Архив:

Ученье – свет и для незрячих

11 лет назад в городе на Суре начали обучать слепых детей. В 1803 году российский император Александр I направил великому французскому тифлопедагогу Валентину Гаюи предложение создать в Санкт-Петербурге учебное заведение для слепых детей. Четыре года подготовительных работ — и такая школа была открыта.

Спустя 200 лет, в 2003 году, директор пригласила в кабинет учительницу начальных классов Наталью Николаевну Алексееву и поставила в известность, что в дополнение к 11 первоклассникам с задержкой развития у нее будут учиться 3 ребенка с ограничениями по зрению. Один слабовидящий и двое незрячих.

Все это происходило за пару дней до 1 сентября. Место действия — Пензенская школа-интернат № 1 на улице Пугачева.

До 2003 года в нашем регионе слепых не учили вообще. Родители таких детей поступали одним из двух способов: либо просто «забивали» на образование, либо отправляли семилетнюю кроху в иногородний специализированный интернат. Ближайший от Пензы находится в Саратове.

Учимся вместе

— В институте нам, конечно, прочли курс лекций по тифлопедагогике (обучение слепых детей), но я и предположить не могла, что мне эти знания когда-нибудь понадобятся, — говорит Наталья Николаевна.

Мало того, что практического опыта не было. Не было даже учебников. Спасибо, житель Сердобска, у которого дочка училась в Саратове, прислал по почте букварь, написанный рельефно-точечным шрифтом Брайля. Но как его читать?

— В обществе слепых мне дали самоучитель по Брайлю, и я начала осваивать эту систему, чтобы заниматься с ребятами. Параллельно учились и родители, чтобы помогать детям с домашними заданиями, — улыбается Наталья Николаевна.

Она вообще, вспоминая своих незрячих учеников, расцветает.

— Потому что, — объясняет, — это замечательные дети.

О каждом из них рассказывает с любовью. Слабовидящая Рита хорошо пела. Незрячая Лена была, как ландыш, — тихая, скромная, неж­ная. Костя обладал феноменальной памятью. 

Папа Кости принимал активное участие во всех делах сына и очень расстраивался, что мальчик, как и все дети, увиливает от домашних заданий. Он частенько просил Наталью Николаевну в воспитательных целях влепить Косте двойку.

— А я его вызову к доске, — говорит Алексеева, — и он слово в слово оттарабанит то, что я рассказывала на уроке, ответит на все дополнительные вопросы. Какое «два»? «Садись, пять!».

К концу года незрячие ребятишки зачитали и записали. Что касается математики, то Наталья Николаевна составляла задания и писала их для Лены и Кости рельефно-точечным шрифтом. Она фактически создавала свой учебник.

— К нам вся школа ходила смотреть, как дети ладят между собой. Зрячие помогали незрячим, например, дойти до туалета или завязать шнурки. Все вместе играли, причем совершенно без напряжения, легко и естественно.

Ко второму классу учебники по русскому языку и математике появились – их заказала из Москвы библиотека общества слепых.

Первое инклюзивное

Больше незрячих в интернат не набирали. Это был первый и много лет единственный пример инклюзивного образования в Пензе.

В 2005 году интернат неожиданно ликвидировали. Детей с задержкой развития разбросали по учебным заведениям Пензы, а незрячих перевели на домашнее обучение. 

Алексееву по сокращению штатов отправили на биржу труда, но она по собственной инициативе продолжала учить Лену, Костю и Риту. 

А потом ее пригласили работать в гимназию № 42.

До обеда Алексеева преподавала в школе, а после мчалась к своим подопечным – и в дождь, и в снег, через автомобильные пробки. Весь вечер с ними занималась, затем – домой, и уже практически ночью готовилась к завтрашним урокам и проверяла тетрадки. Наталья Николаевна и рада была бы отказаться от Лены, Кости и Риты, но бросить их не могла.

— Они же совершенно с сохранным интеллектом. Умные ребятишки! И родители замечательные! Просто несправедливо, что дети с такими способностями не будут учиться!

Четыре года начальной школы ребята набирались знаний в Пензе, а потом родителям уже было не так страшно отправить их в саратовский интернат.

— Я думала, что все — этот этап завершился… Но тут в моей жизни появился Валера — необыкновенный ребенок, самый любимый ученик! 

Валера — любовь, надежда и вера

Наталья Николаевна заразительно смеется:

— Он от всех отличался! Такой живой и активный, говоруша и непоседа, его невозможно было удержать за партой. До сих пор не пойму, почему я согласилась с ним заниматься? Может, потому, что он был один, мол, нагрузка с одним — не с тремя, справлюсь…

Поначалу мы «воевали». Занятия длились по 15 минут, а потом он протестовал: «Я позвоню, чтобы вас уволили! Вы меня замучить хотите!».

Целый год он меня «увольнял». А затем повзрослел — и пошла отдача. И бросить такого ребенка было бы просто преступлением.

По законодательству ребенок-инвалид должен учиться 10–11 часов в неделю. А здесь такой умница! Мы решили с родителями, что я буду давать материал сверх программы, задания повышенной сложности. Валера со всем справлялся легко, все контрольные и задачи решал на ура. Своим гимназистам я и четверки ставила, ему же — только пятерки. Он побеждал в различных олимпиадах, причем не в специализированных, а для зрячих детей.

По мере взросления Валеры Алексеева уже не успевала пройти с ним за вечер все, что требовалось. Поэтому в будни с мальчиком занималась мама, а субботы и все воскресенья — Наталья Николаевна.

Несколько лет у Алексеевой вообще не было выходных.

Планирование подкачало

«Пензенской правде» не удалось узнать, сколько в настоящий момент в нашей области слепых детей. Но мы полагаем, что за последние 20 лет их количество значительно выросло.

Дело в том, что в 1992 году в России было принято решение о выхаживании глубоконедоношенных детей с массой тела, превышающей 1000 г.

Одним из наиболее частых осложнений недоношенности является слепота.

Во всех странах, где в свое время подняли уровень выживаемости детей с низким весом при рождении, количество слепых увеличилось в разы.

Плохо тут не то, что малюток стали выхаживать, а то, что система здравоохранения в те годы не учла международный опыт, оказалась не готова «профилактировать» осложнения. 

Лишь один пример. Одна из офтальмологов (сейчас она на пенсии) рассказывала, как в свое время билась, умоляя начальство если не закупить миниатюрные векорасширители (у медучреждения не хватало денег), то хотя бы сточить стандартные до нужных размеров. Как исследовать глазки малыша с весом в килограмм?

По большому счету, уже в 90-е правительству РФ надо было закладывать средства на развитие региональных систем обучения незрячих детей, уже тогда надо было начинать готовить региональных тифлопедагогов с опытом практической работы.

Правда, у нас есть специализированные интернаты. Но они, увы, подходят не всем.

Бабушка 19-летней Даши О. рассказывала, что когда в свое время они отвезли внучку в Моршанск, та за две недели высохла как спичка. Увидев, что стало с ребенком, родные тут же забрали Дашу домой.

А 14-летнему Максиму Ш. несколько лет назад повезло быть устроенным в легендарный Сер­гиево-Посадский интернат для слепоглухонемых. Там дейст­вительно творят чудеса, туда попасть очень сложно. Мальчик пробыл в интернате три года, научился тому, о чем мама и мечтать не смела (например, самостоятельно держать ложку). Но и в этом случае Максим, вернувшись домой, два года никак не мог успокоиться.

Не адаптировалась в Саратове и Лена, воспитанница Алексеевой. Довольно скоро она вернулась в Пензу, учебу забросила.

Пока работала мама

Несколько лет назад при губернском лицее для одаренных детей открылся центр дистанционного обучения. Учителя, которые там работают, прошли специальную подготовку. Учебники? Какие хочешь! Компью­теры для незрячих? Пожалуйста!

В центр потянулись дети, которые вообще никогда не учились, например в первый класс записался 15-летний Костя С. из сельской местности. Туда же поступила и наша Лена. 

В этом году в лицее будут учиться 8 незрячих ребят. Для сравнения: в саратовском интернате их тоже 8.

1 сентября Валера пошел в 8-й класс.

— Я уже не буду ему преподавать, — немного грустит Наталья Николаевна. — Это правильно: моя специализация – начальная школа, а этот вундеркинд нуждается в плотном потоке новых обширных знаний.

… В 2011 году Наталья Алексеева стала победителем муниципального конкурса лучших учителей в рамках приоритетного национального проекта «Образование». Ее достижением стала отличная работа в гимназии № 42. Тот факт, что она вошла в историю педагогики Сурского края, стала первой пензенской учительницей, обучавшей незрячих ребятишек, трансформировался в крошечную сноску к основному тексту: «Владеет системой рельефно-точечного шрифта Брайля».

Как видите, и с детьми, имеющими отставание в развитии, и с незрячими, и с одаренными — со всеми Наталья Николаевна находит общий язык. Это лишнее доказательство того, что настоящий педагог умеет заинтересовать знаниями любого ребенка.

Она убеждена, что все дети — и обычные, и особенные — достойны самой горячей любви общества и должны получать хорошее образование.

К тому же, ее опыт оказался бес­ценным для сына.

— Как, у вас еще и сын есть?

— Есть.

Его «первый раз в первый класс» совпал с началом образования Кости, Лены и Риты. Сын фактически учился под присмотром бабушки и дедушки, пока мама работала, продолжая великие гуманистические традиции Валентина Гаюи, Луи Брайля, Самуэла Хауи.

— Я уверена, что мой сын никогда не позволит себе обидеть человека с ограниченными возможностями. 

Марьям Енгалычева

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ