Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

По сценарию своих возможностей

Дочь знаменитого актера Мария Баталова из–за ДЦП не говорит и может печатать лишь одним пальцем. Тем не менее она окончила ВГИК и написала сценарий фильма «Дом на Английской набережной», признанный лучшим на фестивале «Московская кинопремьера». 

С таким же диагнозом создает сценарии практически обездвиженный американец Крис Фонческа, а его соотечественники Джери Джевелл и Рой Фрэнк «Ар–Джей» Митт снимаются в популярных сериалах. Минчанка Наталия Бякова о своем фильме мечтала с шести лет. Однако специалисты медико–реабилитационной экспертной комиссии посчитали, что физические возможности не позволяют девушке учиться ни на режиссера, ни на сценариста. Вердикт фактически закрыл двери в профессию, с такой рекомендацией документы в вуз не примут. Но от мечты Наталия не отказалась — поступила в зарубежный университет. Конечно, остался вопрос: зачем создавать дополнительные препоны тем, кто и так вынужден каждый день преодолевать массу сложностей?

Наталия — одна из первых в нашей стране детей с ДЦП, окончивших обычную школу. Во многом это заслуга родителей, чьими усилиями было создано молодежное общественное объединение «Откровение», цель которого — интеграция детей с ограниченными возможностями в социум и, в частности, учреждения образования общего типа. Начала учиться Наталия, как и многие дети с ДЦП, в районном центре коррекционно–развивающего обучения и реабилитации. Однако когда стало понятно, что для детей с нормальным интеллектом программа там все же отличается от той, по которой занимаются в общеобразовательной школе, пришлось уйти на надомное обучение, нагнать упущенное и уж затем стать обычной ученицей. 

«Около двух лет я была единственным ребенком в стране на коляске, обучающимся в простой школе, до нас никто и не пытался туда попасть — без поддержки это нереально. В школе были пандус и лифт, но он не функционировал. Два года пришлось скакать по ступенькам на коляске. Загвоздка оказалась в том, что не было лифтера, человека, который пошел бы на небольшую зарплату. В итоге моему папе при его двух высших образованиях пришлось окончить курсы лифтеров и устроиться в школу. Вскоре в ней было уже 3 «колясочника», — Наталия считает, что сама возможность учиться наравне со всеми стоила того, чтобы преодолевать эти трудности. Ведь те, кто окончил школу на надомном обучении, в корне отличаются от посещавших обычную. Человек, запертый дома, — замкнутый, боится взаимодействия с обществом, общения... 

Сама Наталия в этом году окончила школу с высоким баллом —– 9,1. Нацелилась на высшее образование. Но уже на МРЭК перед поступлением ей стало понятно, что полоса препятствий впереди вырисовывается обширная. «Я бы сказала, что комиссия списком доступных специальностей довольно жестко сужает твои возможности, при том, что они и без того уже ограничены. Конечно, это преподносится как решение во благо, но ведь мы можем решить сами, как строить свою деятельность исходя из нашего здоровья, для этого не нужен МРЭК. Он становится препятствием в профессиональной реализации». Девушке предложили попробовать стать продюсером. Но это противоречило ее мечте... Кроме того, оказалось, что в университете культуры и искусств, куда предварительно обратилась Наталия, нет безбарьерной среды. «Когда мне обрезали возможности заняться режиссурой, я, человек верующий, подумала, что, может, меня подталкивают к другому пути — стать теологом. Но здание, где находится факультет теологии БГУ, также оказалось не приспособлено для «колясочников». 

Отдельная тема — сдача ЦТ, тоже не адаптированного к особенностям людей с инвалидностью. В итоге девушка решила пойти по пути наименьшего сопротивления и поступила в университет в Литве. Учится дистанционно, на сессии придется ездить два раза в год. Кстати, с безбарьерной средой и там не все гладко, однако детская мечта все же стала обретать реальные контуры — с выбранной специальностью Наталия сможет стать сценаристом, кинокритиком, режиссером. «Я уже поняла, что мне придется с нуля выстраивать свою профессиональную область, организовывать себе поле для деятельности. Чтобы сниматься в кино, имея ограниченные возможности — а такое желание у меня тоже есть, надо самой писать сценарий фильма, быть его режиссером. Слава богу, есть люди, которые помогают, например, моя любимая актриса Эвелина Бледанс — недавно я сделала с ней интервью для сайта neinvalid.ru, и у нас есть идея общего проекта». 

Наталия — девушка общительная и уверенная в себе. Пробует себя в журналистике. Занималась танцами на колясках. А вот после съемок в массовке фильма «Сила любви» на «Беларусьфильме» у нее осталось двойственное ощущение. Дело даже не в том, что снимали целый день, а показали спиной. В сценарии была девушка на инвалидной коляске. И в нее посадили здоровую актрису, которой пришлось долго учиться управлять агрегатом. «Считаю, это бессовестно! Ни один здоровый человек не сыграет так, как надо, человека с ограниченными возможностями, потому что он это не пережил. Сейчас, к сожалению, реальная актриса на коляске — за гранью понимания режиссера», — Наталия надеется, что когда–нибудь будет по–другому. Возможно, в том числе благодаря и ее будущему вкладу в кино. Задумок хватает. Но главное, что будет в ее фильмах — стремление изменить общество к лучшему. Кстати, такую же цель имеет и инклюзия — полное включение людей с инвалидностью в социум, раскрытие их потенциала. Сейчас для этого им приходится преодолевать очень непростой путь... 

Справка

Безусловно, у нашей системы образования имеются достижения. Например, факт, что необучаемых детей практически нет: 99,2% ребят с особенностями учатся, причем 70% — в обычных школах. Среднее образование признается обязательным, а высшее, где есть конкурсный отбор, — нет. В вузах сейчас получают профессию 1.600 студентов с инвалидностью. Однако не везде для них организована комфортная среда. Причем, когда проводился опрос, считают ли в вузах, что студентам с инвалидностью нужно создавать специальные условия, практически все ответили «нет». То есть в высших учебных заведениях проблем таких обучающихся предпочитают не видеть, очевидно, считая, что студент сам должен думать, как ему влиться в общий процесс. 

Прямая речь

Виктория Голикова, кандидат медицинских наук, заведующая лабораторией медицинской экспертизы и реабилитации детей РНПЦ медицинской экспертизы и реабилитации: 

— ДЦП — это патология, проявляющаяся разнообразными нарушениями центральной нервной системы и, кроме парезов и параличей различной степени тяжести, зачастую сопровождающаяся нарушениями слуха, зрения, психологического развития, эпилепсией и др. Вот почему нельзя, не имея объективных клинических данных, сравнивать один случай с другим. При проведении профориентационной консультации специалисты МРЭК руководствуются широким спектром мероприятий, предусмотренных законодательством и возможностями государственных программ по безбарьерной среде, предупреждению инвалидности и реабилитации, занятости и др. Уже несколько лет у нас в стране лица с ограниченными возможностями реализуют право на профобучение дистанционно, используя формы адаптивной среды. 

Будущая профессиональная деятельность должна не только соответствовать интересам и склонностям ребенка с ДЦП, но и не быть противопоказанной по состоянию здоровья (постановления Минздрава Беларуси № 35, № 47). Профессию, доступную по состоянию здоровья к освоению, МРЭК подбирает, учитывая способность молодого специалиста, обучающегося за счет бюджета, к обязательной отработке на первом рабочем месте в течение 1 — 2 лет. При желании обучаться платно ограничений в выборе по медицинским показаниям практически не существует, но при этом занятость человеку с инвалидностью не гарантирована. Поэтому он не будет экономически независимым, о чем его в обязательном порядке предупреждают. 

Юлия Василишина