Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Воспитание и обучение детей с нарушениями зрения

Детский сад № 2376 находится на самой южной окраине Москвы, на просторном и пока свободном от машин Чечерском проезде. В ста метрах от садика начинается Подмосковье.

Южное Бутово - один из самых юных районов столицы, и, несмотря на то что в апреле районный детский сад комбинированного вида отметил свой первый «большой» юбилей - 10 лет, его вполне можно назвать новым.
К типовому трехэтажному строению ведет небольшая березовая рощица, где в колясках гуляют с родителями будущие детсадовцы. От калитки к разноцветным ступенькам ведут нарисованные масляной краской прямо на асфальте красные и синие следы. Бордюрные плиты на дорожках тоже раскрашены в яркие цвета. Просто так в садик не попадешь: возле металлической двери на стене висит коробочка домофона и длинный список с кодовыми номерами.
Малоулыбчивый охранник встает из-за своего стола и сопровождает меня по нарядному коридору до самых дверей методического кабинета.

«А потом остались только голоса...»

Сегодня здесь собралась медико-психолого-педагогическая комиссия-консилиум по приему в специализированные группы ребят с нарушением зрения. Таких групп в садике три: для детей 4-6 лет. Группы небольшие - по 10-12 человек. Все дети, жители Южного Бутова, стоят на очереди в комиссии, созданной Юго-Западным окружным управлением образования. Помимо этого родители должны собрать обязательный набор документов: направление от окулиста, справки от психоневролога, отоларинголога, логопеда и педиатра.
Сейчас с детьми беседуют два учителя-логопеда, два учителя-дефектолога, два педагога-психолога. В диалоге с ребенком они определяют уровень его развития. На столах - разноцветные картинки, мелкие предметы, кубики. «Какой предмет к тебе ближе? Что любит медвежонок, а что зайчик? Возьми карандаш и помоги мышке найти дорогу к сыру». От одного специалиста малыш вместе с мамой пересаживается к другому.
После проверки способностей педагоги заполняют длиннющую анкету, и каждому ребенку будут даны индивидуальные рекомендации на целый год.
- В основном родители приводят на комиссию детей, для которых нарушение зрения является вторичным диагнозом, - рассказывает заведующая садиком, почетный работник общего образования РФ Татьяна Ефимовна Горина. - Например, ДЦП, родовые травмы, наследственность - это причина, а резкое ухудшение зрения - следствие.
Профильные заболевания в спецгруппах - косоглазие, гиперметропия, астигматизм и амблиопия (так называемый ленивый глаз). Помимо этого у ребят есть еще целый «букет» заболеваний. Выписываю по листу диагнозов старшей, «выпускной» группы, за несколько лет уже избавившейся от части болезней: нарушение осанки - у 6 из 10 детей; плоско-вальгусные стопы (Х-образная установка стоп, они уплощены и «завалены» вовнутрь) - у 6 из 10; два плоскостопия; четыре ОНР (общее недоразвитие речи - различные сложные речевые расстройства, при которых нарушено формирование всех компонентов речевой системы, т. е. звуковой стороны (фонетики) и смысловой стороны (лексики, грамматики). Два церебральный синдрома, два кариеса, две гипертрофии небных миндалин и один аллергический ринит (у всех троих - аденоиды).
На этом фоне грудной сколиоз и плоская спина, которые тоже наличествуют, выглядят обычным чихом в разгар пандемии!
- Мы часто говорим, не особо задумываясь, «плохая экология, постоянные стрессы», - говорит Татьяна Горина. - А весь наш коллектив ежедневно видит маленьких нездоровых детей, которые стали невольными жертвами просчетов, недоработок, а то и просто равнодушного недомыслия взрослых.
Чтобы дети с патологией зрения не терялись в элементарных жизненных ситуациях, воспитатели, врачи, медсестры, педагоги-специалисты прививают им специальные умения и навыки, которые в дальнейшем помогут им самостоятельно ориентироваться в пространстве, контактировать с окружающей их средой, общаться со сверстниками и взрослыми.
Кстати, когда Татьяне Ефимовне предложили выбрать будущую специализацию ее садика, она неслучайно остановилась именно на патологии зрения.
- Мы с сестрой-двойняшкой были самыми младшими из пятерых детей. После войны наш отец стал быстро терять зрение, слепнуть. Было ли это результатом контузии или существовала какаято генетическая предрасположенность, не знаю, но все это происходило на моих глазах, и я запомнила это навсегда.
Мир красок каждый день постепенно уходил из его жизни. Исчезла работа, книги, кино, прогулки, резко сократился круг друзей, с которыми не стало общих интересов. Мир сузился сначала до размеров дома, а потом - комнаты. Как он радовался, что еще может разглядеть нас и маму! А потом от нас остались только голоса...
В ту пору в государстве не было особых программ для людей, потерявших зрение, и окончательная слепота значительно ускорила его смерть.
Определившись с профилем садика, сама заведующая и воспитатели прошли в Институте дефектологии специальные курсы по тифлопсихологии и тифлопедагогике (от греч. typhlos - слепой).
- По нормативам персонал детского сада должен проходить курсы повышения квалификации раз в пять лет. Но в Институт дефектологии приезжают за новыми знаниями люди со всей России, так что мы каждый год отправляем свою заявку и ждем, пока очередь доберется до нас.

Больше всего я люблю темную комнату!

Раз в неделю каждого ребенка осматривает врач-окулист Эльза Ахмадеева.
В зависимости от сопутствующих заболеваний и результатов занятий на специальных тренажерах она корректирует лечение и делает новые назначения. В соответствии с ними индивидуальные процедуры на аппаратах проводит медсестра-ортоптист Светлана Чиглинцева.
На двух стареньких компьютерах установлена специальная программа для разработки зрения. Перед началом занятий дети надевают обязательные стереоскопические очки. Разумеется, никто бы не возражал, если бы компьютеры были поновее, а программа посовременнее, но, увы, сие ни от врачей, ни от руководства садика не зависит.
То же относится к замечательному прибору - синоптофору. Аппарат восстанавливает бинокулярное зрение, учит детей видеть двумя глазами. Раньше его с успехом выпускал единственный в СССР Харьковский завод. Теперь новая продукция завода до российских детских садов доберется не скоро.
Еще в кабинете стоит мускулотренер - аппарат для развития мышц глаза и амблиотренер - для лечения амблиопии. Амблиопия - заболевание, при котором один глаз почти не задействован в процессе зрительного восприятия.
Глаза видят слишком разные картинки, и мозг не может совместить их в одну объемную. В результате он просто подавляет работу одного глаза. А если какойлибо орган не работает, он начинает атрофироваться. Вот почему, помимо занятий на тренажерах, дети с амблиопией носят очки, в которых более здоровый глаз закрыт специальной латексной «закрывашкой» - окклюдером. Таким образом «ленивый глаз» заставляют работать с большей нагрузкой.
Еще одна комната так и называется - «темной». Здесь лечат «засветами», т. е. направляют пучок яркого света прямо в глаз. Дети этой комнаты не боятся, потому что лечение похоже на увлекательную таинственную игру.

Синий цвет - под запретом

Время для беседы у почетного работника народного образования Татьяны Ивановны Гусевой нашлось только во время тихого часа. Педагог-воспитатель высшей категории - одна из опытнейших работников садика. Ее педагогический стаж - 32 года. Снимаю шляпу и ставлю 32 восклицательных знака.
- Да я не одна тут такая, - смущается Татьяна Ивановна. - Соседнюю группу ведет Любовь Александровна Зайцева, у нее тоже высшая квалификация. Скоро будем отмечать четвертьвековой юбилей ее работы с детьми.
После окончания курсов по тифлопедагогике воспитатели знают и умеют обращаться с детьми, у которых не только проблемы со зрением, но и нарушена координация, слабая моторика, рассеянное внимание. Дефектологи отмечают, что у таких ребят не полностью сформирована эмоционально-волевая функция (снижено воображение, короткая память, повышенная плаксивость).
Чтобы снять эмоциональное напряжение, специалисты, в частности, советуют прибегать к сказкотерапии, где отрицательные герои представлены в комических ситуациях. Поэтому в игровой комнате один уголок отведен кукольному театру со множеством персонажей и декораций из знакомых сказок.
Всюду - на дверях, притолоках, в углах - наклеены крупные разноцветные метки, чтобы дети видели границы предметов и не натыкались на них. Для этой же цели все плинтусы в садике специально выкрашены в контрастные цвета.
Помимо общеразвивающих игр на маленьких столиках лежат и особые предметы: бусины, которые надо нанизать по цвету и размеру, или бельевые прищепки, которые превращают обычный кружок картона в разноцветное солнышко-цветок.
А вот «чудесные мешочки» - в холщовом мешке надо нащупать и правильно назвать какой-нибудь мелкий объемный предмет: шарик, елочку, пирамидку, скалку. Даже аквариум с рыбками здесь стоит не просто так! Считается, что созерцание рыбок успокаивает нервы.
Отчасти это так, но для детей это еще одна тренировка, потому что при расстройстве бинокулярного зрения они не ощущают глубины пространства.
Поэтому наблюдение за какой-нибудь одной вуалехвосткой восстанавливает зрительные функции глаза. Кроме того, зеленый цвет благотворно влияет на психику. Поэтому, в частности, для многочисленных комнатных растений выбраны горшочки различных оттенков зеленого.
Зато раздражающий синий цвет практически исключен из нарядов персонажей кукольного театра, всяческих поделок-вырезалок и даже редок на обложках детских книг. Синий вреден слабовидящим детям, это опасная нагрузка на глаза.
Вместе с обычными детсадовскими группами воспитанники Гусевой с удовольствием ходят на общие музыкальные занятия - разучивают песни и танцы, вместе со всем садиком справляют Масленицу, катаются на лошадках и жгут чучело. На Троицу водят хороводы в березовой роще, радостно обливают друг друга водой на день Нептуна. Здесь все сделано для того, чтобы в общении со сверстниками такие дети не испытывали ни малейшего дискомфорта от своего заболевания. Единственные занятия, во время которых группа занимается отдельно, - это физкультура.
Очень важно, считает Татьяна Ивановна, научить детей правильно обращаться с очками. Перед тем как погрузиться в дневной сон, нужно сначала снять очки и положить их стеклами вверх, а потом приниматься за кофточку. После сна - обратная процедура.
- Мы, взрослые, не задумываемся над этим, - говорит воспитатель, - а ведь у детей без очков нарушается координация, поэтому, проснувшись, они первым делом хватаются за очки, а потом берутся за одежду. Очки летят на пол и ломаются. Я должна привить им привычку и закрепить ее. Поэтому в раздевалке у каждого в шкафчике есть своя барышня: чтобы не зацепить очки верхней одеждой, дети снимают очки и кладут их барышне в кармашек.
А еще в группе у Татьяны Ивановны стоит настоящий телескоп. Его принес в садик Тимошин папа. Так у сына и его друзей появилась новая зарядка для глаз.
- Обычно мы смотрим на дома, ветки деревьев. А зимой, когда темнеет рано, в хорошую погоду разглядываем звезды, как настоящие астрономы!

Про лапти, ухват и линолеум

Четыре года назад в садике открылся собственный музей этнографии «Ладушка». Здесь лежит настоящий берестяной ранец, долбленое корыто, колесо от мельничного жернова. Деревянная ступка с пестиком в человеческий рост, цеп, кочерга, ухват, целая коллекция старинных утюгов. Настоящая дощечка с воском, на которой дети учились писать в старину. Стенд с высохшими колосками пшеницы, льна, ячменя - прекрасная иллюстрация к теме «Что мы едим и во что одеваемся». Витрина с костями доисторических животных - ими поделились с музеем палеонтологи ВВЦ.
Минералы, монеты, шкатулки, лапти, кружева, вышивка, образцы старинной одежды... Здесь на частых экскурсиях перебывали не только все детсадовцы, но и ученики младших классов школы № 1946, с которыми у садика подписан договор о взаимном сотрудничестве.
Недавно садик стал лауреатом Московского городского конкурса «Детский сад будущего». Коридоры всех трех этажей увешаны рисунками, аппликациями, поделками, выполненными детьми либо самостоятельно, либо в содружестве с бабушками-дедушками. Огромное количество цветных фотографий.
- Фотографии порой красноречивее всяких слов, - убеждена Татьяна Ефимовна Горина. - Снятые на них события невозможно подделать - они происходили на самом деле.
В далеком 1969 году юная Таня окончила Орехово-Зуевское педучилище и начала работать воспитателем в детском садике Волоколамска. Заведующая, тоже Татьяна Ефимовна, заметила инициативную девушку и стала ей доброй наставницей. «Смотри, Таня, - шутили вокруг, - ты со своим трудовым энтузиазмом допрыгаешься до должности заведующей, как твоя полная тезка».
И «допрыгалась». И стала. Но до этого за сорок лет работы успела побывать и обычной воспитательницей, и депутатом Красногвардейского райсовета.
А после окончания аспирантуры в Московском городском педагогическом университете сама стала преподавателем: читает будущим педагогам курс о том, как правильно планировать бюджет детского сада. Как раз сейчас ее студентки проходят в садике обязательную месячную практику и с некоторым трепетом ждут письменного отзыва от признанного эксперта в области лицензирования и аккредитации образовательных учреждений и аттестации педагогических и руководящих кадров. А сама эксперт готовит к защите диссертацию на тему «Формирование творческого педагогического коллектива».
Ну-ка, догадайтесь, что лежит в основе диссертации? Правильно! 10 лет жизни садика № 2376. А еще весь сорокалетний педагогический опыт. А еще неравнодушное сердце. А еще искренняя радость от добытого нового линолеума, который собственными силами выстилается в каждой группе.
Вы скажете: «Подумаешь, линолеум!» А Татьяна Горина ответит: «Да, я горжусь, потому что смотреть на старый, истертый до дыр тысячами детских подошв сил моих больше не было!» А еще надо постараться убедить служащих Департамента образования, чтобы они пересмотрели нормативы и позволили принимать в спецгруппы детей не с четырех, а с трех лет. Подготовка документов, движение по инстанциям, согласование - дело долгое. Больных детей, увы, немало, и дополнительный год для лечения необходим, считает Горина.
...И в заключение - крохотный вечерний штришок к портрету обычного районного детского сада. Завидев маму на пороге своей группы, дети кричат: «Мам, приходи попозже!» А когда родители все-таки забирают их домой, они плачут. И только обещание, что завтра с утра интересная жизнь начнется снова, несколько примиряет их с действительностью.

Справка «ВМ»
Всего в десятимиллионной Москве 944 детских сада. Более 70% из них - для детей, имеющих проблемы со здоровьем. 265 детских садов компенсирующего вида специализируются на каком-либо одном заболевании - слуха, зрения, речи, опорно-двигательного аппарата. И 393 детских сада комбинированного вида, т. е. обычные садики, в которых дополнительно существует несколько групп для детей с той или иной патологией. 52 садика в Москве и 2 в Зеленограде предназначены для детей с патологией зрения.

Автор: Анна Одинцова
Источник: vmdaily.ru