Архив:

Победная весна танкиста. Вспоминает участник легендарного парада 1945 года

Радий Логинов рвался на фронт с 15 лет - мстить за погибших двоюродных братьев. На фронт он ушёл добровольцем в 17 лет. На вокзале перед отправкой цыганка нагадала, что он обязательно вернётся живым, но будет ранен. Сбылось предсказание, хотя на волоске от смерти был много раз.

Осада военкомата

У него необычное имя - Радий. Не знает, почему так назвали родители, но, похоже, оригинальности им не занимать. Ещё были два брата - Рассвет и Рубин. Только сестра с простым русским именем Вера. Радий - старший. Когда началась война, ему было 15 лет. Учился в ремесленном училище и одновременно работал на заводе. И постоянно просился на фронт. Военком даже однажды пригрозил: «Ещё раз придёшь, на Колыму отправлю!»

ed402d04758231a2c17e79a11517dcff.jpg

Радий Логинов (слева).

Но парень продолжал осаждать военкомат. И доводы приводил серьёзные: отец - инвалид гражданской войны. На фронте в боях под Москвой погибли два двоюродных брата, один дядька прошёл финскую, с первых дней войны сражается с фашистами, уже стал Героем Советского Союза, второму дядьке под Сталинградом ногу оторвало. И 17-летний парнишка добился - в начале 1943 года его призвали в армию. Пять месяцев в учебке - и вот он, старший сержант, радист-пулемётчик Радий Логинов, в составе 2-й гвардейской танковой армии отправился на фронт. И сразу попал в ад - на Орловско-Курскую дугу, где началось самое масштабное танковое сражение. 49 дней постоянных боёв и тысячи погибших. И сегодня вспоминать те события ветерану тяжело.

Ад на курской дуге

- Немцы, потерпев крупное поражение под Москвой и Сталинградом, летом 1943 года решили в районе Курска нанести удар по советским войскам и вновь пойти на столицу. Большие надежды фашисты возлагали на боевые танки «Тигр», «Пантера» и самоходные орудия «Фердинанд», способные пробивать броню наших Т-34 с расстояния 2 км. 50 немецких дивизий (20 из них танковых), более 900 тысяч солдат. Командование решило усилить оборону Центрального и Воронежского фронтов в районе станции Прохоровка, перебросили туда и наш 3-й танковый корпус.

Наши войска день и ночь отбивали атаки. Земля содрогалась от грохота, взрывов снарядов, рёва моторов, пламя огня поднималось выше деревьев, а чёрный дым стоял до неба. На наши позиции двигалось до 150 танков, а за ними густыми цепями - пехота. Погибло много солдат, командиров. Шедшие за нами воинские части собирали раненых, убитых хоронили в братских могилах. 107-я танковая бригада попала под огонь зарытых в землю тигров, за два часа боя потеряли 46 танков. А в каждом танке по пять человек. 10 июля в атаку пошли 120 человек и 31 танк - в конце дня вернулись 30 солдат и ни одного танка. Погиб мой командир, я чудом остался жив. В боях под Курском получил первое ранение: рядом с танком разорвался снаряд. А 23 августа здесь произошёл перелом в войне, и мы уже гнали фашиста с нашей земли.

Кровавые уроки истории

В январе 1944 года он уже воевал на 1-м Украинском фронте. Началась битва за Днепр. Немцы отступали, но ожесточённо сопротивлялись.

- Тысячи трупов наших и немецких солдат были перемешаны с землёй. Но свидетельства тех зверств, которые мы видели на освобождённых территориях Украины, не забыть никогда. Отступая, немцы взрывали водонапорные башни, разрушали мельницы, сжигали дома вместе с жителями. В городе Белая Церковь, например, в неотапливаемом здании устроили лагерь пленных, морили людей голодом. На тела истощённых военнопленных было больно смотреть.

Мы входили в сёла, там ещё оставались виселицы с повешенными жителями, партизанами. Казалось бы, Украина столько перенесла от фашистов, а сегодня там царят националистические настроения. В голове не укладывается, как можно забыть уроки истории, которые дались кровью миллионов солдат: русских, украинцев, белорусов, казахов, узбеков, киргизов… Против врага мы выступили единым фронтом. И когда освобождали Европу, нас тоже встречали как освободителей, так как видели, что натворили фашисты. Но память у них оказалась короткой, поэтому сегодня нацисты поднимают голову и пытаются переписать историю.

Смерть прошла рядом

Меня часто спрашивают: «Страшно было на войне?» Не страшно. Не знаю, почему. Может, потому что ещё пацан был. И надо было выполнять приказ. Правда, иногда дух захватывало.

Перед началом наступлений войск 1-го Белорусского фронта нашей группе поручили провести разведку боем. Три танка на большой скорости пошли к переднему краю, немцы открыли беспорядочный огонь. Снаряды и мины рвались впереди, сзади, сбоку, в танке дышать нечем, ничего не видно, чуть в овраг не свалились. Не доходя до передних окопов немцев, обнаруживаем минное поле. Я маневрирую по команде комвзвода, другие экипажи идут за мной.

Вернувшись на исходные позиции, командир насчитал на нашем танке 25 прямых попаданий от мин и снарядов. Вдруг налетели 18 немецких самолётов, начали расстреливать из пулемёта трассирующими пулями. Один экипаж дружно вскочил на свой танк, и все погибли. Наш экипаж отбежал от танка на 20 метров, присели в кустах. Немцы обстреляли нас, пули просвистели в 15 см. Механик говорит: «Смерть прошла рядом».

Цена жизни - 11 секунд

Однажды на окраине польского города Воломин, который трижды переходил из рук в руки, попали в окружение. Танки наши подбили. 11 человек пробирались через болото, по пояс в воде, пули свистели над головой. Только вышли на сушу - увидел, что в 100 метрах возле дерева стоит немецкий танк со свастикой на броне. Командир приказывает: снимай сапоги, оставь пулемёт, бери гранату, и чтобы за один мах был на танке.

Только немцы спустились в танк, я со всей силы рванул. Взялся за люк башни, а мне навстречу немец. Лицо в лицо. Он диким голосом как заорёт: «Рус, рус!» Я растерялся, поворачиваюсь в сторону нашей группы - они машут руками: бросай гранату. Выдернул чеку, кинул гранату, соскочил с танка, упал, встал, бегу к своим. В танке стали рваться гранаты. Всё произошло за несколько секунд. Меня тогда спасла спортивная закалка: стометровку в школе пробегал быстрее всех - за 11 секунд.

Трагедия на переправе

19 июля 1944 года началась Люблинско-Брестская операция. Наша 51-я танковая бригада действовала как передовой отряд второй танковой армии. Продвигались быстро, сеяли страх и панику у врага. Получили команду совершить марш-бросок на 140 км с целью оказать помощь наступающей на Брест пехоте. Но город с ходу взять не смогли, были большие потери. Только через 10 дней войска фронта сломали сопротивление немцев и перешли государственную границу СССР с Польшей. На второй день у притока реки Западный Буг встретились с первой армией войска Польского. И тут на наших глазах происходит страшное…

В небе летят наши самолёты, бомбят отступающих немцев. Возвращаются назад. Один самолёт приближается к переправе, из-под хвоста пламя и дым. Зацепился за дерево, упал. На переправе тогда погибло много солдат от падения нашего самолёта, подбитого немцами. На войне и такое случалось.

Батальон смертников

Во время наступательной операции 1-го Белорусского фронта мы углубились в тыл немцев, совершив стремительный бросок. Подошли к городу Люблино. Там оказалась мощная оборона: семь рядов колючей проволоки, противотанковые рвы, минные поля, глубокие окопы. На вторые сутки к нам на помощь подошла пехота - 400 человек. Спешились с машин и пошли вдоль дороги по пшеничному полю к немецким окопам.

Мы час назад осматривали глубокие трёхметровые окопы, там никого не было. Вдруг оттуда появились немцы в чёрной форме, открыли огонь по нашей пехоте. Мы видим, как наши солдаты гибнут, но помочь не можем. Бой шёл 7-8 минут. Из 400 пехотинцев в живых осталось 25 человек. У немцев - 6 человек из 150. Это был немецкий батальон смертников. Всё вокруг было залито кровью, она ручейками текла по склону поля. Только на третьи сутки войска фронта сняли оборону немцев. И вплотную подошли к городу, окружив его с трёх сторон. Люблин был взят. Это произошло 23 июля 1944 года. Мне исполнилось 19 лет.

Вместо танка - полуторка

Войну я закончил в Берлине. Видел, как наши солдаты на Рейхстаге знамя повесили. А через неделю на построении нам объявили, что 11 человек поедут в Москву для участия в параде Победы. В этом списке оказался и я. До сих пор не знаю, за что меня выделили. Ведь тысячи солдат участвовали в боях.

По прибытии в Москву нас расположили около Дома народных комиссаров. Тут же во дворе стояли Т-34, которые мы постоянно натирали, хотя они и так чистые были. Но подошёл генерал и сказал, что нас переоденут в пехоту и посадят на машины. Нам выдали новую форму, яловые сапоги, офицерские ремни, перчатки. Посадили на «полуторки», я сидел в первом ряду. Когда пошла техника, наши машины замыкали колонну. Нас предупредили, чтобы не поворачивали головы. Но как удержаться?

Видел на трибуне Мавзолея Сталина, всё правительство, маршалов Жукова и Рокоссовского. Об этом легендарном параде Победы, который прошёл 24 июня 1945 года на Красной площади, у меня осталась грамота Сталина. А с войны награды: два ордена Отечественной войны, два ордена Красной Звезды, две медали «За боевые заслуги», медали «За освобождение Польши», «За освобождение Берлина», много юбилейных.

К сожалению, фото военных лет не сохранились. Был альбом с сотней снимков. Три года назад попросили работники одного красноярского детского сада и не вернули. Я не запомнил их адрес. Может, прочитают в газете, вспомнят про меня и вернут такие дорогие для меня фото.

Ольга Лобзина

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ