Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

Рыцарь на колесах. Он садится в седло вопреки болезни

Велосипедный шлем лихо сдвинут на бок, лукавые горящие глаза, яркий спортивный велосипед. Таким увиделся мне Виталий Павлов при первой встрече. Но он растворился в толпе велосипедистов прежде, чем я успела спросить его имя.

Следующий шанс нельзя было упускать, но пришлось изрядно покрутить педали, чтобы его догнать, и поторопиться с интервью, дабы успеть до того, как он уедет по «делам амурным».

У Виталия ДЦП. Через несколько минут разговора перестаю это замечать, обаяние и острый ум собеседника берут свое. Виталий предупредил, что очень не любит возвышенные слова и красивые речи. Поэтому попытаюсь просто передать историю одного из нас, но возможно, что она подарит кому-то веру в себя и подтолкнет к новым дорогам.

Становление велосипедиста

Детство Виталия прошло в Александровке, Оренбургской области. Несмотря на болезнь, которая не позволяла даже нормально ходить, он во всем тянулся за своими сверстниками.

— Был у нас мальчик Вася, с заболеванием, похожим на мое, он свободно катался на велосипеде. Меня это здорово подначивало: почему друг может, а я нет. Еще и родители постоянно ставили его в пример, — рассказывает Виталий. — Когда я был в третьем классе, купили мне по тем временам очень хороший спортивный велосипед «Кросс», ни у кого в районе такого не было. Но ходил я практически по стеночке, обидно было жутко, что стоит он без дела. Был у меня маленький велосипед, но перед ребятами стыдно уже было на нем появляться.

Встал главный вопрос: как научиться ездить на большом велосипеде, когда даже на своих ногах с трудом держишь равновесие. Выход нашли. На открытом поле, за селом, родители вставали по разные стороны и просто толкали будущего велосипедиста навстречу друг другу. Рекорд в первый же день — пять метров!

— Меня не учили останавливаться, только держать равновесие. Под конец дня я проклял и велосипед, и родителей. Мое тело было сплошным синяком.

— Я думала, тебя ловили!

— Да разве меня поймаешь? Учитывая мои маневры, это было практически нереально (смеется).

Но как бы ни было больно, сколько бы он еще не падал, велосипед освоил. Позже стал даже помогать родителям, встречал на байке коров и пригонял домой.

Хотя однажды полюбившееся увлечение пришлось оставить. В очередную вечернюю поездку за скотиной Виталий упал, да так сильно, что велосипед не подлежал ремонту, а сам он три дня находился без сознания, со сломанным ребром, пальцами и многочисленными ушибами.

— Но как только организм восстановился, я выпросил новый велосипед, и снова катался, и снова падал.

Попытка как пытка

Детский церебральный паралич — на сегодняшний день одно из часто встречающихся заболеваний детей. В России только по официальной статистике более 120 000 человек имеют этот диагноз.

Универсальных препаратов для лечения ДЦП не существует. Многие хватаются за любую нитку: идут на новые, мало изученные процедуры, пробуют народные средства, инновационные технологии.

— Вы когда-нибудь прокалывали пятку? А мне это делали намеренно. В одном фильме героя пытали, засовывая иглы между пальцами. Так вот — это совсем не больно. Еще я проходил процедуру обкалывания всех активных точек тела, начиная от шеи, с введением стекловидного вещества.

В итоге, после всех «фееричных» ощущений я понял, что лучше всего не лечиться, а поддерживаться традиционными способами — массаж, спорт по возможности.

Когда был в санатории, ходил в бассейн, спортзал, из которого меня последним выгоняли. И придумал шутку. Так как шло медикаментозное лечение, я колол себе уколы. А как поддержать младших товарищей? Стал говорить им, что у меня столько сил на спорт именно от этого укола. Верили (смеется).

Свои чужие

Переехав в Оренбург, Виталий долгое время не мог себя интегрировать в общество. Люди тогда крайне негативно относились к таким, как он, открыто изображали неприязнь.

— Шарахались, как от чумы. А я развлекался: намеренно до них дотрагивался (смеется). Но в последнее время относиться стали значительно добрее и внимательнее. Если раньше на переходе могли затоптать, то сейчас молча берут за руку и переводят.

Последние два-три года стал замечать, как «наши» «выползают» — и в «Армаду» ходят, и тусовки у них свои, — отмечает Виталий. — Нередко мама с ребенком, у которого ДЦП, ставит меня в пример: «Давай развивайся так же».

Но, как бы странно это не звучало, у Виталия неприятие товарищей по несчастью.

— Трудно понять, но дело в том, что мы «обиженные». А это тяжело, и значит, нужна отдушина, ею становятся более слабые. Когда, переехав в город, я начал с ними общаться, у меня очень сильно упала самооценка. Главный их инструмент — унижение. Но, может, стоит учитывать то, что вырос я и общаюсь с обычными людьми. В школу ходил обычную, где относились ко мне как к равному и ребята, и учителя. Ни на минуту я не чувствовал себя ущербным. Меня, помнится, даже хотели выдвинуть старостой класса. И моя дама сердца физически здоровая девушка. Вот хочу ее приобщить к велосипеду. Я даже слова «инвалид» дома не слышу до сих пор, мама таких людей называет «с мякушкой».

— Виталий, что бы ты сказал тем, кто еще боится общества, не может найти свое место в жизни?

— Все индивидуально. Для большинства ограниченные люди одинаковые, но на самом деле все очень-очень разные. Каждому надо что-то свое сказать, найти свой подход.

Приведу личный пример. Мама меня подначивает: вот, смотри, прыгнул с парашютом. Я злюсь сразу. Подумаешь, с парашютом прыгнул, да еще и с инструктором. Попробовал бы он на велосипед сесть. Или ставят в пример паралимпийских чемпионов. У него что-то одно не работает, а у меня все тело. Я считаю такие примеры неуместными.

Большая дорога

После окончания школы Виталий поступил в Оренбургский техникум-интернат бухгалтеров, родители ради этого переехали в областной центр. С велосипедом пришлось завязать на некоторое время.

После техникума окончил заочно по ускоренной программе Аграрный университет и на несколько лет буквально оказался в четырех стенах.

— Всем непросто найти работу, а мне тем более.

Но страсть к плаванию и велосипеду взяла свое. Недалеко от дачи был пруд, куда Виталий стал доезжать сам и купаться. Но для бездорожья его простой железный конь не подходил, и, устроившись на работу (а работает он уже пять лет в центре социального обслуживания населения специалистом по социальной работе), Виталий стал откладывать на новый хороший велотранспорт.

Катался он в основном один, за городом, но, узнав о предстоящем первом в городе фестивале «День 1000 велосипедистов — 2014», решил участвовать.

— Тогда, благодаря Интернету, я познакомился с Ритой, ярой велосипедисткой, она и свела меня с Максимом Федоровым, одним из организаторов фестиваля, которому я за многое благодарен. Помню, как пытался ему себя описать, но как не описывай, это надо видеть (смеется). На месте сбора Максим меня узнал первым, подошел и поздоровался за руку, я был счастлив неимоверно! Другим организаторам тоже написал про то, что я человек с особенностями, но хотел бы принять участие. Смешно было: все мне ответили одно — каска есть? Очень боялся среди такого количества ехать, и родители переживали, отец ехал рядом на машине.

После удачного пробега большая дорога уже не отпускала. Виталий участвовал и в фестивале тысячи велосипедистов в этом году, не побоявшись дождя, в велопробегах, ночных велопрогулках, встречал с оренбургскими велосипедистами закат на горе Гребени. И сколько дорог еще впереди.

Елена Шкатова

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ