Архив:

«Трогательный» Сочи: паралимпийцы протестировали безбарьерную среду

В СССР инвалидов «не было», но в России пересчитали и поняли: их 10% населения. В отличие от Олимпиады-80, на этот раз после больших игр у нас прошла Паралимпиада. Город Сочи сейчас единственная «доступная среда» в России - где слепым, глухим и инвалидам-колясочникам больше не опасно гулять по улицам. Паралимпиец Сергей Шилов с женой Натальей спустились с гор Красной поляны, чтобы протестировать безбарьерный город.

Маршрут проложили классический: от станции «Сочи» до берега моря. Отходя от белого кружевного вокзала, первым делом спускаемся в подземный переход: хотим на площадь перед ЦУМом. Для этого вчетвером заходим в просторный лифт, Сергей нажимает на кнопку, лихо разворачивается и говорит:

- У нас в основном в Москве швеллеры, по которым ни подняться, ни спуститься невозможно. Таких лифтов на улице я не встречал. В метро есть, но они условно-доступные: для того чтобы поехать, нужно вызвать диспетчера, который подойдет и его запустит.

- Вы живете в Москве последние 23 года, а где выросли?

- Я из Пскова. Травму получил ещё в 16 лет: мы ехали со спортивных соревнований и автобус попал в аварию. Травмировал позвоночник - и началась борьба: сперва за выживание, восстановление, за возвращение в активную жизнь... И вот на одном из сборов по активной реабилитации познакомился с Натальей. Она там медсестрой работала, - Сергей улыбается и смотрит на жену.

- Это было начало девяностых годов, - говорит Наталья. - Где купить продукты и как выжить? И вот организовали эти сборы.

- Вы сами тогда уже были в большом спорте?

- Нет…

- У самых истоков, - снова подхватывает Наталья. – Первый пробег был Москва-Киев-Кривой рог. И вот Сережа приезжает такой молодой, красивый, полон жизни, несмотря на то что у него физические ограничения. Глаза горят, все бегом, все быстро схватывает. Трудно было не заметить, - Наталья смеется, а рассказывает тихо и медленно. – На второй план уходят свои жизненные трудности, думаешь: «Если такие люди способны на многое, то почему мы со здоровой рукой-головой не можем?».

- В спортивном клубе, куда я ходил, ребята занимались тяжелой атлетикой и пауэрлифтингом. И вот я стал с ними заниматься. Мы с тренером стали думать, какие элементы я могу делать в моем положении. Так как только руки остались у меня, то это штанга, гантели… Лежишь на кушетке, штангу снимаешь со стоек и от груди её отжимаешь. Для ребят, которые жали меньше, чем я, это был стимул. А потом тренер сказал: «А давай в соревнованиях участвовать?» - «А давай».

Наша компания по диагонали пересекает привокзальную площадь. Кто-то дарит Сергею пакет с творчеством Высоцкого в формате mp3, мы с Натальей ударяемся в женские разговоры, а Сергей тем временем спускается по длинному пологому пандусу и на пару метров приближается к уровню моря.

- А что потом?

- Мы переписывались… Очень даже интересно я познакомилась с его родителями. Выпала возможность поехать в Таллин на соревнования. И он мне говорит: «Хочешь, поехали?» Я ему: «А как?» - «Ну, сейчас все организуем, ты только приезжай в Питер и все решим». Так оно и случилось: я приехала, меня встретил Сережин тренер. Погрузились в «рафик» и отправились. Всё замечательно прошло, пора было ехать назад. А я о билетах заранее не позаботилась. Сережа говорит: «Мы обратно поедем на этом же «рафике», поехали со мной во Псков». Я говорю: «Не поеду, я никого не знаю, с родителями не знакома…» - «Ничего страшного! Познакомишься». -«Да нет, я поеду в Москву». – «А у тебя билеты есть? А у тебя валюта есть, чтобы здесь купить билет?». Глупая была, поверила, что невозможно билеты взять! – Наталья щурится на солнце и улыбается своей истории. – Вот так мы приехали, и я познакомилась с Сережиными родителями. Очень хорошо встретили…

- Если бы хотела, всё равно пошла бы и купила, - обиженно говорит Сергей.

- Я тебе поверила!

- Но ты же не хотела…

Над нами только небо, под нами - тактильная плитка для слабовидящих и слепых. Она устелила тротуары от Сочи до Красной поляны, разноцветная и многофактурная. Та, что с пупырышками, значит «осторожно». Желтая плитка с выпуклыми прямыми показывает направление дороги, с косыми линиями - поворот. На указателях и вывесках шрифт Брайля дублирует надписи, но это не везде. Мы снова подходим к дороге. Сергей предлагает не останавливаться и перейти «так», но мнением большинства решено найти подземный переход. Он в 30-ти метрах и оборудован не лифтом, как у вокзала, а ступенькоходом от «МонтажЛифтСервиса». Рядом стоит волонтерка Ирина Курышкина и управляет им с пульта.

Сергей делает тестовый звонок в call-центр по номеру на табличке:

- Здравствуйте. Скажите, а вот девушка здесь находится с восьми утра до девяти вечера, хорошо. А если мне вдруг надо будет ночью перейти дорогу, надо её перебегать?

По громкой связи отвечают, и мы все это слышим:

- А ночью придется перебегать, потому что дежурных там нет. Хотя ночью подъемник работает в таком режиме: вы можете воспользоваться им сами.

На самом деле сам человек этим подъемником не воспользуется, по крайней мере пока: пульт находится у специального сотрудника. Как ступенькоход будет работать после Паралимпиады, мы решили спросить у волонтера и сотрудницы «ЮгСтройТеха» Ирины Курышкиной.

- Ну, этот вопрос пока обсуждается. Но номер телефона останется, если что, можно вызвать оператора. Но дежурство непосредственно здесь.

- То есть сотрудник всегда будет здесь стоять?

- Да, так планируется.

Вокруг много знаков для пешеходов: вот перед лестницей обозначение подъёмника для колясок, а это, кажется, изображен спуск по швеллерам - металлическим направляющим для колес на лестнице. Задаю общий вопрос, насколько понятны эти знаки.

Отвечает Сергей Шилов:

- Все эти значки наверняка опубликованы в интернете, так же, как правила дорожного движения. Мы же учим и знаем знаки, которых великое множество на дороге. У нас просто пешеходы привыкли ходить как попало, не соблюдать правила. Вот, пускай тоже учат.

- Сергей, а через какое время после травмы Вы сели на коляску?

- Спустя, может быть, полгода. Все это выписывается через Собес. Если человек хочет навороченную коляску с электроприводом, то часть её стоимости оплачивает тоже государство. У меня самая обычная активная коляска, ручная. Я на ней купаться могу. Подхожу к воде, захожу в неё немножко – и сам в воду спрыгнул. Идём прямо?

- Государство организовало?

- Нет.

- Частная компания, - говорит Сергей.

- Фонд «Преодоление», - уточняет Наталья.

- Им руководил человек с инвалидностью, он был в бизнесе, поэтому…

- Привлек средства.

- Да, инвесторов. Плюс ещё помогли иностранцы. Изначально это была просто физическая реабилитация, была задача сделать из инвалидов, которые сидят дома, активных людей, чтобы они не были обузой для окружающих. А потом это переросло в спорт.

Мы проходим мимо цветочного магазина, у которого возле входной двери сигнальная кнопка. На такую надо нажимать, если возникли трудности с подъемом по пандусу или дверьми. Эти кнопки виднеются всюду в городе: у ресторанов и кафе, перед «Сбербанком».

- Такую кнопку я уже у себя в Москве опробовал. Выходят, да, помогают.

Но здесь что-то не так. После нескольких нажатий и большой выжидательной паузы из цветочного салона никто не выходит. Захожу туда одна и спрашиваю о кнопке - обаятельные продавщицы носят ирисы и отвечают, что ничего не слышали, зовут менеджера. Тот приходит и признается, что эта кнопка ни к чему не подключена, а только по-бутафорски приклеена снаружи. Вот это да.

А как думаете, почему в 80-ом году в Москве отказались проводить Паралимпиаду?

- Это была позиция государства, что в Советском союзе инвалидов нет и что они могут травмировать психику советского гражданина. После войны их держали в интернатах, грубо говоря, в резервациях. В обычной жизни инвалиды не оставались.

- В социуме их не встретишь, - Наталья мотает головой.

- Их пытались убрать из социума, да. Тогда было другое видение. Сейчас мы понимаем, что людей с инвалидностью всё больше, их меньше никак не становится: горячие точки, несчастные случаи и аварии, много-много заболеваний…

Мы уже видим море, идем вдоль дороги. Тротуар местами прерывается на въезд для машин, а пологого спуска нет.

- Я привык без пандусов. За свою жизнь ступенек преодолел столько, что для меня это не проблема вообще, - говорит Сергей и выезжает на обочину: спуститься с бордюра сложно, но можно, а вот подняться уже нет. Мимо едут машины.

- Вопрос: почему наша паралимпийская сборная так быстро вышла в чемпионы?

- Небыстро. Такое впечатление создалось, потому что первые, вторые и третьи игры в прессе не освещались. Мы участвовали с 88-ого года. Сборная СССР, потом СНГ, потом России. Медалей постепенно больше становилось, команда больше стала. Сейчас мы выступаем во всех дисциплинах на всех дистанциях, у нас полный комплект спортсменов.

- Но паралимпийский спорт у нас развивался с нуля. У иностранцев учились?

- Лет 15-20 назад, когда мы только начинали, да, мы смотрели, подглядывали, перенимали методики тренировки, много спрашивали и много общались с иностранцами.

- Даже те же самые бобы, в которых они сидят, к которым крепятся лыжи, тоже сначала были подсмотрены, - дополняет Наталья.

- Ну, самые первые - это немцы нам подарили. Потом уже мы стали смотреть, на чем они продолжают выступать. Модернизировать, под себя подгонять. Несколько последних лет мы являемся лидерами. То, на чем мы выступаем – личные персональные разработки. Просто находим изготовителя, который занимается металлом, либо на заводе, либо у знакомых – и нам сваривают.

- Вы говорите «личные разработки», как будто сами ими занимаетесь…

- Так и есть! Вот то, на чем я выступал, это я делал со своим товарищем. Мы сидели в гараже, он занимается ремонтом в автосервисе. У него есть сварочный аппарат. Я иду на рынок, покупаю трубочки, которые мне нужны, прихожу к нему – и мы с ним режем и свариваем. Получается лыжный боб, на котором я участвовал в олимпийских соревнованиях. Последний раз катался на нем в Ванкувере.

- Самые лучшие бобы – самодельные?

- Необязательно, просто промышленно их не выпускают. Во всем мире человек двести, может быть, триста, которые занимаются лыжными гонками сидя. Из них человек пятьдесят-шестьдесят, которые на хорошем уровне, на высоком. Это тяжелый вид спорта.

- Сергей, сейчас Вы ушли в тренерскую работу. А думаете в спорт ещё вернуться?

- Занимаясь тренерской деятельностью, все равно в спорте остаюсь. Год назад мы создали клуб официально, и у нас занимаются ребята. Ведь в спорт приходят и не сразу становятся чемпионами. Надо расти. Сейчас мы вывозим их на первые соревнования, на чемпионат России.

Кроме специальных устройств, путь людей с ограниченными возможностями облегчает привычная, но адаптированная техника. В помощь слепым работают говорящие светофоры, а в автобусах водители помогают колясочникам занять подготовленную площадку.

Олимпийская перестройка сделала из Сочи город с человеческим лицом. Теперь это южная столица, где разрешили жить красиво. Дальше главное – бережное отношение и уход, профилактика и косметические процедуры.

Шилов Сергей Валентинович – шестикратный чемпион Паралимпийских игр, семикратный чемпион Мира по лыжным гонкам, четырёхкратный чемпион Европы, двукратный обладатель Кубка Мира по лыжным гонкам. Заслуженный мастер спорта России, мастер спорта международного класса по биатлону и лёгкой атлетике, кандидат в мастера спорта по спортивному ориентированию. Член исполкома Паралимпийского Комитета России.

Шинковская Евгения

Источник: Ридус

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ