Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

"Согласно выводам медицинской комиссии..."

Житель Кировограда Андрей Дмитриевич Макота отрезал своей 71-летней жене гниющую ступню после того, как в нескольких местных больницах отказались делать операцию бесплатно. Три месяца(!) Андрей Дмитриевич обивал пороги кировоградских больниц и горздрава, умоляя врачей прооперировать жену и объясняя, что его супруга, Ольга Андреевна, умирает в страшных муках. Медики требовали оплатить операцию. Речь шла примерно о трех тысячах гривен. Таких денег у пенсионеров не нашлось...

Андрей Дмитриевич и Ольга Андреевна прожили вместе пятьдесят лет. В январе этого года супруги планировали скромно отметить золотую свадьбу. Однако торжество не состоялось: в конце 2008 года Ольгу Андреевну начали беспокоить боли в правой ноге. Врачи констатировали закупорку питающих сосудов. Сначала у женщины потемнел мизинец, потом появилась дырка в пятке. А дальше ткани начали отмирать просто на глазах. В день их золотой свадьбы Ольга Андреевна была уже прикована к постели. Андрей Дмитриевич сидел на краю дивана, держал жену за руку и плакал. Их единственный сын умер несколько лет назад. Не осталось ни родни, ни внуков. А тут еще Ольгу Андреевну подкосила эта внезапная тяжелая болезнь.

- Сначала я обратился в областную больницу, - рассказывал, вытирая слезы дрожащей от старости рукой, Андрей Дмитриевич. - Оттуда направили в первую городскую, потом в третью, потом опять в четвертую... Оперировать никто не хотел. Говорили, что сердце не выдержит. Я просил, чтобы Олю оставили в больнице. Что я с ней дома буду делать? Врачи сказали, что пребывание такой больной в больнице обойдется от 600 до тысячи гривен в день! Где мне взять их?! Моя пенсия всего тысяча гривен, у жены - девятьсот. Я инвалид второй группы. Почти все деньги уходили на лекарства. Сбережений никаких.

Бесплатную медицинскую помощь, на которую так рассчитывал дедушка, предоставлять никто не собирался. Андрей Дмитриевич ходил на прием в горздрав, потом к заместителю мэра. Просил, чтобы жене сделали операцию. Его снова направили в третью городскую больницу, а там врачи снова отказались от операции...

Узнав о тяжелом состоянии подруги, бывшая сотрудница Ольги Андреевны помогала Андрею Дмитриевичу ухаживать за больной. Последние девять месяцев Неля Станиславовна неотлучно находилась у постели Ольги Андреевны.

- За девять месяцев нога превратилась в гниющую массу, - рассказывает Неля Станиславовна. - Оля мучилась страшно, я колола ей морфий. Так болело, что она умоляла отрезать ей ногу любым способом. Бывало, сяду рядышком, поглажу ее рукой. Она, бедная, вздохнет и говорит: "Спасибо, Неля. Мне уже легче..." До последнего надеялась, что сможет ходить. Мечтала, что ей отрежут ногу, поставят протез...

Последние месяцы ступня болталась на трех черных сухожильях. Я привязывала ступню бинтами к голени, чтобы не мешала. Оля просила отнять ее. Но я побоялась. А вдруг я что-то нарушу? Или сделаю еще хуже? Нет, говорю, я не буду этого делать. Тогда Андрей Дмитриевич сам перерезал сухожилия...

- Ступня так страшно пахла, - плачет Андрей Дмитриевич. - Это было невыносимо... Я взял большие ножницы и стал резать. Нет, спиртом не обрабатывал. Просто так резал. Кость не ломал - она уже сгнила. Все было в гное, текло, воняло... Оля немножко покричала и затихла. Потом она попросила, чтобы я положил ступню ей в гроб...

После "операции" Ольга Андреевна прожила еще десять дней. Все это время отрезанная ступня хранилась на улице в ведре, замотанная в целлофановый пакет. Однажды ампутированную конечность увидела соседка. Андрей Дмитриевич объяснил, что это нога его жены и что он сам ее отнял, потому что у них не было денег на операцию... Соседка тут же побежала в редакцию кировоградской газеты "Украина- Центр". Задыхаясь от негодования, женщина попросила рассказать об этой истории всему городу: "Это так жутко, так дико... Боже мой, до чего нас довели в этой стране!"

На следующий день после того, как в местных газетах появилась информация об этом случае, Ольга Андреевна тихо скончалась. Последние дни женщина почти не приходила в сознание. Перед смертью она попросила мужа положить отрезанную часть ноги ей в гроб. Андрей Дмитриевич выполнил последнюю просьбу супруги: Ольгу Андреевну похоронили с отрезанной ступней, которую муж приложил в гробу к ее ноге...

Заведующий отделением костно-гнойной терапии больницы скорой медицинской помощи Кировограда (в это отделение дважды госпитализировали Ольгу Андреевну и дважды отсюда отправляли ее домой) Александр Болдурат встретил нашего корреспондента не в лучшем расположении духа. Пожаловался на кировоградских журналистов, раздувших эту историю. Возмущался: мол, теперь ему приходится иметь дело с медицинской комиссией, которая выискивает недостатки в работе вверенного ему отделения. Сетовал на трудности своей неблагодарной профессии: "Нам спасибо должны говорить за то, что мы выгребаем социальное дно города! Наркоманы, ВИЧ-инфицированные, бомжи - все идут через нас. А мы еще приносим одежду и еду из дому, чтобы их кормить и одевать! И это за тысячу гривен зарплаты!"

Эмоциональный рассказ врача мы напечатали, не редактируя.

- Первый раз ее (Ольгу Андреевну Макоту. - Авт.) привезли в декабре 2008 года, - говорил Александр Болдурат. - У нее была закупорка сосудов на ноге, развилась гангрена. И тут ко мне приходит мой старый товарищ и говорит: мол, эта женщина - жена его брата. Я ему объясняю: надо ампутировать ногу выше колена, это единственный способ спасти ей жизнь. Муж этой женщины заявил мне: "Да вы что! О чем разговор! Мы поедем к бабкам, экстрасенсам и все вылечим". В общем, они отказались от госпитализации.

- Сами написали отказ?

- А почему они должны его писать? Он писать не хотел. Мы написали отказ со слов пациентки. Подпись пациентки или ее родственника была не нужна.

- Вы называли дедушке стоимость операции по ампутации ноги?

- У нас никто не говорит пациентам: мол, вы мне должны деньги! Родственникам больных дают списки лекарств и называют стоимость расходных материалов во время операции, это от 200 до 500 гривен. Спрашиваете, во сколько обойдется подобная операция? Примерно полторы тысячи гривен.

В августе этого года мне снова позвонил друг. Попросил еще раз осмотреть жену его брата. Я удивился: "Она что, еще жива?" Видимо, болезнь развивалась по типу сухой гангрены. Поэтому сразу бабку не убила. Я приехал к ним домой, осмотрел бабульку. Она была уже никакая: печень висит, отечность, мочи нет, заражение крови, стопа черная, некроз от колена, вонь... Только опарышей (личинок мух. - Авт.) не было. Я сказал, что операцию она не выдержит, даю всего один процент из ста. "Ладно, привози, - говорю другу. - Если успеем, завтра сделаю операцию". Дед задает вопрос: "Во сколько это мне обойдется?" Я навскидку назвал сумму - две или две с половиной тысячи гривен. Дед говорит: мол, в областной больнице просили за операцию три с половиной тысячи гривен. "Мы, наверное, к вам поедем, - говорит. - У вас дешевле".

Привезли бабульку, мы начали ее капать, приготовили операционную. И вдруг у нее рухнуло давление, и она начинает умирать. Как говорил один профессор, "на трупах наша кафедра не оперирует". Я объяснил дедушке, что во время операции его жена умрет, а с того света мы ее уже не вытащим. "Ну, тогда я забираю ее домой, - говорит он. - Только отрежьте ей стопу". Как я ее отрежу? И что мне потом с ней делать? Надо же как-то эту стопу оформить!

Дедушка забрал бабку домой. Она села в свое кресло, очухалась. Через три дня дед пошел в горздрав и потребовал, чтобы за бабулькой кто-то ухаживал. "Скорая" опять привезла ее к нам. Состояние больной еще хуже, чем было. Ампутация ноги противопоказана. Держать ее в отделении невозможно - воняет страшно. Если бы в палату к вашему родственнику такую больную положили? Понимаете, да? Я дал деду список лекарств, он удивляется: мол, это каждый день надо столько покупать? Нет, говорит, у нас таких денег нет, забираю жену домой...

Отклики на нашу публикацию оказались неоднозначными. В тот же день в редакцию позвонил мужчина, представившийся чиновником из Министерства труда и социальной политики. И заклеймил нас позором - за то, что мы якобы неправильно расставили в статье акценты, очернив медиков - блестящих специалистов и просто замечательных людей. Так и не выслушав наших аргументов, мужчина сослался на занятость и пообещал перезвонить позже. Звонка мы не дождались...

Упомянем также звонок Александра Владимировича из Киева. Несколько лет назад мужчина расстался с профессией врача, поскольку его зарплата не позволяла содержать семью.

- Статья вышла под рубрикой "Тихий ужас", - говорит бывший медик. - Наша медицина действительно находится в состоянии тихого ужаса. Первые пять лет после окончания мед-университета начинающий врач получает полторы тысячи гривен зарплаты. Можно ли говорить о его добром отношении к больному? Дедушку и бабушку, конечно, жаль. Но я могу оправдать врача. Что ему оставалось делать? Оперировать за свои деньги? Со стороны может показаться, что завотделением бессердечный злодей. Но если бы вы поработали в наших больницах, особенно на периферии, оценили бы ситуацию иначе. Поймите мой гнев: торговец на рынке зарабатывает втрое больше врача! Даже водитель троллейбуса получает больше, чем медик, которому пришлось учиться почти десять лет! Но клятву Гиппократа никто не отменял, и врач должен оставаться врачом при любых обстоятельствах.

В самом же Кировограде разразился скандал. Когда статья еще только готовилась к печати, медицинская комиссия горздрава уже начала изучать случай смерти Ольги Андреевны Макоты. После выхода материла в "ФАКТАХ" губернатор области взял расследование случая под личный контроль. Состав медицинской комиссии был изменен, а начальник областного управления здравоохранения оказался на больничном.

Медкомиссия изучала случай смерти Ольги Андреевны Макоты ровно четыре недели. В целом вывод таков: в смерти пациентки виновны... она сама и ее супруг. Правда, в работе врачей нашли некоторые недостатки, которые, однако, "не повлекли тяжкие последствия".

- По мнению комиссии, операцию по удалению стопы можно было провести на бюджетные деньги, которые имелись на счету больницы, - говорит один из членов медицинской комиссии, заведующий отделением урологии больницы скорой медицинской помощи Кировограда, председатель комиссии по здравоохранению и социальной защите при горсовете Виктор Мягкий. - Я работаю в этой же больнице, однако, как и другие врачи, впервые услышал, что у нас есть средства для такой операции! Вот как поставлена работа... Кроме того, комиссия определила, что состояние пациентки позволяло сделать ей некрэктомию (удаление нежизнеспособных тканей) в больнице.

Кировоградские врачи надеются, что этот случай заставит местных чиновников увеличить бюджетное финансирование больниц. Пока же медики Кировоградской области получили от своего начальства важное задание: обсуждать статью "ФАКТОВ". Ксерокопии нашей публикации чиновники облздрава разослали во все областные лечебные учреждения...

По ходу разбирательств выяснилось, что Андрей Дмитриевич лечил умирающую от гангрены жену народными средствами. Якобы по совету знахарок он опускал гниющую ногу в теплый отвар трав, а это только усугубило состояние больной. Встал вопрос о привлечении дедушки к ответственности... за членовредительство! Этим случаем заинтересовалась прокуратура Кировоградской области. Ходят разговоры, что Андрея Дмитриевича могут привлечь к уголовной ответственности. "ФАКТЫ" обратились в прокуратуру Кировоградской области за комментариями. Однако, пока идет проверка, прокуратура хранит молчание.

Тем временем Андрей Дмитриевич успел побывать героем программы "Пусть говорят" на российском Первом телеканале. Создатели проекта, на наш взгляд, полностью извратили ситуацию. Тему программы определили так: можно ли причинять любимому человеку боль, если это единственная возможность его спасти? Гости студии до хрипоты защищали честь врачей, а ведущий Андрей Малахов вообще записал "деда Андрея" в убийцы. В кадре Андрей Дмитриевич растерянно глядел на ополчившихся на него российских знаменитостей, плакал и будто под гипнозом повторял: "Это я виноват в ее смерти... Это я..."

- Там, в Москве, люди были против меня, - сетует Андрей Дмитриевич, с которым после выхода программы мы связались по телефону. - Раньше я никогда не был в такой аудитории, растерялся... Редакторы программы приехали ко мне домой, сказали, что прочитали обо мне в "ФАКТАХ". Посадили в машину и повезли в Киев на вокзал. Ко мне хорошо относились, купили билет на поезд, поселили в гостинице.

- Почему в эфире вы не сказали, что у вас просто не было денег на операцию?

- Я не хотел наговаривать на свою страну. Москва - не Украина. Как же я мог там рассказывать, что в Украине мне не дали денег на операцию? Так я защищал честь страны.

- Почему вы обвиняете себя в смерти Ольги Андреевны? Кто вам это внушил?

- Если бы ты, доця, раньше меня нашла, мы бы успели мою бабушку спасти. А теперь что? Оля на том свете. Перед смертью она просила, чтобы я простил всех врачей и никому не мстил. Я уважаю ее волю и не хочу никому причинить вреда. Поэтому говорю, что я сам виновен в ее смерти. А буду искать виноватых, мне только хуже будет...

В 1991 году я полез на крышу срывать шифер и сорвался вниз. Проломил потолок и упал в ванную комнату, прямо в унитаз. Я там застрял, пытался вылезти, но потерял сознание. Падающий с потолка шлак почти полностью засыпал меня. Оля увидела, подняла крик, позвала соседей, они меня вытащили из унитаза. Врачи откачали. После перелома позвоночника я получил вторую группу инвалидности. Оля спасла мне жизнь. Если бы не она, я бы на кладбище уже сгнил. Видишь, а я, как ни старался, спасти ее не смог. Не могу себе этого простить... Плачу... Доця, я тебя прошу: не пиши плохо о врачах. Не надо. Не они виноваты, а система...

Ирина Копровская

Источник: facts.kiev.ua

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ