Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

«Пацан сказал – пацан сделал!»

На днях Дмитрий Верфель получил красный диплом Кемеровского университета культуры и искусств по специальности «фотограф». Свои отличные кадры он делает обычной камерой, при этом у Дмитрия нет кистей обеих рук.

Обычные родители

Не каждый год выпускниками вуза (да еще отличниками!) становятся люди с такой тяжелой группой инвалидности. Сам Дима по этому поводу смеется: «Отец увидит диплом, скажет: «Это чё? У моего разгильдяя опять одни пятерки?»

Дело в том, что шесть лет назад Дмитрий уже окончил (и тоже с отличием) Новокузнецкий колледж, став дипломированным специалистом по рекламе. Но то было специализированное учебное заведение, адаптированное для инвалидов.

Кстати, там, в колледже, Дима и жену себе нашел. Сейчас Марина уже «мама со стажем». Несмотря на свой диагноз (травма позвоночника и как следствие — прикованность к коляске), она родила Дмитрию сына и дочь. Пятилетний Федор и годовалая Маша носятся по уютной, со вкусом отделанной, свежеотремонтированной квартире, требуют побыстрее сварить кашу, карабкаются взрослым на колени… И не сознают: чтобы создать такой «обычный, как у всех» быт, родителям надо было стать настоящими героями.

«Ты больше друзей похоронил, чем твой отец»

На самом деле, Дмитрий Верфель вполне мог стать героем отрицательным: юность в маленьком поселке близ Новосибирска пришлась на «бандитские 90-е». Куча его друзей кончила жизнь в пацанских разборках или угодила за решетку. Он и сейчас, вспоминая то время, признается: «У меня всегда деньги водились! Ну да, и зарабатывал: я же электриком был, а это значит всегда при себе сумка с отверткой-изолентой и наличка в кармане. А еще я всегда конфликты разруливать умел: условно говоря, Петя у Васи занял денег и не отдает, я вмешиваюсь – после этого Петя меня полгода кормит. Рестораны, девочки…» Димина мама как-то заметила: «Ты в свои годы больше сверстников похоронил, чем твой отец!»

Впрочем, в такой пограничный слой между криминалом и нормальным социумом в 90-е попало немало двадцатилетних. Только инвалидом Дмитрия сделал не его тогдашний образ жизни, а страшная случайность. Темным вечером его, не заметного в свете фар, сбил автомобиль. Дмитрий потерял сознание. Водитель, испугавшись, что убил человека, запихал раненого в багажник, отвез за город и бросил в лесу. Очнувшись, Дмитрий выполз на дорогу… Каким-то чудом добрался до дома. И уже там, в тепле, осознал: кисти обеих рук у него отморожены напрочь. Ампутация, клиника, депрессия… Потом – многомесячное пьянство. «Я только когда в Новокузнецком колледже очутился, понял, что могу жизнь по-другому наладить, — признается сейчас Дима. — А тогда мне казалось: всё, кранты…»

Плюсы инвалидности

Я задаю Диме вопрос, который давно вертится у меня на языке: выходит, что инвалидность не только что-то отнимает у человека, но и что-то дает ему?

Он на секунду задумывается и отвечает не без юмора: «Конечно! Мне, например, 15 тысяч пенсии ежемесячно: кто еще из сверстников такой может похвастать?»

a7e0015bffcc3c82f8eebfca08e97c04.jpg

Ну, а если серьезно, то кощунственный, на первый взгляд, вопрос мой на самом деле вовсе не так нелеп. Я расчерчиваю страницу блокнота пополам, и мы с Димой начинаем считать плюсы и минусы. Минусы: «веселая жизнь», «легкие» заработки, обилие друзей. Плюсы: хорошее образование, полученное на бюджетной основе (даже два, если считать Новокузнецкий колледж и КемГУКИ). Причем в такой сфере, куда ему с детства хотелось бы пробиться, но без инвалидности она казалась недоступной. «Я с русским языком с детства не дружу, но всегда любил рисовать. В «художку» меня родители не отдали: там плата довольно высокая была, а спортивные секции – бесплатно. Я борьбой занимался — пока спину не повредил. Потом в радиокружок ходил, пока руки не поломал (меня глобусом придавило, был у нас в городе такой «арт-объект», глобус железный, его пацаны однажды от постамента оторвали, ну, я и попал…). Короче, ни о каком гуманитарном вузе мечтать не приходилось с такой подготовкой. А инвалидность, получается, дорогу в рекламу открыла».

Главное же, как понимает сегодня Дмитрий, его диагноз поменял ему круг общения. Расширил, да. Но не только. Во-первых, пообщавшись с людьми, оказавшимися в сходной ситуации, он понял, что добиться успеха чаще всего мешает не сама по себе инвалидность, а всякие комплексы, с ней связанные («как я выгляжу, как на меня посмотрят окружающие»). Во-вторых, естественные ограничения, которые приносит инвалидность, провоцируют развитие собственных умений и навыков.

Пока я не увидела, как Дмитрий управляется с кнопками фотоаппарата или клавиатурой компьютера, мне и в голову не могло прийти, что владение культей способно развить в человеке такую ловкость! Очень хотелось спросить об интимном: как без обеих рук он справляется, например, с зиппером джинсов или зубной щеткой? Оказывается, прекрасно справляется. И вполне самостоятельно. «Молнию» куртки при мне застегнул весьма ловко.

Ну, а главный плюс к вышеперечисленному: в специализированном колледже Дмитрий встретил Марину.

Открытие будущего

Она оказалась на коляске в 18 лет: попала в автоаварию. На «родной» профессии (училась уже на 3-м курсе музыкального училища по специальности фортепиано) пришлось поставить крест. В колледже, как и Дима, получила другую — «специалист по рекламе», но о будущей работе пока не думает. Сейчас ее главное предназначение – быть мамой. Хорошей. С Федором, например, уже занимается вокалом, мечтая развить его способности («слух у него замечательный!»). С Димой, как и положено, спорят о будущем детей: в спорт отдавать сына или в музыкалку? Мышцы для будущей «защиты от жизни» накачивать или развивать данное природой? К единому мнению пока не пришли.

be96f61c1b989c936f96e3cd8d6dd56c.jpg

Дипломная работа у Дмитрия Верфеля назвалась «Моя жизнь». И хотя его портретов там нет, серия снимков о жизни инвалидов вполне конкретно рассказывает о Диминых заботах, радостях, чаяниях. Запомнилось фото «Две коляски»: Марина, сидя на своей, инвалидной, качает малыша Федора в его, детской. И печально, и трогательно. А вот колясочники ловят рыбу. А вот ампутант-копьеметатель на соревнованиях…

— Не люблю постановочных кадров, — говорит Дмитрий. – Хочу, чтобы на снимке всё было по-честному, по правде.

Он надеется зарабатывать на жизнь фотоделом. Это не пустые мечтания: у него уже был свой фотосалон, приносящий неплохую прибыль. Правда, налоги задушили: пришлось прикрыть. Но у Дмитрия – явный предпринимательский талант, так что наверняка его бизнес еще себя покажет. Хотя сейчас он мечтает о другом. Мечтает совершенствоваться в профессии. Вырастить детей хорошими и счастливыми людьми. Стать успешным и знаменитым. Словом, нормальные планы нормального амбициозного мужчины.

И еще он сказал фразу, над которой я много думала после. «Честно говоря, устал я от той жизни, которую до своей травмы вел. Может, сам и «выпросил», чтобы Бог меня рук лишил? Замечаю: я сейчас гораздо добрее стал, чем был раньше, здоровым. На такие «мелочи» внимание начал обращать, каких раньше просто не видел. На жалких людей, на тех несчастных, кому помощь нужна…»

Я не стала записывать это свойство в «полученные плюсы». Но, может, оно-то и есть самое важное?

Ольга Штраус

Источник: Кузбасс

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ