Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

Маресьев нашего времени. История майора Алексея Климова

Судьба - это не приговор. Судьба - это обстоятельства, прогибаться под которые или нет - решаем мы сами. Знакомьтесь, майор Алексей Климов — единственный в России офицер, который после ранения и потери зрения добился права остаться в строю, окончил Академию и считает, что он лишь в начале своего пути.

К 18 годам он был мастером спорта по боксу, мог сделать блестящую спортивную карьеру. Но он хотел быть военным. В Чечню попросился сам. Дальше все как в страшном сне: засада, взрыв, трое суток в полевом морге, похоронка и санитар, который распознал среди мертвых тел единственное, в котором еще теплилась жизнь. Потом госпиталь, серия операций и приговор врачей: видеть не будешь!

— Алексей, правда ли, что вы и сейчас стреляете и даже можете водить машину?

— Что касается вождения и стрельбы, я сейчас стараюсь не шокировать окружающих такими поступками, хотя навыки стрельбы остались, и я владею всеми видами оружия. Траектория полета пули или снаряда мне известна, дальность стрельбы тоже, вот только мне надо подсказывать. И машину я тоже хорошо вожу, если рядом сидит и направляет меня человек, которому я доверяю. Поверьте, наша сила не в том, кем мы являемся, а в том, кто нас окружает. Я не устаю говорить, что больше 90% меня — это то, что дали мне близкие. Мать, отец, воспитатели и учителя, тренеры, командиры и те люди, которые сейчас рядом со мной.

Потеря зрения не лишила меня чувства ответственности за все, что я делаю, за те решения, которые я принимаю. Хотя мне приходится это доказывать, но ведь все люди своей жизнью тоже что-то доказывают.

1f185b0fe739cb17fee3adfcae7c6b32.jpg

— Я знаю, что в юности вам прочили блестящую спортивную карьеру. Как вы оказались в Чечне?

— Я родился еще в то время, когда служение Отечеству было нормой. В школе последние два класса я учился в специализированном классе, сейчас такие называются кадетскими классами, и там получил начальную военную подготовку. А после школы поступил в высшее командное училище внутренних войск во Владикавказе. Но потом начались волнения на Северном Кавказе, и я опять оказался в родной Калуге.

Когда мне исполнилось 18 лет, отправился на срочную службу. Благодаря тому, что у меня была серьезная спортивная подготовка и учебе в кадетском классе, я попал служить в роту специального назначения на территории Московского гарнизона. Там собрали очень подготовленных ребят из разных регионов, почти все были мастерами спорта. Когда началась война на Северном Кавказе, мы все посчитали своим долгом написать рапорты с просьбой направить нас туда. Нам отказывали, но мы добивались своего, в том числе обманным путем. Один мой товарищ написал на себя донос о том, что он замешан в неуставных отношениях, и даже подписи собрал. Другой учинил драку, чтобы его перевели на службу в другую часть. И я тоже нашел возможность перевестись в другую часть, с которой и уехал на Северный Кавказ.

c218b416a392c005c4c891f192746c92.jpg

— Расскажите, пожалуйста, как вы потеряли зрение.

— Прежде всего, я хочу сказать, что я так и не осознал, что потерял зрение. Мне, в общем-то, некогда особо задумываться об этом и я осознаю это, только если попадаю в неловкую ситуацию.

В 1996 году, выполняя очередную боевую задачу, мы попали в засаду, приняли бой, было боестолкновение, взрыв. А через полчаса, когда подошли главные силы и оттеснили боевиков, я был уже без сознания. Хотя бойцы говорили, что я еще давал указания, командовал, ведь я исполнял обязанности командира взвода управления начальника разведки бригады. Но я этого не помню. Мне стали оказывать медицинскую помощь, сначала меня эвакуировали в Грозный, потом в госпиталь в Ростов. Я пришел в себя только через 2 недели, на глазах была повязка. Я получил осколочное проникающее ранение головного мозга.

— Правда ли, что вас считали погибшим?

— Вообще-то да, и в этом ничего сверхъестественного нет. Получилось так, что в начале, учитывая серьезность ранений в голову, констатировали, что я погиб. А потом выяснилось что я, оказывается, живой. Тут виноватых искать не надо: война, события, раненые люди, эмоции, транспортировка, переживания, переброска: все могло произойти по объективным причинам. Про то, что меня считали погибшим, мне рассказали уже в Ростове, а до того я был без сознания и ничего не помню.

— Как это произошло, что, вернувшись с войны, вы приняли принципиальное решение остаться в армии? Как вы решились на это, ведь медицинские допуски никто не отменял…

— После ранения в июле 1996 года я был отправлен в отставку в звании сержанта. Я вернулся домой в Калугу с кучей нереализованных амбиций и целей, которые я перед собой ставил до войны. До ранения я хотел связать свою жизнь с вооруженными силами. У меня была мечта стать капитаном, как мой командир Дмитрий Вадимович Саблин. Я этого желания не потерял и после ранения. Мне говорили: «очнись, окстись, быть такого не может, брось!». Все говорили, что я мечтатель.

В тот период я находил себе применение в том, чтобы вести общественную деятельность, находить способы помогать семьям погибших. Вместе с друзьями создал первую в стране общественную организацию ветеранов чеченской войны. Я организовывал коммерческую деятельность и разные проекты, чтобы обеспечить работу общественных организаций, проводить турниры, слеты, «зарницы». И постепенно вся эта деятельность стала заметна не только людям, которые меня окружали. О ней узнал даже министр обороны Российской Федерации.

По его приказу ко мне приехали два офицера из Генерального штаба и сказали, мол, есть решение оказать тебе помощь от Министерства обороны. Что бы ты хотел? Я сначала удивился: все у меня есть, чего нет, я и сам добьюсь. Они говорят: машину, квартиру, деньги на операцию, что-то еще? Я ответил, что хочу быть офицером. Они говорят: «Ну, учитывая твой боевой опыт, мы можем присвоить тебе звание лейтенанта». А я говорю: «Нет, я же не инвалид Великой Отечественной войны, так не пойдет, я хочу учиться и познать военную науку». Они говорят, мол, мы доложим министру, а зачем тебе это надо? Я говорю: «Я хочу служить!». Они покрутили у виска, но министру все же доложили. И по личному распоряжению министра обороны мне было разрешено, во-первых, заключить контракт с министерством обороны, во-вторых, поступить на курсы младших лейтенантов Сибирского военного округа.

В 1999 я прибыл в город Читу, встал в строй, начал заниматься и с отличием закончил курсы младших лейтенантов. Мне помогали мои друзья, мне помогали офицеры, и я доказал, что я могу познать военную науку. Мне было присвоено звание лейтенант. Служил в военкомате в Калуге, потом принял командование в том самом полку, где сам начинал службу.

Без отрыва от службы с 2005 по 2010 год я был депутатом Законодательного Собрания Калужской области, членом комитета по экономической политике. Формировал законодательство о предпринимательстве, возглавлял ряд общественных организаций, фондов, союзов, объединяющих предпринимательское сообщество. Мне известны проблемы как малого предпринимательства так и госкорпораций, монополий, известны как проблемы и Федерального законодательства, которое я изучал и изучаю, так и проблемы правоприменительной практики. Мне интересны международные события, которые я внимательно отслеживаю не только с помощью средств массовой информации, но и с помощью дополнительных источников, Я участвовал в ряде мероприятий в интересах русскоязычного населения на территории сопредельных государств. Сейчас я не политик, мне не нужен электорат, но я имею глубокое понимание многих проблем и рецепты их решения. Многие считают, что военные — это довольно ограниченные люди. Но поверьте, что это не так.

— Потом в вашей жизни была еще Академия?

— Я не скрывал своих амбиций, что хочу стать генерал-полковником, но не обладал необходимым для дальнейшего роста объемом знаний. Для того, чтобы расти дальше, я хотел поступить в Академию генерального штаба, или в Академию имени Фрунзе. И не скрывал своих стремлений. Об этом стало известно начальнику Генерального штаба вооруженных сил России. Он рекомендовал меня министру обороны, и его решением мне такая возможность была предоставлена.

В 2008 году я на общих основаниях поступил в Академию Фрунзе. Там нашел поддержку преподавателей и слушателей, многие из которых были старше меня по званию. Я учился в Академии на общих основаниях и получил тот объем знаний, который необходим, чтобы освоить основы военного управления.

В 2010 году я окончил Академию. После нее я оказался в распоряжении командующего Западным военным округом и надеялся, что буду полезен своей стране максимально, получу соответствующую должность, звание. Но получилось так, что целых 4 года по различным объективным причинам не находилось возможности себя проявить. Мне не находилось достойного применения в войсках.

Меня переводили из одного места в другое, но видимо на все есть Божья воля, и 24 апреля 2014 года я был назначен приказом министерства обороны РФ на должность, соответствующую моему майорскому званию. Я принял дела, и буду служить офицером пункта отбора граждан по контракту на службу в вооруженных силах РФ в Калужской области. В мои обязанности входит отбор и подготовка военнослужащих частей постоянной боевой готовности для заключения контракта. Это большая, сложная работа и я намерен максимально оправдать доверие, оказанное мне министром. Конечно, помятуя о сроке моей службы и об образовании, я уже должен был бы получить звание подполковника. А меня назначили на майорскую должность, которую я занимал еще 7 лет назад. С другой стороны, с учетом того, что целых четыре года мне не находилось достойного применения в войсках, я считаю решение министра обороны адекватным и правильным. Оно даст мне шанс показать, что я дееспособен, и продолжить служение Отечеству.

1cf42477dd16ecf132eb82f239046a1d.jpg

— На чем сейчас сосредоточены ваши силы? Чего бы вы хотели добиться в жизни?

— У меня есть цель в жизни, которую я хочу достичь. Для этого надо работать с максимальной отдачей. Я хочу сделать все, чтобы будущие поколения жили в крепкой конституционной стране, защищенной от внешних и внутренних врагов. И чтобы право каждого гражданина в моей стране на реализацию в любой сфере деятельности было защищено законом. Я уверен, чтобы мое поколение, и я лично можем сделать все для этого. Пусть мы не сможем в полном объеме ощутить результат этого труда, но создать необходимые условия для этого нам вполне по силам.

Но чтобы двигаться дальше, мне лично надо решить ряд задач. Надо иметь определенные возможности. Я хочу максимально проявить себя в военной сфере, доказать уровень своей профессиональной подготовки и заслужить высокое воинское звание. А в дальнейшем полученные знания приложить в сфере государственного строительства на государственной должности. Формировать законодательство, смотреть за правоприменительной практикой этих законов, вносить дополнения и изменения, формировать критерии оценки результатов.

Это станет возможным тогда, когда у меня будут властные полномочия: полномочия законодательной или исполнительной власти. Мне это надо не чтобы тешить самолюбие, а для того, чтобы все, что мне дала страна, люди, учителя, — преобразовать в конкретные дела для моей страны. В ней будут жить наши дети, внуки и правнуки и грош нам цена, если мы не создадим условия, необходимые для жизни будущих поколений.

— Что вы думаете о жизненных принципах в целом? В чём состоят ваши принципы?

— Есть основные общеизвестные тезисы, которым я действительно стараюсь следовать. Чтобы добиться уважения, понимания, взаимопонимания, не надо себя ставить выше окружающего мира. Относиться к людям надо так, как хотел бы, чтобы они относились к тебе. Даже если твоя открытость, твое доверие вдруг оборачивается обманом и предательством, это не значит, что надо измениться. Лучше и честнее жить доверчиво, открывая всего себя людям, чем подозревать людей в тех грехах, которых они еще не успели совершить: в обмане, в лукавстве, в попытке извлечь свою выгоду. Доверяйте людям, и они будут платить вам любовью и доверием.

И еще, если хочешь, чтобы люди уважали тебя, научись, прежде всего, уважать сам себя. А уважение к себе — это, в том числе, и знание истории своего рода, истории и культуры своего народа, своей страны. Вот когда мы научимся любить и уважать себя как часть великого народа, тогда нас начнут уважать и все остальные. А вот силой никак нельзя добиться уважения. Только внутреннее чувство уважения к себе и своим корням рождает признание всего окружающего мира.

— Что из ваших ожиданий от жизни осуществилось, а что нет?

— Я всегда старался быть примером и советовать людям жить так, как живу сам. Но у меня есть один «косяк», который я до сих пор не могу исправить. Я выступаю за многодетные семьи, говорю о том, что крепкая семья — это основа государства. Сам я при этом остаюсь неженатым. У меня нет семьи, нет детей, и я считаю это самым большим своим недостатком и самым большим своим упущением на сегодняшний день. Сейчас я думаю, как все это исправить и восстановить то, что надо было сделать намного раньше.

А в общем и целом, мне грех жаловаться на судьбу. Все те тактические цели и задачи, которые я ставил перед собой, мне удалось решить. Все еще впереди. Каждый день, просыпаясь, я говорю себе, что все, что было раньше, было прелюдией. Это всего лишь начало. А все главное, большое, ответственное — еще впереди.

Нельзя быть богатым среди бедных. Можно только быть богаче богатых. Нельзя строить счастье в одной семье в окружении несчастья в других семьях. Надо создавать крепкую сильную и счастливую страну. Нам это по силам, я уверен, что мы это сможем сделать.

Татьяна Рублева

Источник: Мир24

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ