставку в столице - дело затратное. Что многие пейзажи приходится рисовать по памяти, потому как выехать за город не просто проблема - огромная проблема.

«Не в Европе мы, - с горечью замечает Ирина, - где волонтеры из Красного Креста не оставят в одиночестве». Грустно, что стареют родители, что день на день похож. Но сестры знают когда отступает грусть-тоска, когда они берут в руки кисть или иголку с ниткой. Одним словом, когда цель замаячит где-то вдалеке, тогда как раньше появляется у сестер юношеский азарт - вновь бросить вызов судьбе.

И, по-моему, пришло время отправлять новую открытку «Москва. Кремль. Медведеву».

Справка «ВМ»

Первые выставки Сергеевых прошли в начале 1990-х годов на Дальнем Востоке и в Сибири (Шимановск, Тында, станции БАМ), в Белоруссии (Гомель), в Московской области (Балашиха) и в Москве.

Справка «ВМ»

Валентин Дикуль - врач, академик РАМН, создатель методики реабилитации больных со спинномозговыми травмами, бывший артист цирка.

В 1962 году Дикуль упал с большой высоты во время выполнения трюка в цирке. Приговор врачей был безжалостен: «компрессионный перелом позвоночника в поясничном отделе и черепно-мозговая травма». Валентин Дикуль должен был провести оставшуюся часть жизни в инвалидной коляске. В течение пяти последующих лет он занимался: поднимал гантели, сначала маленькие, затем усиливая нагрузку.

Потом разрабатывал мышцы спины. В результате он не только сумел встать на ноги, но и вернулся на арену, где выполнял рекордные трюки. Его первым номером после травмы был трюк «акробатический мотоциклист». Впоследствии он стал выполнять исключительно сложные трюки с метанием гирь, был всеобщим любимцем публики и известным цирковым силачом.

Одним из главных достижений Дикуля стала его собственная методика реабилитации. В 1988 году открылся «Российский центр реабилитации больных со спинномозговыми травмами и последствиями детского церебрального паралича» - центр Дикуля.

В последующие годы в одной только Москве открылось еще 3 центра Валентина Дикуля. Затем под научным руководством Валентина Ивановича появился несколько реабилитационных клиник по всей России, в Израиле, Германии, Польше, Америке и т.д.

Дикуль до сих пор консультирует пациентов в своих центрах и воодушевляет сотни тысяч людей своим примером на занятия в реабилитационных залах после серьезных травм.

ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ

В какой области инвалидам проще реализовать свои таланты?

Татьяна ПОРТНОВА, депутат Мосгордумы:

- Все зависит от заболевания, они ведь бывают разные: кто-то - опорник и не может двигаться, кто-то - инвалид по слуху, кто-то - по зрению. И зависит от талантов человека. Сейчас, например, многие ребята-инвалиды талантливы в компьютерной сфере. Иногда у них это единственная связь с миром. Поэтому в этом деле они здорово преуспели. Так, талантливые ребята с математическим умом создают сайты, целые блоги и интерактивные порталы. Порой зарабатывают на этом деньги. Это хорошее поле деятельности. А ребятам, у которых ограничений по движению меньше, надо пробовать себя в различных сферах. Главное - не бояться. Ведь сейчас у инвалидов много возможностей.

Ольга Щербакова

Источник: Газета «Вечерняя Москва»

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ