Архив:

Рейтинг доступных для инвалидов объектов Казани. На 1 месте торговые центры, на последнем – мечети и церкви

Доступность столицы РТ для людей с ограниченными возможностями перед Новым годом оценила иностранка – болгарская борец за права инвалидов Капка Панайотова. Влетело от гостьи международному аэропорту «Казань» и КФУ.

«Нет людей с ограниченными возможностями, это общество делает людей ограниченными», - эта мысль стала сквозной на международном семинаре «Общество (не) для всех: проблемы создания инклюзивного пространства», который прошел в Казанском федеральном университете. Преподаватель КФУ, представитель инициативной группы «Город без преград» Искэндэр Ясавеев предложил вовсе отказаться от терминов «инвалид» и «человек с ограниченными возможностями». Энтузиаста осадили: до этого нашему обществу еще расти и расти.

«Инвалиды направо, коляски – налево»

Участники семинара – общественники, преподаватели, медики, студенты обсуждали возможности современных мегаполисов для людей с ограниченными возможностями.

«Изюминкой» встречи стало выступление члена Института «Независимая жизнь» Капки Панайотовой. Она инвалид с детства. Передвигается на специальных металлических костылях. Эту жизнерадостную и энергичную женщину, которая даже о своих проблемах рассказывала с юмором, просто язык не поворачивался называть человеком с ограниченными возможностями.

- Называйте меня просто Капка, у меня очень сложная фамилия! – сразу же стерла она все дистанции и превратила круглый стол в душевную беседу.

- Это общество нас делает ограниченными, а мы все равны от рождения, - заявила Капка. Именно под этим девизом она живет.

В Софии, где родилась Панайотова, дети-инвалиды обучались в специальных школах. Но родители девочки пошли против этой системы, отказавшись отдавать туда свою дочь. В результате она пошла учиться в «обычную» школу, где преподавала ее мама.

- Мама предупредила других учителей, чтобы они относились ко мне строже, чем к другим детям, - с улыбкой вспомнила гостья и тут же задорно добавила. – Каждый день меня тестировали! Все идут гулять, а я – учусь! Думаете, легко было? Никаких поблажек!

- А как к вам относились ваши одноклассники? – спросила одна из участниц семинара.

- Иногда смеялись, дразнили, - просто ответила женщина. – Но ведь и над другими тоже смеялись. Вот я надела очки – стали смеяться. Но и над другими, кто их носил, тоже смеялись.

Еще с детства, сообщила собравшимся Капка, она почувствовала, что государство и окружающие закрывают двери перед людьми с ограниченными возможностями. Несогласие внутри девочки росло и вылилось в целую борьбу с «преградами». Сейчас она занимается проблемой доступной среды, выступает против деления общества на «инвалидов» и «здоровых» людей. А еще - борется в судах, выигрывая процессы по делам инвалидов. Она – ярая противница сегрегации.

- Не нужно разделять библиотеки! – убеждает Капка. – Не хочу, чтобы были какие-то границы между нами! Должна быть одна большая библиотека, в которую ходили бы и зрячие, и незрячие. В одном корпусе пусть будут размещены книги для одних, в другом – для других.

Естественно, принимающая сторона не могла не спросить у гостьи, как она оценивает столицу РТ. Та первым делом похвалила Казань, сказала, что в городе много доступных улиц. Но…

- Прилетела в ваш город на самолете из Москвы. Все пассажиры вышли, а я в самолете сижу. Потом за мной машина приехала и мы едем, едем… А куда, никто не говорит! Все пошли в одну сторону, а меня отвезли в другую! – с юмором поведала Капка о своих злоключениях в аэропорту.

К этому нашлось, что добавить, и у хозяев семинара.

- После того, как построили терминал А, перестроили весь аэропорт к Универсиаде, он стал абсолютно доступным. Там теперь тактильные плиты, эскалаторы, туалеты доступные... Но практика не изменилась! - посетовал Ясавеев. – И по старой схеме пассажиров (с ограниченными возможностями – «МК») отвозят в другой терминал. И ничего не объясняют. Думаю, вам или нам письмо нужно написать в аэропорт, задать вопрос по этой ситуации…

- Я подпишу всё, что угодно! – подхватила Капка.

- Вы правильно сказали про аэропорт, что он в принципе готов, - вступил в разговор представитель республиканской организации инвалидов. – Мы с ними вели локальные войны целых пять лет. Не хочу оценку давать им, потому что у нас долгое время не замечали инвалидов. Их просто не было в социалистическом государстве. И это переломить одним махом тяжело. У нас баскетбольная команда инвалидов-колясочников есть. Мы летали в Санкт-Петербург. Там все замечательно, работает как часы. Прилетели в наш аэропорт. Команду отправили в терминал 1, а коляски уехали в терминал 2. И несчастный дежурный не представляет, что делать!

- А вот наш университет, с вашей точки зрения, – доступен для инвалидов? – обратился мужчина к Капке. – Сколько уж лет назад я тут учился, а все также - скользко, тяжело…

- Пандусов нет, - отметила гостья.

- Ни в коей мере критиковать или жаловаться не хочу, - продолжил представитель организации. – Просто хочу сказать – процесс очень долгий.

- Согласна. Процесс займет длительное время. Но не настолько! – заверила Панайотова.

Ученик или мученик?

О том, как в целом оценивают свое положение в обществе татарстанские инвалиды, рассказала директор института сравнительных исследований модернизации обществ КФУ Ирина Кузнецова.

Так, из порядка 600 людей с инвалидностью в Татарстане, высшее образование имеют лишь 15% (среди татарстанцев-неинвалидов процент выпускников вузов вдвое выше – 34,2%), сообщила социолог. Наибольшие сложности в получении высшего и среднего специального образования испытывают колясочники, незрячие, слабослышащие люди. В развитых странах ЕС и США подобной проблемы не существует, подчеркнула докладчица. Там учебные заведения приспособлены для людей с ограниченными возможностями.

У наших инвалидов обучение в вузе порождает сразу две серьезные проблемы. Первая сопряжена с трудностями следования к месту учебы, вторая – с неприспособленностью аудиторий для занятий с инвалидами.

С поисками работы дело обстоит не менее плачевно. Показатели трудоустройства выпускников коррекционных учреждений РТ составляют в среднем – 18, 2%. Инвалиды составляют 17,8% от общего числа безработных в Казани. Эта доля вчетверо превышает соотношение инвалидов и неинвалидов среди трудоспособного населения города.

Чаще всего инвалиды при трудоустройстве сталкиваются с нежеланием работодателей брать их на работу – 26,4%, отсутствием вакансий по выбранной специальности – 23,2%.

Между тем, средств к существованию едва хватает. Прошлогодний опрос молодых инвалидов в Казани показал, что 44,8% из них могут позволить себе только еду и товары первой необходимости, 25% - только еду. А у 14,1% опрошенных денег не хватает даже на продукты. И только 3,2% инвалидов могут позволить себе товары длительного пользования (телевизор, холодильник и т.д.).

Да еще – попробуй, выберись из дома что-нибудь купить!

Из досье «МК»

Домашний арест

Поход в поликлинику превращается для казанского инвалида в настоящую пытку. По словам Ирины Кузнецовой, наибольшие проблемы респондентам доставляли: слишком высокие поручни у пандусов, отсутствие знаков для инвалидов по зрению, оборудованного туалета, лифта и пандусов.

При пользовании общественным транспортом инвалиды чаще всего сталкиваются с теснотой и отсутствием свободных мест (52,3%), долгим ожиданием автобуса на остановке (48,2%), трудностями при входе и выходе (36,4%). Также их не устраивает то, что остановки не объявляются (30,5%), а сам транспорт останавливается далеко от них (30,5%).

Дома большинства казанских колясочников, согласно исследованиям социологов, не оборудованы пандусами. Что характерно: те, у кого пандусы всё же есть, как правило, занимались решением этого вопроса самостоятельно, подчеркнула Кузнецова.

В 2011 году инвалидов попросили оценить по пятибалльной шкале доступность для них городских объектов. Самым неприспособленными оказались религиозные заведения (1,54). Затем шли речной вокзал (1,55) и аэропорт (1,6). Ненамного от них отстали администрации районов и города (1,65), автовокзал (1,7), почта (1,95), железнодорожный вокзал (1,96). Чуть выше двух баллов набрали концертные залы (2,05), спортивные центры (2,05), театры (2,06), кинотеатры (2,1), банки (2,2), учебные заведения (2,44), магазины (2,69), медучреждения (2,75), центры соцобслуживания (2,9). И, наконец, самым удобным людям с ограниченными возможностями показался торговый центр – 3,19. То есть ни ударников, ни тем более отличников в этом списке нет.

- Еще кафе часто бывают оборудованы для инвалидов, - объясняют участники семинар. – Думаете, почему? Коммерческая заинтересованность! Чтобы было больше посетителей.

Выходит, там где баллы совсем низкие, людей с ограниченными возможностями не желают видеть вовсе? Или просто не догадываются о существовании проблемы?

Город как преграда

Впрочем, повторимся: опрос по доступности был проведен в 2011 году. Может, к концу 2013-го ситуация в Казани кардинально изменилась?

- В целом - нет, - поделился с «МК» своими наблюдениями Искэндэр Ясавеев. – Церкви и мечети по-прежнему остаются закрытыми учреждениями. Например, я живу рядом с мечетью Марджани. Там нет тактильных плиток. Она недоступна для инвалидов. То же самое можно сказать и о других храмах и мечетях нашего города.

Изменилась ситуация только на самых «парадных» местах, где бывают высокие гости – в аэропорту и на железнодорожном вокзале. Что касается некоторых театров Казани, то там, безусловно, по сравнению с 2011 годом ситуация поменялась в лучшую сторону. Например, в этом отношении продвинулись театры Камала и Качалова. Но, несмотря на все это, инвалиды все равно редко бывают в этих местах, поскольку просто не могут выбраться из дома. Ведь наш город закрыт для них.

Вот сегодня (19 декабря – «МК») мы провожали Капку Панайотову в Болгарию. В аэропорту ей должны были дать специальную коляску. Сотрудники к Капке отнеслись очень доброжелательно, но коляску предоставили только минут через 10-15. О чем это говорит? О том, что в аэропорту редко бывают люди с ограниченными возможностями. Сотрудники были просто не готовы к такой ситуации. Капка тут же заметила, что в других странах подобную помощь оказывают мгновенно. Коляски стоят наготове в зале ожидания. Да, инфраструктура в нашем аэропорту развита, но вот практики нет!

Если говорить о медучреждениях, то и они остаются закрытыми для людей с ограниченными возможностями. Координатор проекта «Город без преград» Александр Калашников, который передвигается на коляске, отметил, что в его районе, Приволжском, две поликлиники – 20-я на улице Ломжинская и ее филиал на улице Сахарова – абсолютно закрыты для инвалидов. Там узкий вход и нет даже лифта на второй этаж!

Калашников также говорит о недоступности почты. Он часто заказывает товары через интернет, и посылки, естественно, приходят на почту. А там ступеньки неудобные, пандусов нет…

Магазины у нас в Казани есть и доступные, и недоступные для инвалидов. Но, в целом, если видим пандусы, то в основном скользкие. То есть для галочки. Я не понимаю – как их принимали? Казань – абсолютно закрыта для инвалидов! Если бы она была открытой, вы бы это заметили. Вы бы видели людей с тростью, гуляющих по городу, людей на колясках, спокойно едущих по своим делам.

Для сравнения – я был с семьей в Хельсинки, и мои дети заметили, что на коротком расстоянии нам повстречались три колясочника! У нас же ощущение, что этих людей просто вычеркнули из общественного пространства. Капка рассказывала, что они в Софии проводили акцию – инвалиды надели полосатые тюремные рубашки, как бы показывая, что они вынуждены сидеть дома из-за закрытости города. У нас ситуация аналогичная.

Елизавета Черкина

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ