Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Аутистов, или «детей дождя», можно научить жить в обществе, главное – сделать это вовремя

Среди детей, радостно щебечущих на празднике, найти тех, у кого диагноз «аутизм», на удивление оказалось не так-то просто. В то время как принято считать, что аутисты – асоциальные личности, боятся окружающего мира, здесь  все дети бегают, рисуют, радуются жизни.  

Родители малышей говорят, что такие перемены стали возможны благодаря проекту, стартовавшему в Ярославле год назад. В ближайшее время он выйдет на новый уровень – впервые педагогов города и области будут обучать, как работать с «детьми дождя», которые сядут за школьную парту вместе с другими ребятами.

А мы не говорим

И все-таки ощущение спокойствия необычайно хрупко. Только восьмилетняя Амира хлопала в ладоши вместе со всеми, стоило маме на минуту отвлечься, девочки уже нет. С обычным ребенком все проще – «где-то бегает поблизости». Здесь – явная тревога. И как не переживать: такие малыши беззащитны перед социумом. Другие люди, тем более незнакомые, – просто инопланетяне. Рядом всегда должны быть близкие.

…Для Галины Омаровой, инициатора создания сообщества, объединяющего семьи, в которых есть дети с таким недугом, работа с аутистами – даже не работа, жизнь. Амира – ее дочка. Вот уж действительно, судьба начертана нам свыше: Галина Владимировна – врач-психиатр. Закончив Ярославскую медакадемию, пять лет проработала по специальности. Потом было педагогическое образование и 10 лет работы заместителем руководителя в филиале одного из московских вузов. Родилась первая девочка, через полтора года вторая:

– Амира с рождения казалась чудо-ребенком, ангелом. Очень спокойная, с необыкновенно умными глазами. В два года пошли в сад. Все довольны. Пока остальные дети играют, моя сидит, книжки листает. Не говорила только, лишь кричала, когда ее что-то беспокоило. Но понимала все. Спросишь: «Где лампочка?». В ответ посмотрит укоризненно: «Мама, ты что, не знаешь, где лампочка?». Три года исполнилось, опять не говорим. Начали ходить по врачам. Сначала поставили диагноз «задержка психического развития». Здесь я уже стала догадываться, что с дочкой. В три с половиной попали к психиатру, и все: «У вас, мамочка, большие проблемы, давайте инвалидность оформлять».

Без волшебной пилюли

Название «дети дождя» аутисты получили не случайно. Они погружены в себя, им неинтересно с окружающими. Главные эмоции таких детей – страх и тревога, от которых хочется бежать, кричать.

– Они все время беспокоятся, не понимают, что вокруг происходит, все время ожидают чего-то плохого, – рассказывает Галина Владимировна. – Им тяжело выйти к незнакомым людям. Большая работа должна быть проведена с таким ребенком, чтобы он доверял взрослым, другим детям, чужим.

Берутся страхи «из ниоткуда». Амира в какой-то момент стала ужасно бояться торгового центра. Бывая здесь раньше не раз, сейчас они обходят его за квартал. С такими страхами, уверена мама девочки, можно и нужно бороться.

По словам Галины Омаровой, нет одинаковых детей-аутистов. Они насколько похожие, настолько и разные:

– Кто-то вообще не говорит. Кто-то говорит много, умно, но только на ту тему, которая его интересует. Есть дети, одаренные в одной области, например, хорошо рисующие, хорошо поющие. Такой ребенок, не говоря ни слова, может спеть целую песню. У него прекрасная слуховая память, и песню он воспроизводит как пластинка.

Различия в поведении аутистов стали причиной того, что у специалистов нет единого подхода к лечению заболевания:

– С каждым нужно работать индивидуально, даже в группу их сложно собрать, – отмечает Галина Владимировна. – Наши специалисты, бывает, неделями сидят на полу в одной комнате с новеньким, прежде чем удастся найти контакт. Логопеды и дефектологи знают: если с аутистами умеешь работать – умеешь все. Аутизм – целый клубок проблем. 70 лет изучают заболевание, а однозначно сказать «почему» не могут. Стопроцентно известно одно – таблетки от аутизма нет. И здоровым такой ребенок не будет никогда. Очень важно, чтобы родители побыстрее это поняли и приняли. А вот коррекционное воспитание работает хорошо.

Зонтик от дождя

Не найдя ответов у нашей медицины, Галина Владимировна взялась торить дорогу в неизвестность, сама подбирая лечение, методики развития для детей-аутистов. Как говорят родители, объединившиеся сейчас вокруг Галины Омаровой, без нее, специалиста и мамы «в одном флаконе», им оставалось бы только беспомощно барахтаться в бесконечных проблемах своих детей.

– Со своим ребенком я разобралась, захотелось собрать всех вместе, – объясняет Галина Владимировна идею создания сообщества. – Два года назад нам предоставили помещение, появилась идея сформулировать комплексную программу, которая помогла бы детям и семьям, которые воспитывают особенных детей. Получили у департамента соцзащиты грант.

В центре есть логопед, психолог, дефектолог, хотя, конечно, их уже не хватает на всех. Сообщество объединяет уже 30 семей, и число их за последнее время увеличивается едва ли не в геометрической прогрессии. Некоторые специалисты даже говорят об эпидемии. Хотя точное число детей с таким диагнозом так и неизвестно. В Ярославле на учете более 60 детей-аутистов. Но есть дети, у которых «аутизм» идет вторым диагнозом…  Для того чтобы эффект от занятий был очевиден, заниматься нужно практически каждый день.

Скоро в школу

Амира первое слово сказала в пять лет. Сейчас девочке восемь, в ее словарном запасе около тысячи слов. Она знает времена года, месяцы, недели. Даже вслед за сестрой, ученицей школы №33, принялась изучать английский язык. Знает цифры, буквы, умеет писать.

Галина Владимировна говорит, что Амиру постоянно приходится вытаскивать из «скорлупы», в которой девочка пытается спрятаться. Как и всем аутистам, ей комфортно только с самой собой. Но это не значит, что она не может общаться с остальным миром. И если до школы это общение складывалось, теперь таких детей берут в сады, то со школьной скамьи могут начаться проблемы:

– Ни массовая, ни коррекционная школа не готовы принять наших детей. Им нужно особое внимание, а в школе, с ее жесткими правилами и рамками, у педагогов далеко не всегда бывает возможность подстраиваться под ребенка. И тут многие дети уходят на домашнее обучение. Вся коррекционная работа, которая проводилась раньше, теряется. А взрослые аутисты – совершенно другой уровень проблем.

Поэтому Галина Омарова решилась предложить чиновникам эксперимент – посадить детей-аутистов за парту с обычными детьми. Но с присутствием тьютора – педагога, который в любой момент сможет вывести ребенка из класса, объяснить то, что пропущено:

В этом году четверо наших детей будут заниматься в обычной школе – в классе для детей с задержкой психического развития. В таком классе норматив – 12 человек.  И мы сейчас ведем переговоры с департаментом образования о выделении в школе отдельной ресурсной комнаты – на случай, если ребенок почувствует себя некомфортно, у него будет возможность выйти и заниматься отдельно от класса с тьютором. Мы же, родители, готовы взять на себя оплату работы педагога-тьютора. А в июле по инициативе сообщества будут организованы курсы для 30 педагогов города и области, где своим опытом поделятся специалисты из Москвы.

Уже 1 сентября эксперимент начнется. Дай бог, он окажется удачным. И после затяжного дождя для детей-аутистов выглянет радуга.

Марина Никитина

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ