Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Вернуть детство. За семь дней ребёнок забывает о болезни

Эксперт Международной ассоциации реабилитационных лагерей SeriousFun Children’s Network Терри ДИГНАН считает, что Ребенку, перенёсшему онкологическое заболевание, очень важно оказаться в таком месте, где к нему будут относиться как к здоровому. Тогда он сможет поверить в себя.

- После реабилитации дети восстанавливают утраченные во время долгого и сложного лечения социальные и психологические связи с миром и людьми, - говорит Терри.

С Терри Дигнаном корреспондент «АиФ-Владимир» встретился в Петушинском районе: в «Шередаре», единственном пока строящемся в России реабилитационном центре для детей, перенёсших тяжёлые заболевания, где Терри - реабилитационный директор - консультирует, проводит тренинги. Шла седьмая смена.  

Серьёзное веселье

Ольга Шевченко, vlad.aif.ru: - Некоторые российские медики, а вслед за ними и журналисты,  всё чаще заявляют о том,  что благотворительные фонды, собирающие с народа деньги на лечение больных, тратят их на собственные нужды. К тому же, по их мнению, вылечить рак в России просто невозможно. Терри, а как вы считаете?

Терри Дигнан: - Это неправда!  Рак в России лечат, и довольно успешно. Особенно хорошо поддаются лечению детские онкологические заболевания.  Что касается доверия людей к деятельности благотворительных фондов, то эта проблема существует не только в России, но и в других странах. У нас в Ирландии люди спрашивают: «Почему руководители благотворительных фондов зарабатывают, как банкиры?». И часто не получают ответа. В то же время есть организации, которые изначально построили свою деятельность по принципу прозрачности. Открыть доступ к любой информации о своей деятельности - вот единственный выход. Только так можно вернуть доверие простых людей. В нашем деле оно крайне необходимо, ведь мы работаем с детьми, которые перенесли рак и другие тяжёлые заболевания. Если родители не станут доверять нам своих детей, то мы не сможем им помочь. Но важно понять, что мы не лечим,  а направляем сознание на изменение качества жизни.

О.Ш.: - В этом и заключается уникальность вашей реабилитационной программы? 

Т.Д.: - Именно так.  Представьте себе - ребёнок несколько лет провёл в больнице. Оторванный от внешнего мира, он общался только с медиками, родителями и такими же больными детьми, как и он сам. На его глазах некоторые из них умирали, но он победил заболевание и вернулся домой. И здесь круг его общения не расширился. Родители, бабушки и дедушки в постоянном страхе за ребёнка, ведь болезнь в состоянии ремиссии и может дать знать о себе в любую минуту. Но ребёнку нужен большой мир -  школа, общение со сверстниками. И тут он обнаруживает, что не умеет ничего из того, что умеют другие мальчики и девочки, и теряет веру в себя и свои силы. А сил у него немало, ведь это они помогли ему справиться с болезнью.  Значит, необходимо вернуть ему веру в себя. Наша программа нацелена на это. Она помогает детям воспринять самих себя, как обычных детей, и возвращает в детство простыми способами - занятиями в мастерских, стрельбой из лука, рисованием, катанием на лошадях. Играя, дети быстро осваивают навыки, сами себе удивляются и радуются. Так мы заражаем их радостью, энергией, весельем. Часто, уезжая, дети говорят: «Спасибо, что изменили нашу жизнь». Но чтобы получить такой результат, необходимо создать безопасную среду, что мы и делаем в «Шередаре». Центр реабилитации детей, перенёсших тяжёлые заболевания, пока единственный в России, тогда как в Европе их 10. Надо, чтобы таких центров было больше.  

Отвлекаться некогда

О.Ш.: - Где истоки вашей реабилитационной программы?

Т.Д.: - Студентом я подрабатывал в лагерях отдыха, куда часто обращались родители детей-инвалидов. Им отказывали, мотивируя отсутствием специальных условий. Меня это беспокоило. Я понимал, что дети с ограниченными возможностями должны быть вовлечены во все жизненные процессы наравне со здоровыми сверстниками.  Тогда и зародилась идея создания программы реабилитации. Позже работал с трудными подростками и малолетними преступниками. Мои наблюдения за ними положили ещё один кирпичик в построение программы. Началом её реализации считаю знакомство со знаменитым актёром и благотворителем  Полом НЬЮМАНОМ, который основал Международную ассоциацию  реабилитационных лагерей. Под его руководством мы создали реабилитационный лагерь «Баррестаун» у нас в Ирландии. А над программами работали вместе с известными врачами-онкологами, педагогами и психологами.  

О.Ш.: - Почему вы не приветствуете в «Шередаре» общение детей с журналистами? Ведь таким образом вы ограничиваете детей в связи с внешним миром, в котором им так или иначе придётся сталкиваться  с разными людьми. Не противоречит ли это вашей основной идее? 

Т.Д.: - Совсем нет. Главная причина в том, что дети в лагере находятся 7 дней. И это оптимальный срок для реабилитации. Особенно, если учесть, что дети здесь без родителей и даже без связи с ними. Многие - впервые, заметьте! К тому же специфика программы в её насыщенности и интенсивности. Каждую минуту ребёнок занят чем-то полезным, ему некогда отвлекаться. Есть и психологический мотив. Само пребывание представителей средств массовой информации порой разрушает особую среду, которую мы создаём для детей, ведь они при этом чувствуют себя экспонатами на выставке. Это неправильно! Так что всё делается во благо наших подопечных, и, как говорится, ничего личного.  

На волонтёрах держится лагерь

О.Ш.: - «Шередарь» - шестой лагерь, в котором вы выступаете экспертом и реабилитационным директором. Кроме «Баррестауна», в котором работаете постоянно, вы часто бываете в других реабилитационных центрах Европы. Скажите, реабилитационная программа в российском центре чем-то отличается от европейских?

Т.Д.: - Теоретически принципиальных отличий нет. Методика терапевтического отдыха Международной Ассоциации реабилитационных лагерей SeriousFun Children’s Network перенесена сюда полностью. Отличия только в условиях. В «Баррестауне» сегодня гораздо больше возможностей, но ведь он существует 17 лет, а «Шередарь» только строится, и у него всё ещё впереди. И всё же каждый раз перед открытием очередной смены в меня вселяется страх - сможем ли найти таких же, как в Европе, волонтёров? Ведь какими бы эффективными ни были реабилитационные программы, претворить их в жизнь без добровольцев-помощников невозможно. Как оказалось, российские волонтёры - это наш самый большой успех. Взять юношей и девушек нынешней, 7-й смены. Они съехались в «Шередарь» из разных городов России, но «заражены» общей идеей помощи детям. Мотивация есть, глаза горят! Они даже лучше тех, что я встречал раньше в европейских лагерях. И это при том, что история волонтёрства в России не так богата. К сожалению, до сих пор ещё многие воспринимают добровольцев как бесплатную рабочую силу. Да, волонтёры ничего не требуют взамен. Но поощрять их труд и душевные стремления необходимо. Считаю, что одних благодарственных грамот недостаточно.  Поскольку большинство ребят - студенты вузов, то, может быть, стоит договориться с руководством этих вузов хотя бы о том, чтобы пребывание в центре засчитывалось волонтёрам, как практика. Ведь здесь они получают и знания, и опыт. В Ирландии мы так и делаем. Как-то пытались перевести волонтёрский труд в денежный эквивалент.  Оказалось, что это невозможно. Словом, волонтёр - это человек, на котором держится лагерь.  

О.Ш.: - Терри, скажите, ваша жизнь - это только ваше дело, только интересы детей?  

Т.Д.: - Почему же? Есть хобби - археология, спорт (футбол, баскетбол), живопись, путешествия. Правда,  в последнее время так загружен, что времени на увлечения не остаётся. В дороге много читаю. Моя профессия - преподаватель английской литературы. Любимые писатели - Байрон, Шелли, Джон Клер, Томас Гарди, из русской классики предпочитаю Достоевского и Толстого. 

О.Ш.: - Правда ли, что, отправляясь в «Шередарь» на первую зимнюю смену, вы побаивались русских холодов?

Т.Д.: - В апреле прошлого года здесь у вас выпал снег. Я тогда подумал - ничего себе! А что же будет зимой? Это шутка, конечно. А если всерьёз, то я всегда переживаю только за наших детей. 

Досье

Терри ДигНан родился в Дублине в 1963 году. Квалификацию учителя получил в университете города Лимера. Вскоре перебрался в Саудовскую Аравию, затем в США, где преподавал в школах для трудных подростков. Вернулся в Ирландию и продолжил  работу с малолетними преступниками. С 1997 по 2009 год - директор реабилитационного лагеря «Баррестаун». Сейчас - эксперт Международной ассоциации реабилитационных лагерей SeriousFun Children’s Networ, генеральный директор реабилитационного лагеря во Франции, консультант государственных проектов для детей в Ирландии.

Ольга Шевченко