Архив:

Алиса Клейбанова: «Я не рассчитывала на чье-то снисхождение»

Весной 2012 года россиянка Алиса Клейбанова шокировала миллионы болельщиков во всем мире своим сообщением: у нее обнаружен рак лимфатических узлов второй степени. Лечение страшной болезни заняло полтора года, однако с нынешнего сезона спортсменка снова участвует во всех соревнованиях Женской теннисной ассоциации. Спецкор «Спорта День за Днем» встретился с Клейбановой на парижском «Ролан Гаррос» и не мог не восхититься ее мужеством.

— Алиса, значит ли возвращение на корт, что вы окончательно выздоровели?

— Сейчас я считаюсь полностью здоровой. Врачи дали разрешение на участие в тренировках и соревнованиях без ограничений. Другое дело, обещать отсутствие рецидивов они не могут. Поэтому я нахожусь под строгим врачебным контролем: раз в три месяца обязана проходить полное медобследование. Так будет в течение пяти лет. Только по истечении этого времени можно будет сказать, что я выздоровела.

— У многих людей, побывавших в ситуации, аналогичной вашей, резко меняются приоритеты в жизни. К вам это относится?

— Моим главным приоритетом по-прежнему остается теннис, я сейчас сконцентрирована только на нем. Нужно использовать оставшиеся в большом спорте годы, чтобы развить карьеру. Об удовольствиях вне корта я даже не думаю. Выкладываюсь в каждом матче и на каждой тренировке, именно это доставляет мне самое большое удовольствие. Быть среди сильнейших теннисисток мира, чувст­вовать себя среди них своей — вот главное счастье моей жизни. Не хочу, чтобы меня воспринимали как инвалида.

— Вынужденная пауза дала вам что-то?

— Она помогла в психологическом плане. После возвращения я поняла, что по-прежнему могу выступать на высоком уровне. Не забыла, как бить справа или слева, мои лучшие качества никуда не делись. Значит, в начале карьеры я делала все правильно, осознание этого мотивирует для дальнейшей работы. Кроме того, сейчас я изменила свое отношение к тренировкам. По молодости пытаешься улучшить все сразу, занимаешься одновременно всеми элементами. Отдыху и восстановлению уделяешь мало внимания, что ведет к травмам. Раньше, если у меня что-то не получалось, я удваивала усилия. Сейчас же сделаешь паузу на несколько дней, потом вернешься на корт — и то, что еще совсем недавно не ладилось, вдруг начинает получаться само собой.

— Какой момент после возвращения стал самым сложным?

— Что-то одно выделить не получится, первый год или даже полтора были очень трудными. Только вроде начнешь тренироваться, а тело уже устало, руки-ноги не слушаются. При этом никто не мог сказать, когда период адаптации пройдет и можно будет давать полные нагрузки. Напряжение было адским, как физическое, так и психологическое… Перелом случился в середине прошлого года: я начала входить в ритм, стало немного проще. Сейчас у меня иногда наступает ранняя усталость, но это кратко­временные проблемы. С тем, что было раньше, даже сравнивать нельзя.

— Когда вы поняли: возвращение состоялось?

— Осенью прошлого года. На турнире в Цинциннати я пробилась во второй круг, потом повторила этот успех на US Open. Прошло еще немного времени, и на Кубке Кремля в Москве я дошла до четвертьфинала. Стало ясно: самое тяжелое позади. В нынешнем сезоне, начиная с Australian Open, я уже выступаю по полной программе, наравне с другими теннисистками.

— Мир спорта считается очень жестоким, сантиментов он не приемлет и слабых не прощает. Вы согласны с этим?

— Я убедилась в этом еще в юниорском возрасте. Тем более речь идет о теннисе — индивидуальном виде спорта. Здесь все зависит только от тебя — твоих решений, твоей настойчивости и воли. Поэтому я и не особенно рассчитывала на чье-то снисхождение. Это мой тренер верил, что организаторы хотя бы на первых порах будут давать wild card для участия турнирах. Они ведь обещали: мы тебе поможем, дай только знать, когда вернешься в тур. Но вот это произошло, и все тут же отвернулись. Кроме Москвы и Дохи, ни на одном из турниров wild card получить мне не удалось. Но я не жалуюсь, эта ситуация только сделала меня сильнее. К счастью, у меня остался замороженный рейтинг, который позволял попадать на крупные турниры и, проходя дальше, набирать дополнительные очки. Благодаря этому я снова вернулась в сотню сильнейших.

— Как отнеслись к вашему возвращению соперницы?

— У меня хорошие отношения практически со всеми девочками из тура. И все они были рады меня видеть. Другое дело, эта радость длится день-два, потом все входит в привычное русло. Никто не будет держать в голове, что ты еще недавно лежала в больничной палате. Раз вернулась, значит — такая же, как все, и должна сражаться по общим правилам. Ни­кто жалеть тебя не будет.

— Какие цели вы ставите перед собой на этот сезон?

— Изначально я намеревалась войти в первую сотню мирового рейтинга, эта цель уже достигнута. Теперь надо идти дальше, следующая стратегическая задача — пятьдесят лучших. У меня практически нет турниров, в которых нужно было бы защищать завоеванные в прошлом году очки. Это значит, что я могу значительно улучшить свой рейтинг и серьезно шагнуть вперед.

Владимир Рауш

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ