Архив:

"Куплю ногу! Б.у. не предлагать!"

Вот так примерно выглядит обновленный тазобедренный сустав: а - это Конечно, замена тазобедренного сустава - операция специфическая и серьезная (уж это вам явно не прыщ выдавить!), однако с некоторых пор эта тема вдруг стала модной, и о ней заговорили даже в около светских кругах. После того как сам Алексей Ягудин, фигурист и олимпийский чемпион, «сделал» себе то ли в США, то ли в Германии бедро из титана, и теперь после многих лет одиночного катания то и дело таскает на себе далеко не худеньких партнерш - на эндопротезирование стали иногда смотреть почти как на ТО автомобиля: не нравится нога - меняем на другую, швейцарскую или американскую... Что, разумеется, далеко не так...

Ну, к Америке и Ягудину я еще вернусь, а пока хочу рассказать о собственном опыте, пусть и не звездном, однако, надеюсь, он тоже будет полезен тем страдальцам, которые как и я, не будучи спортсменом или балериной, тем не менее, хромают и мучаются от боли и годами не могут решить для себя главное: пора идти сдаваться к хирургам или еще потерпеть? А если идти - то к кому? А ставить протез - то какой? И т.д., и т.п.

Итак, диагноз - посттравматический коксартроз правого тазобедренного сустава. А все началось почти пятнадцать лет назад: одно резкое (оказалось - роковое!) движение на занятиях аэробикой в фитнес-клубе... С тех пор все эти годы нога болела практически ежедневно, да так, что порой наступить было нельзя. Врачи дружно костерили аэробику («от них к нам столько травм идет!»), потом делали снимки и в свою очередь разводили руками: снимки как снимки... « Может быть, у вас начальная стадия артроза? Но что-то больно рано...»

За эти годы я походила по разным врачам, которые все советовали заниматься плаваньем и делать зарядку, кое-как научилась справляться с болью...

Первый раз «артроз» проявился на рентгеновских снимках года два с половиной назад. Первая степень - но и с ней можно еще жить годами без операции! Надо только правильно «тренироваться»... Как правильно - я тогда еще не знала. Большинство врачей, подозреваю, тоже. Очередной чудо-врач (титулованный вертеброневролог) даже не посоветовал - решительно приказал приседать по своей особой методе, держась за опору, не менее ста раз в день. А в идеале - триста... Ужас! Но что было делать? Правда, через год выяснилось, что метод и правда хорош, но при... болезнях позвоночника, в частности при поясничных грыжах. Единственное абсолютное противопоказание - коксартрозы, разрушающийся сустав. В общем, я опять «влипла»...

К тому времени, впрочем, с приседаниями я уже почти завязала - доприседалась до резкой боли в колене (той же правой ноги) и первый раз проявилась явно различимая хромота...

КСТАТИ

Боли в «классическом треугольнике» - верхняя часть бедра, паховая область и колено - характерные боли именно для тазобедренного коксартроза. Для постановки диагноза врачу-ортопеду обычно достаточно рентгеновского снимка - КТ или МРТ для этого делать совершенно не обязательно.

Когда идти сдаваться хирургам?

Последние два - три года, когда диагноз был уже поставлен достаточно точно, разные врачи, с которыми я консультировалась, почти сразу же заводили речь об операции - мол, готовьтесь, милочка, решайтесь - и мы вас тут же прооперируем. Но что значит - решайтесь? Как может больной сам определить, пора ему «под нож» или еще не пора? Получить же четкий ответ от самих хирургов на этот вопрос очень трудно - как правило, они мастерски уходят от ответа. Мол, все равно оперироваться придется, так почему не сейчас?

Причин этому я вижу как минимум две: первая - психологическая. Хирурги, как правило, люди радикальные: все что можно исправить на операционном столе, нужно исправлять. И чего, мол, тянуть? Полумеры им не близки.

Вторая причина - из сферы материальной. Операция по эндопротезированию - весьма дорогое удовольствие. К примеру, в Москве «одна нога» обойдется от 250 тысяч рублей и выше (включая сам эндопротез). Можно, конечно, попытаться получить квоту на высокотехнологичное лечение и оперироваться бесплатно. Но ее еще надо получить! Иногда на ожидание уходит по нескольку лет, а в регионах и больше. Поэтому многие предпочитают оперироваться за наличные, и за таких больных борются клиники и хирурги - эндопротезированием сегодня занимаются уже многие.

Итак, к чему в конце концов пришла я:

1. Эндопротезирование - операция плановая, она практически никогда не делается по срочным показаниям. Процессы в суставе развиваются достаточно медленно, годами. И, к сожалению, только в одну сторону. (Восстановить хрящ невозможно - хотя, многие биодобавки бессовестно обещают именно это... Даже просто затормозить процесс таблетками пока никто не сумел - нет тому доказательств).

2. Самый объективный ориентир: показание к операции - если рентгеновские снимки сустава показывают 3 или 4 стадию заболевания. И не раньше! На 1-2 стадиях можно и нужно бороться с коксартрозом физкультурой (я такую все-таки нашла, но об этом ниже).

Можно для объективности сделать снимки в двух разных, независимых друг от друга клиниках.

3. Еще один совет дал мой друг - хороший провинциальный хирург, к которому я периодически в отчаянье бросалась за консультациями: начинать серьезно думать об операции нужно, когда ты просыпаешься от боли по ночам и начинаешь уже регулярно принимать обезболивающие (то есть та же 3-4 стадия).

Почему все-таки не стоит спешить?

Велик соблазн сделать операцию сразу, как только процесс обнаружил себя, и не ждать ухудшений. Но есть еще проблема ревизионных операций, и в этом все дело. Проще говоря: искусственный сустав, даже самой наилучшей современной конструкции, не вечен. И его со временем надо менять. Раньше давали пять-семь лет гарантии (хотя на деле часто получалось лет 10-12). Сейчас импортные эндопротезы (швейцарские, американские, немецкие т.д.) - обещают лет 15, а то и 20. И чем позднее есть возможность поставить, тем больше шанса, что повторной ревизионной операции удасться избежать. Ведь она сложнее, и протекает тяжелее, чем первая.

КСТАТИ

По признанию самих хирургов, именно по этой причине в США, где делали примерно по 500 тысяч эндоопераций в год (а у нас, в России, всего 10 тысяч!), сейчас несколько поостыли и перестали ставить протезы всем подряд (то есть и с 1-2 стадиями коксортроза). Оттягивают нежелательную ревизию. Но тема эта непопулярная и обсуждать ее с больными медики вряд ли станут.

Как я выбирала врача?

Наверное, кто-то стал бы искать клинику, но мне почему-то казалось, что главное - это ориентир на врача. Если у него репутация, багаж успешных операций - значит, есть и команда, и возможность добиться успеха на всех этапах операции. Значит, нужен врач, которому можно довериться. А надежнее «сарафанного радио» еще ничего не придумано.

Всех, имеющих отношение к медицине, врачей, бывших пациентов, знакомых знакомых я спрашивала, кто лучше всех делает такие операции... Люди называли разные имена, они иногда повторялись. Чтобы не запутаться, я сделала схему: имя врача и стрелочками - сколько людей и откуда мне его рекомендовали. К врачу, набравшему наибольшее количество «стрелочек», я в результате и поехала со снимками, записываться на консультацию...

КСТАТИ

Все оперирующие врачи вполне доступны для пациентов, они принимают, консультируют по умеренных ценам в разных клиниках, их координаты есть в Интернете. Очень рекомендую побывать хотя бы на нескольких консультациях, потому что подходы и методы к одним и тем же операциям в разных клиниках часто отличаются. Мне кажется, важно представлять, из чего придется выбирать.

Общее, пожалуй, одно - все консультанты стараются не напугать и создать как можно более лояльное впечатление и о себе, и о предстоящем вмешательстве. Чтобы клиент не сбежал с перепугу. Но, бывает, переигрывают. Например, один уважаемый профессор просто шокировал меня своим развеселым рассказом о эндопротезировании: мол, да, мы вам быстренько, хоть через неделю, сделаем, и уже через месяц в отпуск поедете (разговор шел в начале лета)... А на вопрос о наркозе я услышала: «сделаем вам укольчик в спину, сможете даже наблюдать сквозь сон за ходом операции». Я пришла в ужас и категорически отказалась присутствовать при собственной операции, во всяком случае, в сознательном виде - хватит и моей ноги в купе с бездыханным телом. И больше в эту клинику не поехала... Так, в итоге, я и оказалась в ЦИТО, в отделении эндопротезирования крупных суставов, у профессора Николая Васильевича Загороднего.

Что еще я делала до госпитализации?

За несколько месяцев до операции состоялась еще одна важная для меня встреча - я познакомилась с кинезитерапевтом Сергеем Михайловичем Бубновским. Кинезитерапия - это лечение движением. Бубновский, доктор медицины, убежденный сторонник лечения болезней суставов и позвоночника без операций - до последнего, пока есть хоть малейшая возможность. И многие проблемы, даже такие, например, как пресловутые грыжи позвоночника, которые очень опасно оперировать, ему хорошо поддаются. Ну, а если операции (как например у меня ) было уже не избежать, Бубновский помогает правильно подготовить мышцы, грамотно закачать их для быстрого и правильного восстановления всех функций после операции.

Несколько месяцев до самой операции я ездила по три раза в неделю в Сокольники, в Центр Бубновского, на тренировки - и через какое-то время вдруг с интересом обнаружила, что хотя мой коксартроз никуда и не делся (чудес, увы, не бывает!) зато я как-то незаметно для себя совсем перестала принимать обезболивающие, без которых уже долгое время просто не могла обходиться. А в общем, конечно, было обидно: попади я в талантливые руки этого о-очень крупного и харизматичного человека года три назад, и моя операция могла оттянуться еще очень-очень надолго. А то может и на совсем?!

Я специально подробно не описываю свое пребывание в больнице. Там делаешь то, что тебе говорят. Не до самодеятельности, особенно когда ты на костылях и после серьезного (эндотрахеального) наркоза. Кстати, недаром предупреждают, что пока ты после наркоза отходишь в реанимации, надо выпить не меньше двух бутылок воды. Действительно надо, даже через нехочу - чтобы отрава быстрее выходила из организма. Иначе будешь потом психовать, с чего вдруг резко подскочила температура?

В целом, в ЦИТО мне понравилось, хотя многие ложиться туда не советовали. Но я, по личному опыту, могу сказать: очень сильный состав хирургов, грамотные медсестры и, что совсем удивительно, доброжелательные нянечки, что очень важно, особенно в первые дни, когда ты до ужаса беспомощен. При этом деньги никому в карманы не совала, никто и не просил, даже не намекал. Скорее так: если кто хотел поблагодарить - не отказывались, но и без денег все, что положено, делали, причем с улыбкой. Если честно, меня это больше всего удивило. Оказывается, не все так плохо в наших больницах. И за это всем большое человеческое спасибо!

Как восстанавливаться?

Поднимают на костыли уже на следующий день - и вперед, учись ходить заново. Ходить надо обязательно, и делать это правильно, потому что походка сама по себе может и не восстановиться. Как говорят врачи, все сидит в голове - и хромота в том числе. Может получиться, что хирурги все сделали как надо, а человек по-прежнему хромает. Просто потому, что привык...

Вообще, самое сложное в первые месяцы, на мой взгляд, это привыкнуть к ОСМЫСЛЕННОМУ движению. Девиз первых месяцев: сначала думай - потом делай движение. Это поначалу раздражает. Ну кто размышляет, перед тем как поставить ногу или повернуться?! Но, с другой стороны, радость от того, что больше нет этих дурацких изнурительных болей, настолько велика, что можно и потерпеть. И очень страшно чего-нибудь там повредить.

За то время, пока ты ковыляешь взад-вперед по больничному коридору, домашним тоже есть чем заняться. Например, к моменту выписки домой там должен появиться высокий ортопедический матрас (очень полезная штука, на котором я наконец стала нормально высыпаться (Рекомендуется и больным, и особенно - пока еще здоровым!)

Искусству вставать и ложиться с высокой кровати тоже придется учиться заново - это отдельный акробатический номер... Еще потребуется длинная ложка для обуви - низко наклоняться первое время тоже нельзя, также проблемой будет поднимать с пола и разные упавшие вещи - но чего только не придумает наш изобретательный народ! Кто-то даже использует для этого старые деревянные щипцы, которыми бабушки наши в баках белье кипятили. Кто не выбросил до сих пор - молодец, очень удобная штука.

Еще первые два месяца наши врачи запрещают нормально сидеть, обуваться-одеваться (носки, брюки) предлагается только с чужой помощью. Постарайтесь не сойти с ума от всего этого! Лично я довольно быстро научилась надевать носки (из положения лежа на животе) и без посторонней помощи поднимать предметы (присев на здоровой ноге и плавно отведя назад оперированную). Но делать все это нужно крайне осторожно. Действительно существует опасность вывихнуть только что установленный сустав, что грозит гипсом и новыми мучениями еще минимум на несколько месяцев! Так что думать, а потом двигаться - очень мудрый совет, как говорится, на все сто...

Что еще? Считается, что опыт нашей восстановительной медицины в целом сильно отличается от западной. Не буду говорить, какая хуже. Но говорят, в зарубежных санаториях на ноги ставят гораздо быстрее - из зарубежных клиник народ выписывается не на костылях (как у нас), а уже с одной тростью, в крайнем случае - с двумя. Лучше всего, конечно, съездить и испытать методику на себе... Из более дешевых вариантов лучшими считаются реабилитационные клиники в Чехии. Хвалят Австрию и Израиль, но там выйдет явно дороже. Ехать в санаторий врачи советуют примерно через месяц после операции. У меня через пару дней как раз месяц исполнится, так что надо подумать...

Если после прочтения у вас возникнут вопросы, обязательно отвечу. Пишите, буду рада пообщаться.

Валентина ТЕРЁХИНА

Источник: kp.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ