Архив:

Ничего не вижу, ничего не слышу. Почему общество не понимает инвалидов?

В августе широкий общественный резонанс вызвала скандальная история с девушкой, страдающей аутизмом и ДЦП, которую выгнали из кафе в Нижнем Новгороде. Этот случай привлек внимание Следственного комитета России во многом потому, что девушка оказалась сестрой всемирно известной супермодели Натальи Водяновой, основательницы благотворительного фонда «Обнаженные сердца». Было возбуждено уголовное дело.

В соответствии с принятыми на себя Россией международными обязательствами, дискриминация по признаку инвалидности должна рассматриваться как серьезное правонарушение. Но долю ответственности должно брать на себя и государство, с одной стороны, обязанное обеспечивать инвалидами достойные условия жизни, а с другой – объяснять гражданам, как нужно вести себя в той или иной ситуации, ведь общение с людьми с ограниченными возможностями часто требует специальной подготовки.

11 августа 27-летняя Оксана Кусакина вместе с сопровождающей ее няней зашли в кафе «Фламинго» на территории новгородского парка. У Оксаны случился приступ. Вместо того чтобы, объединившись с няней, свести его проявления к минимуму, хозяин кафе решил просто выгнать обеих женщин. По звонку няни приехала мама Оксаны, а по звонку сотрудника кафе – полиция. Полицейские вывели девушку, страдающую аутизмом, а маму забрали в участок для выяснения ситуации. В результате и мама Оксаны, и владелец кафе обратились в полицию с заявлениями по факту оскорбления. УМВД по Нижнему Новгороду проводит проверку.

На самом деле, такие случаи – далеко не редкость, и никто ими особенно не занимается. Новгородская история стала известной всем, потому что Оксана Кусакина – родная сестра всемирно известной модели и основательницы благотворительного фонда «Обнаженные сердца» Натальи Водяновой. Фонд с 2004 года активно распространяет знания о людях, страдающих аутизмом, строит инклюзивные парки по всей России: в частности, он строил и тот самый парк в Нижнем Новгороде, где расположено кафе «Фламинго».

«Привлечь внимание к таким, НЕ-ВИ-ДИ-МЫМ в нашей стране людям всегда было одной из самых сложных задач в работе нашего фонда и подобных организаций», – объясняет свою позицию Наталья Водянова. Узнав о конфликте, Наталья послала из Великобритании, где она сейчас проживает, заявление в Следственный комитет России, заступаясь за сестру и ей подобных людей.

В итоге следственные органы возбудили дело по пункту «а» части 2 статьи 282 Уголовного кодекса России, предусматривающей ответственность за унижение человеческого достоинства. Следователи задержали сотрудника нижегородского кафе, подозреваемого в нарушениях, после того как он не являлся на вызовы следователя для проведения следственных действий. Теперь он находится под подпиской о невыезде. Кафе подверглось многочисленным проверкам всех городских служб, сейчас закрыто и, видимо, еще долго не откроется.

Надзорные органы по итогам проверки в кафе вынесли более 10 постановлений о штрафах на общую сумму около 3 миллионов рублей. Автозаводский парк расторг договор с собственником кафе «Фламинго» ООО «Караван-Эш» с 18 августа. По непроверенным данным, хозяин кафе сейчас находится с инсультом в больнице, слишком сильными оказались и его переживания.

Государство оперативно отреагировало на события

Официальный представитель Следственного комитета РФ (СКР) Владимир Маркин заявил: «Безнаказанность порождает вседозволенность. Как только мы узнали об инциденте, произошедшем в одном из кафе Нижнего Новгорода, следственными органами сразу же было возбуждено уголовное дело. Как предварительно установлено, девушка-инвалид и ее сопровождающая зашли в кафе, чтобы выпить воды.

Без каких бы то ни было законных причин директор кафе не просто попросил нежеланных гостей покинуть заведение, но и позвал на подмогу сотрудников частного охранного предприятия. Естественно, силы были неравны, и девушка с няней и срочно приехавшей мамой оказались фактически выброшенными на улицу. Я уже не говорю о каких-то общечеловеческих нравственных нормах, когда здоровые мужики только своим видом устрашающе воздействуют не только на женщин, но и на людей с ограниченными возможностями.

В данном случае речь идет именно о том, что собственник и его верные охранники, руководствуясь только личными корыстными мотивами, грубо нарушили закон, защищающий права человека, и в частности совершили преступление, которое квалифицируется в УК РФ как унижение человеческого достоинства, максимальное наказание за которое составляет до пяти лет лишения свободы».

По словам представителя СКР, в последнее время подобные ситуации все чаще возникают именно в частных заведениях, будь то предприятие общественного питания или торговая точка.

«И, как правило, центральным объектом всех этих скандалов выступают сотрудники частных охранных предприятий, нанимаемые хозяевами заведений. Для них не существует ни старых, ни малых, ни больных. Главный и единственный критерий у них – это приказ хозяина. Извиняюсь за столь образное сравнение, но как с обученными служебными собаками», – отметил Маркин.

Опрошенные корреспондентом юристы отмечают, что в ситуации сразу видно несколько правонарушений. Речь можно вести не только об унижении человека, но и неоказании медицинской помощи или об оставлении человека в опасности. Могут просматриваться прямой умысел и специальная цель – возбуждение ненависти, вражды. Это зависит от мотивов действий – корысти, хулиганских побуждений и др. Как раз выяснением мотивов сейчас и занимается следствие. Были сообщения и о превышении полицейскими должностных полномочий, поскольку мама Оксаны была препровождена в участок. Есть нарушения Кодекса об административных правонарушениях, закона «О защите прав потребителей».

В Россию может прийти принцип равенства

Инвалидность сегодня является не только медицинским явлением, но и социальным. В России количество людей с ограниченными возможностями пусть и незначительно снизилось по сравнению с прошлыми годами (12 млн 924 тыс. человек по состоянию на 1 января 2015 года против 13 млн 209 тыс. человек в 2011 году), все равно остается пугающе устойчивым.

Наверное, все инвалиды хотя бы раз в жизни так или иначе сталкивались с тем, что им не рады в обществе. И это несмотря на то, что Конституция России запрещает дискриминацию по любому признаку и не допускает отказа в предоставлении услуг инвалидам. Принцип равенства декларируется Конвенцией о правах инвалидов. Наша страна ратифицировала ее в 2012 году.

Федеральный закон «О ратификации Конвенции о правах инвалидов» принят Госдумой 25 апреля 2012 г. Через два года федеральным законом «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам социальной защиты инвалидов в связи с ратификацией Конвенции о правах инвалидов» 25 российских законов были изменены либо дополнены нормами, касающимися прав инвалидов в различных сферах: здравоохранения, образования, социальной, культурной, транспортной, судебной, избирательной, информационной и политической.

Норма о недискриминации вступает в силу с 1 января 2016 года. Она вносит изменение в действующий закон «О социальной защите инвалидов» и устанавливает само понятие дискриминации по признаку инвалидности, а также определяет недопустимость этого в Российской Федерации.

Люди с некоторыми заболеваниями, просто исходя из особенностей болезни, не могут вести себя в обществе адекватно, не всегда понимают значение слова «нельзя», настаивают на своих желаниях, какими бы абсурдными для окружающих они ни казались, возбуждаются по разным поводам, и справляться с ними могут только специально обученные люди и родители. Но в нашей стране почти не работает служба психологической помощи инвалидам в процессе социализации – обучение таких психологов стоит дорого, специалистов не хватает.

«Нельзя сказать, что «ничего не делается», но проблема остается острой. Психологов на базе отделов социальной помощи мало. Конечно, побродив по Интернету, можно найти разные группы психологической поддержки, доступной, как онлайн, так и офлайн. Иной вопрос – необходимость государственной организации службы сопровождения людей с ограниченными возможностями», – поясняет психолог Юлия Василькина.

Если государство все-таки обратило внимание на проблемы взаимоотношения инвалидов и общества, то нужно учитывать не только правовой аспект, но и социально-образовательный. Юлия выразила надежду, что последние случаи, ставшие предметом широкого обсуждения, «заставят некоторые «горячие головы» задуматься над тем, что обижать слабых и больных может быть очень неприятно для своего кошелька и свободы».

В вопросах толерантности даже в мировой практике нет четких норм поведения, хотя исследования по этой теме ведутся постоянно. Вместе с Лайзой Горинг, мамой особого ребенка, был проведен эксперимент: проверяли, как люди реагируют на ребенка, который ведет себя не так, как другие дети. Учеными была смоделирована сцена похода семьи с ребенком-аутистом в кафе. Роли всех членов семьи исполняли профессиональные актеры. Кроме того, среди посетителей кафе находился мужчина – «подсадная утка», который являлся зачинщиком скандала и выражал свое недовольство поведением мальчика.

Однако эксперимент показал, что все посетители кафе с пониманием относились к проблеме данной семьи. Многие пытались осадить скандального мужчину, вставали на защиту ребенка-аутиста и даже уговаривали семью остаться, когда те собрались покинуть кафе. Психологи сделали вывод о том, что, зная о проблемах аутистов, люди скорее будут защищать их, чем подвергать унижению и дискриминации.

Мнение

Елена Клименко, юридическое агентство «Полаэтиди, Сошников и партнеры»:

«Понятно, что уполномоченные органы РФ разберутся по факту произошедшего инцидента в установленном законом порядке. Но теоретически подобные случаи унижения инвалидов могут квалифицироваться по статье 282 УК РФ. Хотя они единичны.

Поставить их на практическое поле может только общественный резонанс. Если же рассматривать судебную практику, то сам по себе термин «инвалид» применяется к самим преступникам: либо для смягчения им наказания судом, либо как основание для амнистии – в случае наличия у него самого такого статуса, а также в случае наличия у него иждивенца с таким статусом. Как правило, по статье 282 УК РФ осуждаются лица, осуществляющие экстремистскую деятельность по национальным и религиозным признакам (представители молодежных субкультур, военнослужащих и пр.).

С чем связано отсутствие судебной практики по наказанию за унижение инвалидов? Возможно, эта социальная категория людей не заявляет о таких правонарушениях в их адрес; возможно, должным образом не работает механизм реализации указанной статьи в отношении них; возможно, существуют сложности с доказательствами по данному составу преступлений. При таких обстоятельствах бессмысленно предусматривать ужесточение наказания за унижение инвалидов.

Ксения Рябова, инвалид 1-й группы, колясочник, призер Паралимпийских игр:

«Мы, инвалиды, самые незащищенные в нашей стране, да и везде. Не надо думать, что в других странах лучше. Мы терпим унижение от людей на улице, от работодателей, даже наши родители не воспринимают нас за полноценных людей, считают нас овощами, не дают нам жить самостоятельно, отбирают у нас наших детей. О какой толерантности может идти речь? А мы хотим жить, работать, иметь семью и детей. И дети должны расти с родителями – не важно какие у тебя родители, здоровые или инвалиды ДЦП, важно что они рядом и любят тебя всем сердцем.

Но власти часто принимают сторону здоровых людей, я считаю, это неправильно. Да, у нас необычная оболочка, но мы дружим с головой, очень много читаем и знаем. Порой и здоровые, казалось бы, люди, а на голову абсолютно больные, и поговорить с ними не о чем. Большинство людей это понимают и относятся к нам нормально, но есть и такие, которые считают, что инвалидам не место в современном обществе.

Происшествие с Оксаной заставляет задуматься, нужна ли поправка к закону, наказывающая за унижения и оскорбления чести и достоинства инвалида. Несомненно, нужна. События последних недель показало нам, что наше общество – больно. И больно откровенным фашизмом. О скольких еще случаях унижения инвалидов мы не знаем, потому что им стыдно об этом рассказывать…

Чтобы искоренить проблему, надо адекватно пресекать все проявления нетерпимости к инвалидам, рассказывать о них, о чемпионах, о героях. Тогда и люди изменят свое мнение о нас, не сразу, но изменят.

А наказание должно быть адекватным преступлению, и не только материальным. Может быть, я слишком жестока, но мне порой хочется, чтобы человек, обидевший инвалида, сам бы провел месяц привязанным к инвалидному креслу и прочувствовал, что чувствуем мы».

Анна Астахова

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ