Архив:

Соня Бабич: «Только благодаря маме у меня все есть»

Наша Соня Бабич, девочка с ДЦП, пробилась со своим видеообращением на прямую линию с президентом Владимиром Путиным. Она попросила тренажер, потому что очень хочет научиться ходить. Мечты сбываются: в квартиру Сони привезли два тренажера: один от семьи Рамзана Кадырова и другой — от губернатора Самарской области Николая Меркушкина. Благостные видеосюжеты и заметки появились практически во всех СМИ, правда, неудержимые коллеги прибавили патоки: мол, и трехкомнатная квартира у Сони и ее семьи тут же появилась, и автомобиль.

Давно зная Соню и ее маму Елену Нечаеву, тоже порадовалась за них. Тем более как раз в эти дни, когда шла прямая линия с Путиным, Соня участвовала в международном конкурсе «Семь нот», победила в пяти номинациях и получила Гран-при. Все вроде хорошо. А Лена Нечаева мне сокрушается: вот уж не ожидала, сколько грязи выльют на меня в Интернете. «Да за что?» — спросила ее уже при встрече, приехав на Тополиную, 43, где с конца прошлого года живет семья Сони Бабич.

— Я не буду повторять, что пишут завистники, какими словами обзывают меня. Я просто в шоке от такой реакции людей: вот нашлась, мол, бойкая мамашка, пьющая, поди, и идет со своим ребенком-инвалидом напролом. Я сначала пробовала отвечать: попробуйте сами выбить что-нибудь у государства и поймете, что это такое. А потом подумала — Бог им судья.

Квартира на Тополиной — это та цель, к которой Елена Нечаева со своей семьей шла почти 15 лет. До этого были съемные углы, где хозяева запрещали убирать порожки, прикручивать на стены поручни, за которые могла бы держаться девочка. Да, я была в одной из таких квартир на Шлюзовом — маленькая «двушка», где пришлось обитать Соне, ее маме, отчиму и маленькой Кирочке. В спальне, на первом ярусе двухуровневой кровати — личное пространство Сони. Плотная занавеска скрывает место, где девочка спит, плачет, мечтает.

Вплотную — кровать мамы с Кирочкой, в другой комнате спит папа. А сколько было этих съемных квартир!

Все это время Елена Нечаева обивала пороги чиновников, чтобы ее хотя бы поставили в очередь на квартиру. В свое время чиновники Комсомольской администрации воспользовались юридической безграмотностью Лены, не сказали в 2001 году при приеме документов о том, что необходимо медицинское заключение о заболевании дочери. Дело в том, что до 2005 года диагноз ДЦП давал право на первоочередное получение жилья. А потом уж и не знали, в какую очередь ее воткнуть: к молодым семьям, ветеранам труда…

«В моей семье уродов нет!» Именно так заявил бывший муж Елены, когда узнал о диагнозе родившейся Сони и напрочь отказался от дочери, посоветовав отдать ее в приют для инвалидов. Даже алименты Елене пришлось выбивать через суд четыре года. Мужнина родня даже и попытки не сделала, чтобы помочь внучке. Бог им судья, но порой даже и знакомые роняли в разговоре: «У тебя же дочь — овощ». За 15 лет мама Сони всем доказала, что ее девочка-кровиночка — умница-разумница, талантлива и развита, фору даст и некоторым здоровым ровесникам.

Не хотелось бы вспоминать об этом, но пару раз Лена спасала свою Соню от суицида, потому что девочка не видела никаких перспектив для себя. Научила ее петь, и Соня, начиная с местной «Серебряной птицы», стала все чаще принимать участие в различных фестивалях и конкурсах. Потом и спортом занялась.

Что же касается квартиры на Тополиной, то ее появлению предшествовала череда судов с мэрией города, и каждый раз чиновники просили отсрочки — мол, сейчас для вас ничего подходящего нет в городе. Лена писала во все инстанции, а на одном из областных конкурсов Соня Бабич передала письмо Николаю Меркушкину, где рассказала о безвыходной ситуации ее семьи. В мэрии зашевелились: предложили квартиру на ул. Голосова — бывшее помещение ЖЭКа. Лена потом показывала мне снимки этих «хором» — убитое в хлам жилье, на ремонт которого уйдет полжизни и неизвестно сколько денег. Кстати, наученная журналистами и юристами, Нечаева теперь носит с собой диктофон и включенную видеокамеру на телефоне, потому как не раз слова чиновников расходились с делом. После очередного суда с мэрией предложили еще одну квартиру не лучше первой. И только в декабре прошлого года («Только благодаря вмешательству Меркушкина» — утверждает Лена) им дали трехкомнатную квартиру на первом этаже на улице Тополиной.

Здесь я и увидела подарки-тренажеры, они разные по своему предназначению, Соня пробует их осваивать: очень хочет ходить сама. А Лена Нечаева в тревоге — нужен специалист, который бы разработал специальную программу тренировок. Ведь до этого ножки Сони не раз были под скальпелем хирурга. И не всегда удачно это заканчивалось. После одной из операций коленки девочки вообще развернули набок. К слову сказать, обращение к президенту было полностью инициативой Сони, она его записала с сестрой и отправила самостоятельно.

До сих пор в квартире стоят мешки с добром после переезда.

— Лена, а почему не разбираете?

— Да я до сих пор поверить не могу, что это наша квартира, вот приватизируем, уж тогда…

Походили по квартире: большая кухня, удобный коридор уже с поручнями, спальня для Сони и Киры, спальня родителей, зал. «Да! А машина-то ваша где?» — интересуюсь у Лены.

— Не наша это машина, кум дал в аренду Соню возить в центр «Бережок», — смеется Лена. — Давали нам как-то «окушку», она давно убита: вы представляете, как туда можно было посадить инвалида и приладить коляску? Кстати, к нам от семьи Рамзана Кадырова дважды приезжали: когда тренажер привезли и совсем недавно с подарками — торты, фрукты. И наказали: если что, обращайтесь за помощью, не откажем.

Лена Нечаева — маленькая, хрупкая женщина-подросток, ее саму хочется защищать. Но вот где она силы берет, чтобы пробивать стены равнодушия и цинизма? Для меня это до сих пор загадка.

— Ты знаешь, я понимаю людей, которые изошлись завистью к нам, — говорит Лена. — Есть семьи, где растут детки-инвалиды. Родительская забота в таком случае одна: отвезти-привезти ребенка из реабилитационного центра, а потом посадить его перед телевизором или компьютером. И начинать себя жалеть: «Ах, как у нас все плохо, ах, нам никто не помогает, у нас такое горе».

Но, например, сейчас активно работает ФМД «Надежды Европы» (festcenter.ru/index.php

— это его сайт) (18+). Благодаря этому фонду появилась возможность у одаренных детей-инвалидов реализовать себя на международных конкурсах среди здоровых детей. Можно зайти на сайт, связаться с организаторами, и они с удовольствием подскажут, как подать заявку на конкурс.

Руководитель фонда Анатолий Иванович Акиньшин все расходы берет на себя, ведь многие родители детей-инвалидов не могут позволить себе дорогостоящие поездки. Мы несколько раз пользовались помощью фонда «Надежды Европы», выступали и жили в прекрасных условиях. Дорогие родители, пора деткам-инвалидам выходить из домашнего сумрака и выступать на равных со здоровыми детьми. Надо развивать своих ребят, не жалея ни времени, ни своего здоровья. И пробиться через все бюрократические заслоны можно, я в этом убедилась.

— Лена, ты такая оптимистка…

— Ты просто не слышала, как я плачу по ночам. Правда, в последнее время все больше от радости.

Факт:

Соня Бабич на своей страничке написала: «Мне часто задают вопрос: что тебе помогает быть сильной? И я отвечала: песни! Но сегодня, посмотрев передачу о Нике Вуйчиче, я поняла, что без моей мамы я бы никогда не пела, и все то, что сейчас имею, — это только благодаря ей! Сегодня я поняла и сказала себе: Соня! Хватит жалеть себя! Конечно, жалеть себя человек иногда должен, но есть люди, которым в этом мире намного тяжелей, у которых нет ни рук, ни ног, которые прикованы к кровати, от которых отказались близкие... А у меня есть всё! Прекрасная семья, друзья, люди, которые помогают мне!»

Цитата:

Елена Нечаева:

«Если в СССР не было секса, то сейчас у нас нет инвалидов — их стараются не замечать, не вникать в их проблемы. Есть законы, но для того, чтобы они работали, надо самой идти и добиваться их выполнения. Да, порой это все равно что головой об стенку. Но останавливаться не надо, и не стоит сидеть тихо в ожидании чуда».

Интересно:

Скоро грядут перемены в жизни Сони Бабич. Ей позвонили из одной солидной столичной страховой компании и предложили помощь: реабилитацию и лечение за рубежом. Подробности опустим, чтобы не сглазить: Соня очень хочет ходить.

Галина Плотникова

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ