Архив:

Эгоистки поневоле

...Этих мам не увидишь часами болтающими у песочницы, они не пропадают сутками в магазинах, выискивая нужный шарфик или сумочку, или пудру-помаду, они не склонны к женским посиделкам. Вся их жизнь подчинена одному и самому дорогому - их больному ребенку.

Уже месяц хожу с ребенком в реабилитационный центр, курс подходит к концу. Так получилось, что мы, три мамы, одновременно переходим из кабинета в кабинет со своими детьми. Диагнозы у всех разные, но кабинеты рядом, и встречаемся постоянно. Последняя процедура - галокамера. Дети уже к ней привыкли, даже маленькая Леночка, с трудом передвигающаяся из-за болезни костей, которая поначалу сильно капризничала в галокамере, с пятой процедуры стала спать. И вот в первый раз получилось так, что мы, три мамы, оказались в пустом холле без детей, сидим и молчим. «Странно, - вслух удивилась я, - мы уже месяц ходим друг за другом и до сих пор не знаем, как друг друга зовут». Познакомились: Лера из Марьина, а Женя не так давно из Воркуты, ради сына приехала в Москву. У них дети - инвалиды с рождения.

Женя рассказала, что ее жизнь с рождением Леночки резко поменялась Вроде бы все то же - муж работает, она дома с детьми, летом ездят на юг, родственники каждые праздники приходят, но... сама она стала другая.

Дочка родилась инвалидом, и для многочисленных родственников это был такой удар, такое горе, что они невольно выбрали виноватого: родила - значит виновата! Муж молчал, но и у него в минуты слабости прорывался упрек. Женя сама понимала, что это не так, но ничего поделать с собой не могла, начала жить, сжав зубы, собрав волю в кулак.

- Я раньше была такой веселой, со старшей дочкой выходили во двор гулять, дети бегают, а мы болтаем без умолку, иногда пиво брали, уходили в парк и сидели такой мамскодетской компанией: дети играют, мамы общаются. А потом пришла домой, кастрюли на плиту, телефон под ухо, и опять начинаем болтать о том о сем.

С рождением Лены все изменилось. Подруги так же звонили, звали гулять, и можно было пойти, но... не хотелось. Совсем не хотелось. Женя сама до конца не может объяснить почему, но общение отошло даже не на второй, а на какой-то ...дцатый план.

В разговор вступила Лера: - А о чем говорить? Единственное, что действительно волнует, так это дети и болезни, но уже столько о них сказано с врачами, родными, это такая тема, зачем опять поднимать ее с чужими людьми? Разве они поймут? Тем более что у каждого своя боль, своя проблема. А во дворе болтать о вещах, готовке и фильмах? Да за день так устаешь, что даже языком ворочать не охота, да и не «в теме» мы уже.

- Обычно мамаши как делают? Один-двое за детьми присматривают, а другие либо болтают, либо в магазин убежали - всегда можно на несколько минут на другого оставить ребенка. А мы...

Мы - другие. Мы зациклены на своих, только своих детях. Мы все очень большие эгоисты, эгоисты поневоле. Не судите нас, просто поймите...

...Я поняла. И судить, конечно, не стала. Ведь ни Лера, ни Женя ни слова не спросили про моего ребенка: а что с ним?

Источник: Газета «Вечерняя Москва»

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ