Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

Кого акула не проглотила. Один день из жизни реабилитационного лагеря «Шередарь», где дети, победившие рак, учатся заново быть детьми

Сегодня из волшебного эльфийского печенья, измельченных кристаллов с Альп, сыра из пасты бюбюнтера («Никто не знает, как он выглядит, потому что он везде оставляет свою пасту и сразу сбегает»), перемолотой пыльцы златоглазки и молока единорогов в кулинарной мастерской готовят чизкейк. Дети тайком пробуют получившуюся пасту — зеленого, голубого, оранжевого цвета (мастер Катя капнула немного пищевого красителя). Шери вызываются мыть посуду, чтобы тайком облизнуть ложку.

— Катя, а где купить яйца грифонов? — серьезно спрашивают дети. Им необходим рецепт домой.

Когда на мастерской пекут шоколадные кексы, безумный запах заволакивает весь этаж. В кирпичном здании санатория «Сосновый бор» во Владимирской области расположился реабилитационный лагерь «Шередарь» — для детей, вылечившихся от рака и других тяжелых заболеваний.

В этот раз их сорок пять: из Самары, Тюмени, Новосибирска, Астрахани, Брянска, Владимира, Иркутска, Казани, Уфы, Элисты, Минска. Они на восемь дней попали в Школу Волшебства. Восемь команд — восемь факультетов: бравдор, звездорад, сталемеч, милоплюш, кременстраж, динзвон, ладокрыл, фильеньон, у каждого свой герб и девиз.

Фонд «Шередарь» существует два года и за это время проводит уже девятую психосоциологическую реабилитационную смену. Долгое время Михаил Бондарев, генеральный директор компании «ВКС-International House» (курсы английского языка), занимался благотворительностью анонимно — просто передавал деньги Российской детской клинической больнице, там он познакомился с первым директором фонда «Подари жизнь» Галиной Чаликовой. Сначала предложил санаторий (который он арендует) для отдыха сотрудников фонда, родителей с детьми, волонтеров… Абсолютно естественно родилась идея: нужно возить сюда выздоровевших детей… А зачем?

***

Только кажется, что мастерская по стрельбе из лука проходит в спортзале, на самом деле мы в ведьмином лесу. Здесь живут злые духи, которых нужно поразить. Даже если не попал в мишень, наверняка задел парочку. Так и поражена болезнь. Но она не спешит уходить, нашептывает ребенку: ты не такой, как все. Семью окутывает всепоглощающее чувство вины: все внимание, все средства бросают на борьбу с болезнью, родители ссорятся, каждый винит себя, ребенку кажется, что он — причина этих ссор, братья и сестры иногда думают: «Ну почему я-то родился здоровым?»… Болезнь — она ведь не только физическая. Поэтому и нужна реабилитация. После нее человек выходит в тот же мир, но с ощущением другого своего места в нем. Важного. В первую очередь он — ребенок! И емунадо вернуть детство. Это объясняет Терри Дигнан, эксперт Международной ассоциации реабилитационных лагерей SeriousFun Children’s Network, программами реабилитации занимается больше 20 лет. Все смены он проводит в лагере рядом с детьми.

***

Деньги на реабилитацию дает Бондарев, что-то переводят люди. Уже второй раз «Шередарь» подает заявку на президентский грант для некоммерческих организаций. В июне гранты получили «Ночные волки», «СтопХам», «Хрюши против»… «Шередарю» отказали без объяснения причин. В октябре есть еще одна возможность. Тогда можно будет брать больше детей на программу. Тем более есть куда. Недалеко от «Соснового бора» достраивают собственный центр «Шередаря» — деревянные дома, мебель для которых делают тоже недалеко — на фабрике, которая тоже принадлежит Бондареву. В четверг там высадили первую аллею рябин. Будут зарабатывать на весеннюю и осеннюю программу, сдавая домики в аренду летом.

«Если вам предложат миллион долларов или десять волонтеров, всегда выбирайте волонтеров», — говорит Терри. Волонтеры — это проводники детей в большой мир, их шери. Их любимый герой, конечно же, Холден Колфилд, тот самый, что мечтал ловить детей над пропастью.  

Маша первый раз приехала в «Шередарь» полтора года назад — вести мастерскую танца. В команде оказался мальчик на протезе. Еще один — без зрения… Кое-как их уговорили попробовать. Через пару дней первый зажигал на дискотеке, второй освоил нижний брейк. Маша раньше была юристом, но перешла работать в фонд «Подари жизнь». «В лагере ценности сдвигаются: для тебя важно успеть нарезать сердечки каждому ребенку, чтобы девочка поборола себя и вышла на сцену… Когда я первый раз вернулась на работу после «Шередаря», подумала: какая разница, сколько ноликов в этих документах, зачем я вообще должна их готовить? Настоящая жизнь не здесь».

***

Того мальчика, который зажигал на дискотеке, зовут Самат, он из Саранска. И до лагеря думал, что дети раком не болеют, он такой один. Он и ровесников своих не видел: «болячка» пришла, когда ему было два, боролся с ней шесть лет. Одолел, но с потерей. С первого класса Самат на домашнем обучении, свежий воздух — только с балкона. В лагерь он поехал в десять лет. И можете представить — впервые за эти годы на него смотрели просто, прямо, не отводя взгляда. Он осмелел — начал ходить на костылях, не надевая протез. Танцевал на костылях без протеза. Мама Альбина не поверила бы, если бы не увидела фотографии. «Он вернулся самостоятельным ребенком… Понимаете, та «болячка» сразу делает их как бы взрослыми, но они-то дети». Альбина уверена, что в «Шередаре» «детей окунают в волшебство».

Правда, в Саранске Самат по-прежнему не выходит из дома без протеза. Провинциальный город, ну не могут там пройти мимо и не пошептаться. Зато дворовые мальчишки теперь за Самата горой, уважают.

Самат, когда болел, стал думать о том, что своей семьи у него никогда не будет. Кому он такой понадобится?

«Мы прошли свою «горячую точку», как люди в погонах проходят через свои испытания», — говорит Альбина. Самат больше не думает о плохом.

***

Детям в «Шередаре» дают возможность контролировать ситуацию — то, что ограничивали врачи и программа лечения. Шери никогда на их «можно?» не скажут «нельзя». Самое главное в «Шередаре» — принять вызов, попробовать то, что было запрещено долгое время болезни. Нельзя цитрусы, орехи, «не прыгай», «не бегай» — даже после выздоровления родители не верят, что ребенок снова с ними, ограждают его от внешнего мира, как раньше, боятся потерять.

Ребенок может не заметить успеха, ему нужен тот, кто укажет на него. Ему нужно просто подарить «ого-я-столько-всего-могу»-ощущение. После каждой мастерской дети определяют свое состояние цветом — узнал что-то новое, научился чему-то новому, хорошее настроение, творческое настроение. На театральной студии раскрашивают маски, на музыке рисуют плакат своей группы, на кулинарной студии выбирают цвет обертки для конфет.

Они особенные. Еще не понимают, какая серьезная и страшная болезнь, как акула, чуть не проглотила их. Но они оказались сильнее. Маленький человек, он еще не знает, что «болячка» не выбирает, к кому прийти, не смотрит, хорошо ли он вел себя, она — не наказание за что-то, она — необъяснимость, нелепость, «такнедолжнобыть». И никто не виноват.

***

По вечерам в лагере собираются на «Шепталку». Откровенничают: если бы у меня был волшебный ластик, что бы я им стер, если бы была дверь, за которой может оказаться все что угодно, куда бы она вела? Когда обсуждали «поступок, которым я горжусь», ребята начали вспоминать спортивные достижения, стрельбу из лука, кто сколько проехал на лошади (такая мастерская тоже есть). А один сказал: «А я горжусь тем, что я выздоровел». И остальные подхватили: и мы гордимся.

Пару дней назад фантазировали, каким зверем хочется побыть. Один мальчик сказал: хочу быть ежом-качком. Шери очень удивилась. Оказалось: утром на мастерской журналистики волонтер Маша изображала Белоснежку, а дети ее интервьюировали.

— На чем вы обычно ездите?

— На всем, что под руку подвернется!

— Даже на ежах?

— Даже на ежах!

— Но они же маленькие и слабенькие?

— А у меня есть свой спортзал для ежей, где они качаются! — разошлась Белоснежка.

На мастерскую по журналистике каждый раз приглашают гостя. Вот и мне удалось побывать журналистом из «Волшебной новой газеты», что выпускают в соседнем королевстве («Добавляй везде «волшебный» — на этой смене все так и работает», — научили меня волонтеры).

За ужином шери обсуждают, кого Василек пригласил танцевать вчера на дискотеке и какое платье можно сшить ведущей завтрашней «Синей птицы» — местного «Оскара». Каждый вечер волонтеры достают «анонимки» из конвертов со своими именами на стене — дети втихомолку кладут туда записочки. «Без тебя «Шередарь» непредставим, а желтая палочка в волосах тебе идет», — читает свежее послание Наре, которая вчера на дискотеку пришла с новой прической. После ужина — костер. Жарят сосиски и зефир на огне, поют песню про «Алые паруса»… В это время мастера верстают газету «ШереНьюс», чтобы свежий номер был готов к завтраку.

— Поэтому у нас жизнь ночная.  

А вот выдержки из последних номеров:

«Дружба — это когда ты стоишь рядом с другом, сердце наполняется радостью и весельем. Иногда это можете перерасти в любовь» (Влад).

«Красота в том, как мы выглядим. Еще красота может быть в доме — это называется уют» (Алина).

«Я мечтаю всегда быть здоровой» (Диана).

«Я мечтаю, чтобы я могла ездить на всех животных мира. Особенно хотелось бы полетать на орле» (Соня).

«Радость — это когда человек улыбается и счастлив, когда наступают каникулы. Радость — это быть здоровым» (Карина).

«Радость для всех людей разная. Например, радость — это собраться вместе с семьей» (Никита).

«Знать, что ты приносишь радость, — и есть радость» (Вася).

***

В «Шередаре» строят планы на годы вперед: в следующем году откроют программу для братьев и сестер болеющих детей, потом и семейную программу.

В 2016 году хотят устроить летнюю смену (обычно их проводят весной и осенью).

— Но летом много комаров! — предупреждает Терри.

— Ничего, у нас будут спреи от насекомых!

P.S. Благотворительный проект «Нужна помощь» сейчас помогает фонду «Шередарь» собрать 1 миллион 853 тысячи рублей на строительство нового реабилитационного центра. Собрана половина необходимой суммы.

Екатерина Фомина

Источник: Новая газета

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ