Архив:

Маргарита Колпащикова: «Наше терпение лопнуло. Идем на таран!»

Председатель Всероссийского общества инвалидов в Коми Маргарита Колпащикова рассказала корреспонденту БНК о том, с какими трудностями сегодня в республике приходится сталкиваться инвалидам и маломобильным группам населения. 

Организация, закидавшая обращениями и просьбами практически все ведомства, намерена действовать решительно. В скором времени ВОИ в Коми совместно с информационным агентством БНК и правозащитником Романом Койданом запускает проект – своего рода «доску позора», где каждый житель региона увидит снимки небезопасных и нарушающих законодательство объектов. Более того, если руководство предприятий откажется обеспечить условия доступности, то следующая встреча с представителями организации состоится уже в суде.

b2c7f8529761a337c784d663c6cd0a53.jpg

- Не так давно вы провели мониторинг уровня доступности инфраструктуры для инвалидов на железнодорожных станциях. Каковы итоги?

- Если честно, у меня сложилось ощущение, что была дана установка – «надо сделать», а вот как делать, никто даже не поинтересовался. Первое, что мы отметили – это отсутствие информационной составляющей. Нигде невозможно узнать, как и где можно получить ту или иную услугу и предусмотрены ли они вообще. Что касается информационных табличек, то они мало того, что расположены на расстоянии трех метров от земли и не на фасаде здания, так еще и надписи сделаны очень мелким шрифтом, который невозможно ни увидеть, ни прочитать. А для того чтобы купить билет в кассе для инвалидов, нужно за две недели сообщить о своем приходе , затем приехать самому и привезти с собой индивидуальную программу реабилитации и справку, доказав, что ты действительно нуждаешься. Похоже на издевательство.

1d0465db93049b5a9a85a15784ce9954.jpg

На сегодняшний день отсутствует возможность войти в здание вокзалов, либо, как это видно на фотографиях, просто кинуты, именно кинуты, а не установлены, деревянные мостки. Внутри зданий абсолютно везде высокие пороги. Никто из сотрудников не может ответить, кто именно отвечает за сопровождение инвалидов, кто окажет ему помощь, для того чтобы он мог выйти на перрон, сесть в вагон или наоборот. Везде туалеты закрыты на ключ. Более того, например, в Микуни туалет для инвалидов расположен в женском туалете. Как молодому человеку туда попасть, мне очень интересно. Поручни в туалетах сделаны сверху, а не как положено – снизу - и человеку в коляске нужно каким-то образом умудриться подпрыгнуть так, чтобы схватиться за эти поручни, да еще при «приземлении» не промахнуться. Очень жаль, что руководство вокзалов не согласовывает с общественными организациями инвалидов, прежде чем создавать такую «доступную» среду.

- На Совете по делам инвалидов начальник железнодорожного вокзала в Сыктывкаре Виталий Дергачев пояснил, что до недавнего времени практика отечественного проектирования не учитывала потребностей инвалидов, а все здания как раз построены в 40-х, 50-х годах. Может, все дело в этом и стоит просто подождать?

8d87b8d93ea2972bd5d3ad073595640f.jpg

- В Советском Союзе считалось, что инвалидов в стране нет вообще, и, когда строились объекты, естественно, их потребности не учитывались. Практически все инвалиды сидели дома, трудиться им не надо было – они получали пенсию. К слову, в 80-м году, когда Советский Союз принимал летнюю Олимпиаду, то проводить Паралимпиаду наша страна категорично отказалась, заявив, что у нас инвалидов нет. Однако меня больше поражает то, что Дергачев говорил о «недавнем времени», а ведь недавнее время исчисляется 1995 годом. Именно тогда вышел закон «О социальной защите инвалидов», в котором четко указано, что для инвалидов должны быть созданы условия беспрепятственного доступа ко всем объектам инфраструктуры. Этому закону уже 20 лет – не такой уж и маленький срок, правда?

- В республике более 70 тысяч инвалидов, в Сыктывкаре – около 24 тысяч. Возможно, для стремительных перемен этого количества недостаточно? Как лично вы объясняете медлительность?

6475af9f412f61fb5b9d69a6b3b6ff08.jpg

- Да, действительно, многие полагают, что для одной группы населения прикладывать такие усилия и все менять - нецелесообразно. Но, пожалуйста, не надо ничего делать для инвалидов. Сделайте это для всех. Разве не видно, как тяжело передвигается пожилой человек, беременная женщина. Неужели им удобно подниматься по ступенькам? А если и удобно, то, во всяком случае, поручни должны быть. Как-то я приехала в Госсовет на час раньше, и у меня появилась возможность понаблюдать за окружающими, сидя в машине. Я была в ужасе! Один за другим шли люди с проблемами в передвижении. Большая часть населения нуждается в том, чтобы не было бордюров, через которые непонятно как перескакивать. Давайте пойдем дальше: люди пожилые в силу своего возраста страдают от частичной потери слуха или зрения. В республике огромное количество таких людей, которые уже не воспринимают информацию так быстро, как молодые. У нас достаточно людей с ментальными проблемами. Так почему бы не написать информацию так, чтобы ее мог прочитать любой. Если это «Выход» – то пусть четко будет нарисован человечек, идущий в определенном направлении, если это человечек с телефонной трубкой, значит, отсюда можно позвонить, и так далее. Это было бы удобно абсолютно всем, и не нужно делать это исключительно для инвалидов. Когда мы станем думать обо всех, и каждый будет помнить о том, что он тоже станет старым и немощным, тогда и медлительности не будет.

- Будет ли ваша организация сотрудничать и помогать РЖД в составлении планов адаптации?

- Мы, безусловно, готовы к сотрудничеству. Но я знаю, что в РЖД России разработали стандарты обслуживания маломобильных групп населения, и если эти стандарты будут утверждены и применены, то наша помощь уже и не понадобится. Сегодня, на самом деле, все законы работают на то, чтобы создавалась доступная среда. Просто нужно делать так, как это положено по закону.

cf16496da35f3b15b4f41d13516424eb.jpg

- А если отойти от железных дорог. В других сферах ситуация отличается?

- Ничем не отличается. В нашей республике инвалиду-колясочнику ни в магазин не зайти, ни в автобус, ни в поликлинику. Кстати, я живу в Сыктывкаре уже пять лет и ни разу не была в поликлинике, мне туда просто невозможно попасть. В аэропорту абсолютно не подготовленный персонал, который приходит в замешательство, увидев инвалида-колясочника. Мы воюем за места на парковке, за снижение тарифов на социальные услуги. Еще одна проблема – невозможность устроиться на работу. Не так давно я встречалась с членами сыктывкарской городской организации, молодыми ребятами с инвалидностью. Практически у всех есть высшее образование, но им пришлось заканчивать курсы и переквалифицироваться. Почему? Потому что их никуда не берут. Меня это привело в еще больший ужас: молодые, умные, перспективные, желающие работать – и никому не нужны. Я спросила, чем же руководство предприятий объясняет отказ. На это ребята ответили, что при устройстве на работу им четко дали понять: люди, которые будут чаще болеть, которые по закону должны меньше работать и их придется отпускать на лечение, – не нужны. Я в полном шоке: у многих из них, к сожалению, возникла онкология, сейчас у них стойкая ремиссия, и им необходимо быть в обществе, работать, а не оставаться наедине с собой. Но вот общество пока слишком категорично.

- Но ведь, помимо российского законодательства, у нас в республике есть закон о квотировании рабочих мест.

6e8ab05c282981f93a5ece915334dc8e.jpg

- Есть, но он не исполняется. Сразу после встречи я запросила списки предприятий, которые обязаны по закону принимать на работу: их только в Сыктывкаре 90 организаций. После этого как раз был Совет по делам инвалидов, на котором мы услышали лишь то, что программы долгосрочные, денег нет, кадров нет, ближайшей перспективы нет. Кстати, когда закон о квотировании в республике был принят, инвалидов, желающих устроиться на работу, больше не стало. На самом деле они очень хотят работать, но как им хотя бы выйти из дома? Панельные дома без лифта. Каждый день спускаться и подниматься по лестницам - это мучения, причем еще и опасные для жизни. Невольно задумаешься, стоит ли твоя жизнь этой работы.

- В других регионах нашей страны дело обстоит по-иному или это повсеместная проблема?

cb8c33b7fbc328853f1f51ba53badb39.jpg

- Есть регионы, которые попали в пилотные проекты по доступной среде, такие как Казань или Сочи. В некоторых регионах власти плотно взялись за проблемы, четко расписав критерии. У них уже давно ничего не строится без доступности маломобильным группам населения.

- Значит, для решения проблемы все же необходима политическая воля?

- Без этого никак. К счастью, глава республики Вячеслав Гайзер в начале года проводил встречи и с застройщиками и дал соответствующие поручения ведомствам. Теперь надо, чтобы это кто-то исполнял. Еще в феврале заместитель председателя правительства Тамара Николаева дала минздраву поручение в течение 10 дней создать рабочую группу и совместно с общественными организациями инвалидов рассмотреть предложения инвалидов по улучшению медицинского обслуживания. Что мы видим в итоге: июль заканчивается, но ничего не сделано. Последнее возмущение вызвал ответ министерства труда и социального развития. Дело в том, что на сегодняшний день в республике отсутствует система социальной реабилитации. Медицина, конечно, реабилитирует попавшего в автомобильное происшествие человека, но кто научит его садиться в коляску, вставать, умываться, готовить себе – в общем, жить дальше. Мы уже 10 лет бьемся и настаиваем на том, что в регионе должен быть центр социальной реабилитации. В итоге, я получаю ответ министерства, что да, такой центр нужен, но создавать его должно министерство здравоохранения. Социальная реабилитация разве как-то относится к медицине? Эти перекидывания уже вызывают протест. Такое ощущение, что мы боремся с ветряной мельницей.

- Вы намерены продолжать борьбу? Если да, то какими методами?

- Я считаю, что наступило время объединяться. Мы готовы идти в суды, мы готовы бороться, потому что других методов уже не видим. Я собрала всех своих коллег на онлайн-конференцию, и мы приняли решение создать Центр защиты инвалидов, чтобы не просто показывать проблемы, а уже идти через серьезные контролирующие органы.

7e88d73c81034b06536f1495ff898811.jpg

- Кого бы вы хотели видеть среди своих партнеров и чем конкретно будет заниматься Центр?

- Нашими партнерами станут юристы, прокуратура и республиканские СМИ – в частности, влиятельное агентство БНК, а также правозащитник Роман Койдан с командой своих юристов. Во-первых, будет создан проект под названием «Не рекомендуем», своеобразная доска позора. Мы будем делать и публиковать снимки тех объектов: офисов, предприятий, магазинов, учреждений, которые не безопасны и не соответствуют установленным нормативам. Мы не агрессивно настроены, поэтому сначала будем отправлять руководству письмо с просьбой обеспечить условия доступности. Если ответа не будет или он будет «никаким», то тогда мы без всяких сомнений подаем в суд. По-другому уже не можем. Письмами и обращениями мы закидали уже практически всех – без толку. Так что наше терпение лопнуло. Идем на таран!

b82f61087a8306e6bfc25be05bfbb09c.jpg

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ