Архив:

Мама на зарплате. Как замещающие семьи для сирот становятся ближе родных

Приамурье впервые прошел дальневосточный фестиваль для опекунов и детей, оставшихся без попечения родителей, под названием «Чужих детей не бывает». Его организаторы и участники приехали из Хабаровска, чтобы популяризировать в Амурской области систему замещающих семей — это когда дети находятся на полном обеспечении государства, но живут с приемными родителями, получающими зарплату воспитателей. 

«Русская планета» собрала истории участников фестиваля и узнала, чем руководствуются люди, решившие заменить ребенку детский дом на свою семью.

«Всех заберу, и с десятью детьми из детдома выйдем»

Наталья и Владимир Лиховодовы не первый год помогают детям, оставшимся без попечения родителей. Всю жизнь мечтали о сыне, но за 25 лет совместной жизни у них родились четыре девочки. Пятого ребенка решили взять из приюта — непременно мальчика. Сейчас находятся на стадии оформления разрешения на опекунство. 

– Осознаем, что скоро дети вырастут и совсем отойдут от семьи, а дом большой. Без детского хохота будет уже не то, — рассказывает глава семьи Владимир. — Так посчитали, где один ребенок — там и второй не в тягость. Поэтому сейчас хотим взять мальчика того же возраста, что и младшая (1,5 года), чтобы им вместе веселей рослось. Если мы состоятельно живем, есть еще силы детей поднимать — почему нет? Записались в школу приемных родителей. Без нее сейчас детей не оформляют в семью. В конце июня ждем комиссию для осмотра нашего дома. Но у нас 300 «квадратов», семь комнат, думаю, проблем с обеспечением условий для ребенка не возникнет.

– В Хабаровске существует интернет-портал, где ребятишек из дома малютки можно увидеть. Один малыш очень приглянулся, но пока мы занимались оформлением, его забрали. Две недели прорыдали. Больше не расстраиваюсь. Жду, когда все разрешения получим. Папа наш даже не хочет выбирать, говорит: «Иначе всех заберу и с десятью детьми выйдем оттуда». Возложил эту миссию на меня. Думаю, к концу лета в нашей семье уже появится мальчуган, — добавляет Наталья.

f57c3c1a1c33063f5585d21c24354028.jpg

При оформлении документов Лиховодовым порекомендовали выбрать форму опеки вместо усыновления.

– Изначально мы хотели оформлять полное усыновление, чтобы фамилия и отчество у детей были общие. Но в соцзащите нам объяснили, что для ребенка лучше опекунство. За ним сохраняются все льготы. Помимо того, что мы ему дадим, государство поможет, — объясняет будущий приемный отец Лиховодов. — А если с психологической точки зрения подходить — когда ребенок подрастет, сам сделает выбор. Главное, ничего не замалчивать, не скрывать от него. Может, он захочет биологических родителей отыскать — мы препятствовать не будем. А кто они будут, пьющие или отсидевшие, здесь ребенок не виноват. Возьмем любого, к кому сердце потянет.

«Били и не любили»

Сергей Сычев на фестиваль приехал без жены, зато сразу с четырьмя детьми. Кто родной, а кто приемный — сразу и не разберешь. Даже подвижный «якутенок», как ласково называют в семье единственного сына, среди светловолосых сестренок не выделяется и очень похож на главу семьи.

– Мы состоим в совете приемных семей города Хабаровска. Моя супруга Наталья была на Всероссийском форуме приемных семей в Москве. Регулярно участвуем в подобных фестивалях, — рассказывает РП Сычев. — Жена не смогла с нами поехать в этот раз из-за учебы, так что я с четырьмя детьми приехал сам. Мы здесь без еще одной дочери: она уже взрослая, 21 год.

У Сычевых три родных дочери и двое приемных детей. Шестилетнего Айсена наравне с кровными малышами воспитывают уже четвертый год.

– Айсена оформляли месяца три. Через суды. Но опека помогла. При живой матери, которая находилась в местах не столь отдаленных, нам его отдавать не хотели. Но она после освобождения не забрала своего ребенка, а сбежала, — вспоминает Сергей Сычев. — Пришлось объявлять ее в розыск, чтобы подтвердить сыну статус сироты. Весь Дальний Восток искал ее. В итоге суд позволил нам оформить опекунство как приемной семье без усыновления. Пару месяцев назад она нашлась. Но ребенком никогда не интересуется, и уверен, что не начнет. Когда мы принесли домой 2,5-летнего Айсена, он не говорил, ходил в памперсах. Имя решили ему оставить, у него счастливые три буквы А. Антипин Айсен Альбертович.

Судьба самой улыбчивой и подвижной среди стайки детишек, восьмилетней Кати, оказалась еще более тяжелой. Несколько лет она жила в другой приемной семье. Как сама вспоминает, ее там «били и не любили».

– Катя, конечно, пока еще не обвыклась. Еще притираемся друг к другу. Но это дело времени, — продолжает Сычев. — Не знаю, из-за денег ее взяли в ту семью или еще по каким-то причинам, но в этой семье рос ребенок-инвалид пятнадцати лет. Катя его кормила, обхаживала, подмывала, была круглосуточной сиделкой. То есть ее конкретно использовали. В таких условиях ребенок прожил с 3,5 до 7 лет. Чисто случайно обнаружились побои на теле, когда она попала к массажисту. Она вся была в синяках, и медик сообщил об этом контролирующим органам. Тогда Катю, конечно, из той семьи забрали. А мы, узнав о ее нелегкой судьбе, решили забрать к себе.

Сычевы, как и большинство гостей фестиваля, оформили на приемных детей опекунство. Хотя дети называют их мамой и папой, а родители утверждают, что не разделяют воспитанников на «своих» и «чужих».

– Знаете, хочется, чтобы все-таки они устроились нормально в этой жизни, — объясняет свой выбор Сычев. — Пока еще есть гарантия, что они получат бесплатное образование в таком статусе, у них будет свое жилье. Получается, что они остаются на попечении у государства. А мы — приемная семья на зарплате. Мы просто о них заботимся, растим, воспитываем, как в детском доме, но они живут в семье. Разницы нет между своими и приемными. Особенно Айсен: уже столько прожил с нами, я не могу назвать его чужим. Он мой сын. Хотя мы не скрываем от него его происхождение, считаем, что ребенок все должен знать.

– Мама родила меня и оставила. Ее совсем не помню. Пришлось жить в детском доме. Потом в той семье, где меня заставляли постоянно убираться и ругали, — говорит нашему корреспонденту Катя. — В этой семье мне намного больше нравится, чем в прошлой. Там меня лупили за то, что кружку разбила, а здесь кукол дарят. Девочки со мной играют. Осенью я пойду в школу МЧС вместе с сестренками — хочу стать спасателем и помогать людям.

«Я думала, мы с приемным сыном просто не выживем»

Самая многочисленная компания детей под опекой на фестивале — семья председателя совета опекунов Хабаровска Ольги Лим. Их четверо. Хотя еще несколько лет назад родители чуть не отдали первого сына обратно в детский дом. Именно после случайного участия в подобном фестивале Ольга смогла справиться с проблемами воспитания ребенка. Теперь учит другие семьи, как не допустить ошибок.

b954a0c4fce8633c8aecb258d6c222c2.jpg

– Старший наш сын перешел в 9 класс, сейчас он на учебе в Питере в кадетском президентском училище. Младший остался на хозяйстве: у нас большая собака, не могли ее с собой взять и дома одну оставить. А с девочками приехали сюда, — знакомит РП со своей большой семьей Ольга Лим. — Лет пять назад мы были на подобной всероссийской школе на Черном море. Со старшим на тот момент у нас были большие трудности. Ему было 12 лет, из них год он прожил с нами. Я думала, мы просто не выживем: и с учебой было плохо, и с дисциплиной, и обманывал во всем. Сейчас я понимаю, что это закономерная реакция детей на новую семью. Но тогда мы не знали, куда бежать. У нас перед глазами был пример дочери, которая жила с нами с двух лет, но с ней такого не было — она не успела долго пожить в детдоме. Сын же на момент опекунства был уже сформировавшейся личностью, к тому же из коррекционного детского дома и неблагополучной семьи.

Ребенок постоянно рвался к своей кровной семье: сестре, бабушке, тете. Воровал у Лим вещи и нес своим родным, а они все пропивали и выгоняли его. Ситуацию спасли психологи.

– Теперь у нас замечательный ребенок, в семье просто любовь и идиллия царят. И мы взяли еще двоих. Второго сына — из того же коррекционного детского дома, что и первого. С еще худшими проблемами. Но обучение и работа со специалистами дали нам силы, знание, опыт, и мы справились. Три года прошло. Ребенок полностью усвоил общеобразовательную программу. Учится хорошо, и отношения в семье прекрасные.

Четвертую девочку Ольга Лим взяла «случайно»: подруга лежала в роддоме и сообщила, что соседка по палате отказалась от малышки из-за врожденного дефекта «волчьей пасти».

– За полтора года мы провели для нее все реабилитационные мероприятия, ездили на операции в Москву. Сейчас инвалидность с нас снимают, потому что ребеночек стал абсолютно здоровым. Родной маме без помощи государства, конечно, было бы тяжелее это сделать. Даже выплачиваемого пособия нам однозначно не хватало, пришлось обращаться в благотворительный фонд. И опека нам очень помогла. Хорошо, что по долгу моей общественной работы у меня есть знания и знакомые, к которым я могу обратиться за помощью. Поэтому такие школы, семейные выезды, как воздух, необходимы детям и опекунам.

Марина Редькина

Источник: Русская Планета

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ