Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Один день в «Школе самостоятельной жизни»

Уже несколько месяцев в Санкт-Петербурге работает «Школа самостоятельной жизни» для молодых людей с ментальными нарушениями. Проект реализуется на базе Центра социально-трудовой адаптации инвалидов «Мастер ОК». В «Школе» ребят учат повседневности, то есть самому важному: как сходить в магазин, приготовить обед и понять самого себя.

А еще – как получить пенсию по банковской карте так, что бы не привлечь к себе внимания. Как знакомится на улице, или, напротив того, избежать нежелательного знакомства. Как правильно оценивать людей – по их настроению, возрасту, социальному положению. В общем, жизни учат. 

О работе «Школы» рассказывают сотрудники Центра «Мастер ОК» – Иван Граевский, заместитель директора Центра, и Анастасия Шмаевская, психолог. 

Анастасия Шмаевская: Вообще сам Центр «Мастер ОК» существует более двенадцати лет. Сначала как структурное подразделение Санкт-Петербургской ассоциации общественных объединений родителей детей-инвалидов «ГАООРДИ», а с 2013 года как отдельное юридическое лицо. 

Количество мест в нашей «Школе самостоятельной жизни», к сожалению, ограничено, мы больше сорока человек взять не можем. Но попасть к нам можно. У нас есть запись на сайте centrtruda.com у нас есть запись по телефону, к нам часто обращаются из агентства занятости. Мы работаем с государственными агентствами, и они к нам отправляют тех ребят, которые хотят работать, но которым не так просто найти работу на рынке.

Да, у нас очень много ребят, которые имеют нерабочую инвалидность, но, по сути, они у нас работают. У нас есть договоры с выставочным центром «Евразия», с магазином «Спасибо», где ребята самостоятельно продают свои же товары, и получают вознаграждение. То есть в нашем Центре организовано что-то вроде очага социального предпринимательства. Но скорее, конечно, социального, чем все же предпринимательства.

Ребята у нас, в основном, из семей. Хотя есть и два человека из интерната, их приводит социальный работник на несколько дней, они работают в столярной мастерской. Все с самыми разными нарушениями. Мы не акцентируем внимания, какое конкретно нарушение – знаем, как работать с каждым из них, но все же коллектив смешанный и мы их никак не разделяем. Есть ребята с отклонениями аутистического свойства, практически у всех интеллектуальная недостаточность, есть и множественные нарушения, когда и интеллект пострадал, и возможность передвижения. 

Наша «Школа самостоятельной жизни» это самый новый проект, и идея его появления родилась естественно. Ведь мы этих ребят каждый день видим и видим, чего им не хватает. Например, сегодня они уже почти все в состоянии сходить в магазин, купить там батон хлеба и молока. А раньше они этого сделать не могли. Возможно, родители боялись отпускать ребенка одного, или не считали нужным учить повседневным вещам. 

Но когда мы в разговорах удочку забросили, оказалось, что все наши подопечные хотели бы уметь ходить в магазин, и уметь готовить. И мы начали работать по методике, которую подчерпнули от финнов, когда они приезжали к нам по обмену опытом. Основная ее суть в том, чтобы узнать желания человека, его мечты. И когда он перед тобой потихонечку открывается, ты уже можешь с человеком работать, исходя из этих его личностных качеств, из его желаний. А у каждого второго и третьего было желание научиться готовить. 

Вот именно из этого и возникла идея социально-бытовой адаптации. За вопросы кухни у нас отвечает Галина Григорьевна (Гафурова Галина Григорьевна, специалист по социально-бытовой адаптации – ред.), вместе с ней ребята ходят в магазин, готовят, моют посуду, изучают рецепты, и потом повторяют выученное у себя дома. Но Галина Григорьевна с понедельника у нас на больничном, и мы тут без нее как без рук. Так что на этой неделе к кухне каждый день прикреплен новый «дежурный» специалист, и мы сами можем видеть насколько далеко пошел прогресс, сколь многому ребята научились. Мы приходим на кухню и спрашиваем: «Может, чего попроще сделаем? Макароны отварим, курицу в духовке запечем, и салат порежем?». И ясно по работе ребят видим, что они уже и без подсказок знают, сколько надо по рецепту соли в салат, как курицу разделать, сколько продуктов надо на двадцать – двадцать пять человек положить. Даже взрослый «дежурный специалист» не всегда сообразит, как все правильно сделать. Ведь никогда дома не готовишь на такое количество человек.

Это только кажется, что приготовить обед легко

Это будут макароны по-флотски

На кухне

Кто-то из ребят был уже с нами и до этого проекта ( занимались в Центре «Мастер ОК»), а другие на сам проект записались. У нас была предварительная запись на сайте, и человек пятнадцать пришли именно в «Школу самостоятельного выживания». Конечно, для нашего города 15 человек – это очень мало. Весь вопрос упирается в помещение: с этой точки зрения мы работаем на пределе наших возможностей. 

Пять человек в одну мастерскую, пять в другую, там швейные машинки, ткацкие станки, их больше уже никак не поставишь. За большую комнату (зал) у нас вообще войны идут. Там у нас проходят и занятия по батику, и родительские дни, и праздники, и уроки компьютерной грамотности «Медиа-мастерская», на которых ребята делают свои презентации. Понятно, что презентации они готовят с помощью преподавателя, что сначала они этого не умели. А сейчас уже могут создать слайд-шоу с подписями, чтобы потом на родительский день представить «Мой отдых в Болгарии», «Как я отдохнул в лагере», «Что для меня важно». 

Иван Граевский: Давайте пройдем по Центру, посмотрим? Здесь у нас столярная мастерская. Ребята производят изделия из дерева, частично из металла: это и сувениры, это и какая-то прикладная продукция. Например, как эти вот разделочные доски. Это пока заготовки. У нас часто делают заказы, например, на табуретки или стулья. Заказывают обычные люди, которые из интернета или из газет узнали о нашем центре. Хотя сейчас стали обращаться и организации. Лицей недавно нам написал, но… у нас же штучный товар, мы много не производим и на большие организации, естественно, не работаем.

В столярной мастерской

А это швейная мастерская, здесь тоже работает пять-шесть человек. И на машинках, и ручные изделия изготавливают – в целом учатся швейному мастерству.

Швейная мастерская

Ткацкая мастерская – это наша гордость. Ребята работают даже на старинных русских станках. Есть два новозеландских, остальные шведские. Русский станок традиционный, ему уже около ста лет. А новозеландский, более поздний, и потому более совершенный. Эти станки очень хорошо приспособлены для наших ребят. Здесь тоже четыре – пять человек занимаются. Ткут разного рода ковры, дорожки, шапки, шарфы, на заказ делаем очень много. Сейчас сделали работу для Москвы, отправляли ковер. Теперь делаем шторы шестиполотенные, еще интерьерные работы есть: их на выставках продаем.

Уникальный ткацкий станок - ему уже сто лет

А это класс батика, тут ребята расписывают ткани воском и красками по шелку, делают картины на заказ. Ну, и тут же класс компьютерной грамотности. А это как раз кухня, где проходят занятия по части социально-бытовой адаптации. 

Анастасия Шмаевская: Часто спрашивают: а для чего вы учите этих ребят, они могли бы прожить и без этих уроков и без этих заработков. В плане финансового благополучия, да, некоторые могли бы. Но опыт, накопленный за десятилетия работы с такими ребятами доказывает, что такие «Школы самостоятельной жизни» не просто нужны, а необходимы. 

Ведь если у человека есть инвалидность, что государство ему предлагает? Детский сад есть коррекционный, потом школа седьмого, восьмого вида, пятого, они тоже есть. Пожалуйста, учись. И там, в школе, можно доучиться даже и до двадцати лет, в каждом классе просидев по несколько раз. Потом, для избранных, так скажем, для тех, кто сможет преодолеть приемный порог, есть колледж, швейное дело, лозоплетение. И всё! 

И потом, когда они выходят, только единицы могут куда-то устроиться. И они оседают дома. И интересы опять как у подростков, у детей, когда они могут целыми днями просидеть у компьютера, у телевизора и все, что давал садик, что давала школа, это все улетучивается.

Жуткая деградация начинается! И родителям тяжело, ведь при этом со многими надо постоянно находиться дома. У нас парень есть, он золотой, он отлично шьет, лучший мастер, ему заказы присылают на одеяла, но чуть отвернешься, и он где-нибудь что-нибудь открутит, что-нибудь сломает, то есть создает опасность и самому себе, и другим. 

Возраст у нас от восемнадцати лет, двое мальчиков ходят семнадцатилетних. И у родителей мотивация совершенно разная. Кто-то хочет, чтобы и пообщался человек, и научился пользоваться метро. У нас был проект, в котором были задействованы личные помощники. Во время практики ребята на компьютере разрабатывали маршрут, потом его проходили, а личный помощник за ними следовал и по улице, и в метро.

Проект закончился, личные помощники нас покинули, но можно сказать, что это и было преддверием «Школы самостоятельной жизни».

Иван Граевский: «Школа самостоятельной жизни» – это проект Региональной общественной организации «Институт проблем гражданского общества». Институт нам выделил Президентский грант на основании итогов конкурса на восемьсот тысяч рублей, по которому мы сейчас и работаем.

Анастасия Шмаевская: По срокам проект рассчитан с октября 2014 по июнь 2015 года. Но, я думаю, мы оставим элементы «Школы» и в своей дальнейшей работе.

Ольга Викторовна (Дергачева Ольга Викторовна, заместитель директора, психолог) занимается финансовой грамотностью с ребятами. Финансовая грамотность – это и навыки самые простые (как деньги посчитать), и дальнейшее усложнение задач. Например, как оплатить квитанции, воспользоваться банковской карточкой и пр. Мы учим ребят операциям, которые современный человек должен знать и уметь, потому что ведь даже пенсия ребятам приходит на банковскую карту. А значит, и тут нужны навыки безопасности. Как сделать так, чтобы твой пароль никто чужой не увидел, что бы никто у тебя эту карточку не вытащил, и деньги, которые ты снял, не отняли и не украли. Все эти навыки, как уже стало понятно, настолько важны, что и после окончания проекта многие из методик работы «Школы» мы оставим, потому что мы увидели, что это востребовано.

А в группе «общения по социальным контактам» первое, что мы начали изучать – это различать эмоциональный настрой собеседника по выражению его лица. И вообще различать свои собственные эмоции. Сначала было очень трудно, сначала путались в оценке настроения. Были лишь «плохие» и «хорошие» эмоции, потом радость и грусть возникла в оценке. Вот здесь у нас такая шпаргалка висит по всем эмоциям, и в зале такая же висит, и сейчас я уже вижу прогресс, когда они приходят с конкретными словами: «Я разозлен». Уточняю, на кого разозлен, почему разозлен, и слышу точные ответы. А до этого приходили, бурлили, но даже не могли выразить, что они чувствуют. Научились понимать свои и чужие эмоции, стало работать намного легче, сразу улучшился общий климат в Центре.

В процессе обучения в "Школе самостоятельной жизни" ребята вместе с Анастасией Шмаевской обсуждали, что такое эмоции и сняли короткий видеоролик:

Еще мы на группе общения начали изучать безопасность на улице – с точки зрения коммуникаций с незнакомыми людьми. Очень важно определить, если человек испытывает к тебе какие-то не те желания. Нужно знать, как в этой ситуации себя повести, кого звать, куда обращаться, что делать. Или, если говорить о социальных контактах, то будем изучать, как познакомиться с девушкой, в каком контексте и в каком окружении это безопасно. Как не стать навязчивым, как не получить грубый отказ, потому что сделал что-то неуместно, не правильно, не так. Разыгрываем ролевые сценки. Учимся договариваться и искать компромисс.

И уже сейчас к нам приходят родители со словами: «Спасибо, он мне начал говорить про свои эмоции: что он тут раздражен, оказывается!». Или радуются, что пришли домой, а ребенок приготовил к их приходу салат. Увидел в холодильнике огурец, редиску и яйцо, сварил это яйцо, все порезал. Маслом заправил, мама приходит домой, а там уже еда. Результаты видны, и это прекрасно! 

Очень важны социальные контакты. Многие ребята не могут разделить такие понятия, как «знакомый» и «друг», или «знакомый» и «родственник». Могут не понимать, чем отличается общение с разными по возрасту и социальному положению группами людей – где надо уважительно сказать, а где и себя от чего-то оградить, границы поставить. Эти навыки мы тоже отрабатываем в игровой форме: вспоминаем, рассказываем, практикуем в ролевых играх. И это тоже важно, потому что даже поездка в метро иногда может закончиться плачевно.

Был и такой случай, когда мальчик приехал на занятия с синяком под глазом, потому что ответил на агрессию в метро. Кто-то его там пихал долго-долго в вагоне, и наш подопечный высказал, так скажем, свое недовольство. 

У нас многие ребята не могли себя поставить на место другого человека. Например, ролевая игра, в которой я рассказываю нашим девушкам, что вот вы две подружки, пошли вместе в магазин, увидели одно платье, вам обеим оно понравилось, что делать? И кто-то с удовольствием эту задачку решает, а кто-то совсем не может себя представить в роли другого человека. И я нашла комиксы, нашла сайт, где придумываешь-выбираешь графический образ человечка, и в окошечках пишешь, что он говорит. В первом и последнем окошечках я писала готовые фразы. А в середине ребятам надо было самим придумать, как правильно разрешить, скажем, какой-нибудь небольшой конфликт. И эта игра сработала.

Группа общения: учимся понимать себя и других 

Иван Граевский: Еще в «Школе самостоятельной жизни» у нас проводятся семинары-встречи с родителями, где мы рассказываем о наших задачах и успехах. Некоторые жизненные аспекты ребята могли обсудить только с родителями. Например, те же коммунальные платежи. Что такое «водоотвод»? Тут родители должны все эти важные мелочи подробно объяснить ребятам. Эта работа ведется с родителями, чтобы избавиться внутри семей от практик гиперопеки, от той излишней заботы, что не позволяет ребятам идти дальше и развиваться. Это тоже одно из направлений «Школы самостоятельной жизни».

Встреча с родителями 

Анастасия Шмаевская: Сейчас институты не готовят студентов и выпускников к работе в НКО, как-то про них не думают. Как работать в садике или в школе нас учили, что делать в частных консультациях тоже. А работа в НКО? Тут на самом деле столько творчества, столько идей, что надо иметь определенные навыки, чтобы вовремя перестраиваться и все время что-то придумывать. 

Моя специальность, на которую я училась, это «Специальная психология», психология людей с отклонениями в развитии. Это могут быть и вундеркинды, например. Но как-то нигде в нашем городе я не видела центров для вундеркиндов, а вот центр «Мастер ОК» меня очень заинтересовал, и работа здесь мне нравится.

Я отношусь к каждому из наших ребят как к отдельной личности, у них так же, как и у интеллектуально-достаточных людей есть свои особенности, свои и недостатки и достоинства. Встречается ли гениальность? У нас был мальчик с ярко выраженным дарованием. Например, мог взять программу компьютерную для работы с 3D моделями, и сам ее освоить, и сам рисовать. Но при этих своих огромных способностях, он не мог и не умел ни с кем почти что общаться, и его практически невозможно было этому научить. Вот такая особенность. Конечно, какие-то углы мы помогли сгладить, но полностью научить – никак.

Схожие центры работают каждый в своей нише. Где-то больше упор на мастерские, где-то на досуговую деятельность. Есть и такие, куда родитель приехал, тяжелого своего ребенка сдал, и это примерно как в детском саду получается. Их там кормят, потом они что-то из бисера поплетут, и потом родители их забирают. Это просто для того, чтобы дать родителям днем поработать. 

Главная же идея нашего Центра, что мы относимся к ребятам и нашей совместной с ними деятельности как к подготовке к работе. Мы думает о будущем и строим его. Возможно, у наших подопечных будут варианты трудоустройства. Возможно, после нашей социально-бытовой адаптации, после тренинга по социальным контактам, они найдут свое место. Ведь многие, приходя к нам, уже умеют, например, шить. Но они не умеют работать в коллективе. А мы всегда напоминаем: «Ты здесь в первую очередь работаешь!». Ведь те изделия, что ребята изготавливают, они потом продают. Например, на выставке, и эти деньги идут только им. Выставочное место нам предоставляется бесплатно. Продают они сами, мы только подстраховываем. И потом мы публично детям деньги вручаем, чтобы было понятно, что вот деньги, и они заработаны.

Очень мало кого из молодых людей привозят родители, большинство наших учеников приезжают в «Школу» сами и уезжают сами. И у нас есть даже такая компания ребят, которые – то вдвоем, то втроем, а то и вчетвером – возят одного, менее адаптированного мальчика, к нему домой. Это того молодого человека, который может все время что-то открутить. И его мама все время беспокоится о нем, но у мамы не совпадает график, у нее не получается его забирать.

И сначала мы кому-то одному из ребят поручали провожать его домой. А потом эта компания «перевозчиков» начала разрастаться. Просто чтобы заодно потусоваться. То есть вне центра ребята тоже поддерживают общение, и в гости друг к другу ездят, и дружат, и кто-то влюблен.

Иван Граевский: Сейчас, конечно, трудности со спонсорами – впрочем, как и у всех. Кризис. Многие компании не готовы напрямую финансировать наш проект, потому что у них у самих переломный момент, а федеральные программы сужаются, и выиграть грант все тяжелее.

Но уже в ближайшее время мы планируем выйти на краудфандинговую платформу «Planeta.ru» где с помощью компании «Мегафон» будем искать средства на работу мастерских и на развитие нашей «Школы» и других наших проектов.

Центр социально-трудовой адаптации инвалидов «Мастер ОК», телефон в Санкт-Петербурге +7 (812) 275-45-63

Вероника Севостьянова

Источник: Милосердие.RU

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ