Архив:

Все дети инклюзив

С 2013 г. федеральный закон «Об образовании» повёл Россию западным путём: дети с ограниченными возможностями здоровья будут учиться вместе с обычными детьми. Тем самым рушится старый советский уклад со школами для продвинутых, обычных и для детей с различными недугами. Мы решили разобраться, как в петербургских школах реализуются программы инклюзивного образования, и к чему приводит создание доступной среды «для галочки».

Все дети инклюзив

С 2013 г. федеральный закон «Об образовании» повёл Россию западным путём: дети с ограниченными возможностями здоровья будут учиться вместе с обычными детьми. Тем самым рушится старый советский уклад со школами для продвинутых, обычных и для детей с различными недугами. Мы решили разобраться, как в петербургских школах реализуются программы инклюзивного образования, и к чему приводит создание доступной среды «для галочки».

Совместное обучение и воспитание детей, независимо от их физических, интеллектуальных, психологических особенностей в общей системе образования – основной принцип инклюзивного образования.  Проще говоря,  любой ребенок имеет право обучаться в ближайшей к дому школе, которая должна обеспечить его  особые образовательные потребности.  Другое дело, что школа всегда подразумевала перечень стандартов, которым должен соответствовать  «нормальный» ученик. А индивидуальный подход не совместим с  конвейерным обучением «по ГОСТу», при жесткой системе оценивания отставший ученик быстро теряет мотивацию. Так или иначе, курс на инклюзию взят, в официальных бумагах закреплены образы школы будущего – школы для всех. 

Даже у специалистов данная тема – это  череда вопросов «Как?».  Характерно,  что  их задают те, кто должен знать ответ.  Создается впечатление какого-то негласного табуирования  - как, например, с пандусами, работой и доступной средой для инвалидов, которые существуют только на бумаге.

О введении инклюзивного образования правительство задумалось до обсуждения закона «Об образовании» в 2012 году. Так, одним из показателей госпрограммы «Доступная среда» является как раз увеличение числа инклюзивных школ. Представитель Минтруда Григорий Лекарев пояснил, что в 2013 году число подобных общеобразовательных учреждений должно быть равно 5000.  Финансирование программы частично возложено на бюджеты регионов, но также предусмотрены поступления из федерального центра. Чиновник отметил, что в 2013 году на  создание инклюзивных школ выделено 550 миллионов рублей из федерального бюджета. 

В Петербурге  в 2013 г. на создание таких школ дадут 9,7 млн рублей. В рамках данного проекта выделено 10 школ, в которых будет реализовываться система инклюзивного образования. Разумеется, узнать у чиновников о конкретном предназначении данных средств нам не удалось. Однако столь мизерная по масштабам мегаполиса сумма вызывает удивление. По логике, начинающей инклюзивной школе в этом году перепадет меньше 1 млн руб.  Для справки, примерно такую сумму (959 990,00 руб.)  в 2012 г. готова была выделить школа № 688 Приморского района на работы по обеспечению доступной среды для мало мобильных групп населения в своем здании.  Но ведь пандусы и поручни – это лишь часть необходимого для инклюзии. Видимо, остальные расходы учебные заведения должны финансировать из своего кармана.

  Ещё пару лет назад в Минтруда собирались создать инклюзивные школы в каждом из 100 муниципальных образований. Реалии 2013 г. – это 10 школ в Петербурге. А 10 школ – это километровые очереди. Ведь в коррекционных учебных заведениях сегодня обучается свыше 4000 человек, и желающих перейти в инклюзивную школу ждет серьезная конкуренция. К слову, корреспондент потратил много времени на поиск заветного списка передовых школ, однако на официальных порталах нужную информацию не обнаружил. Очевидно, родителям  будущих учеников инклюзивных школ предлагается  выполнить небольшой квест, прежде чем они узнаю адреса учебных заведений.

В число 10  выбранных учреждений вошла также довольно известная 593 школа Невского района. Эта школа стала экспериментальной площадкой для введения инклюзивного образования еще в 2009 году. В сентябре 2013 г. её первые дети с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ)  перешли уже в пятый класс. Во многом, инклюзия в 593 школе – инициатива её бывшего директора Елены Кропп. Из школы Кропп ушла в результате скандала с избиением учеников и родительскими протестами против её методов, о чем трубили петербургский СМИ весной.Косвенно это история ударила и по привлекательности инклюзии.

Нам удалось поговорить с одним из учителей, работающих с инклюзивным классом. Она подтвердила, что, бывший директор школы буквально «выбивала» для школы штатного тьютора (сопровождающий), еще до официального запуска программы «Доступная среда» добилась переоборудования школы для удобства детей-инвалидов, принимала на работу педагогов с ОВЗ. Однако решить все проблемы не удалось и ей. Довольно остро стоит кадровый вопрос: во-первых, не все педагоги готовы работать с «особыми» детьми, и речь идет не только о профессиональной подготовке. Так,  уже третий год школе обещают пристроить лифт, в его отсутствие инклюзивные классы могут работать только на 1ом этаже. История нас заинтересовала. На сайте госзакупок мы обнаружили заказ на выполнение работ по разработке проектно-сметной документации на пристройку лифта к зданию от 20 ноября 2012 г. Максимальная цена контракта составила 946 484,78 руб. Победителем аукциона стала компания ООО «Компакт-Плюс», готовая выполнить  работу за 350 030, 93 руб. Что характерно, заказ школа оплатила из внебюджетных средств – потратила часть собственных доходов.

Довольно остро стоит и кадровый вопрос: во-первых, не все педагоги готовы работать с «особыми» детьми, и речь идет не только о профессиональной подготовке.  Во-вторых, как заметила представитель комитета по образованию Петербурга Анна Грубская, инклюзивная школа – это «…возможность обеспечить каждому ребёнку помощь того специалиста, который ему необходим, - сурдопедагога, тифлопедагога и так далее».  Заметим, что пока в штатном расписании 593 школы таких специалистов по коррекционной педагогике нет. Несмотря на богатый опыт работы  в инклюзивном классе, в  речи педагога то и дело звучали нотки скепсиса, связанные с организацией работы с особенными детьми. Как вести внеклассную работу? Как ездить на экскурсии?  По какому плану работать  учителям-предметникам?  Эти и многие другие вопросы пока остаются без ответа.  Учителя признают, что реальной помощи от администрации нет, хотя, безусловно, такая удачная экспериментальная площадка выгодна району. Один наш собеседник едко подметил, что «593 школой любят козырять районные и городские чиновники».

Тем не менее, все наши попытки обсудить инклюзию со служащими РОНО закончились неудачно.  Сложилось впечатление, что инклюзивное образование – это очередная «головная боль» для чиновников. В частной беседе один из сотрудников признал, что фактически развития инклюзии не происходит, в РОНО надеются на поправки к закону «Об образовании», который  пока еще «сырой».

Основная проблема – в отсутствии подзаконных актов. Доходит до мелочей: 593-й школе  требовался помощник учителю в инклюзивном классе, однако в комитете по образованию ответили, что нет правовой основы для предоставления помощника. В менее успешных школах родители «особых» детей подписывают бумагу, в которой соглашаются с тем, что школа не имеет специальных условий для детей-инвалидов. В общем, ответственность ложится на родителей.

К слову, в столице, где система инклюзивного образования работает не первый год, принят закон г. Москвы «Об образовании лиц  с ограниченными возможностями здоровья»,  регламентирующий данную систему.  В 2008 г. Карелии разработан и действует  механизм финансирования системы инклюзивного образования. Петербург, куда богаче, но законопроектов об инклюзивном образовании в местный парламент не поступало.

Вслед за чиновниками скепсис передался и родителям. В одной из ведущих гимназий города провели анкетирование мам и пап: почти все они против инклюзивного образования. Отметим, что весьма красноречивы и результаты опроса на сайте одной из школ, внедряющих инклюзию: лишь 3% респондентов считают, что необходимо «срочное повсеместное внедрение инклюзии», 52% полагают, что идея хороша, но требуется серьезная подготовительная работа, и, наконец,  45% ответивших категорически против введения инклюзии. «Кто из больных детей выдержит общеобразовательную мясорубку, если её и здоровые выносят с трудом?» - восклицают родители на интернет-форуме. «Слабый ребенок всегда будет «тащить» группу вниз» - замечает там же дипломированный педагог.  Идея о том, что инклюзия – это путь к деградации общего образования встречается практически во всех высказываниях. Наш собеседник, с которым училась «особая» девочка рассказал о том, что она «сидела, ничего не знала, мямлила что-то,  и ей 4-5 ставили! А если 3 -  начинала рыдать, давить на жалость».  Очевидно, что  учителю, работающему в инклюзивном классе,  практически ежедневно приходится решать непростые психологические задачки, и далеко не все педагоги готовы к этому.

Видимо, для запуска системы под названием «инклюзивное образование» необходимо разработать психологическую безбарьерную среду. Исполнительный директор Фонда «Выход в Петербурге» Ирина Зинченко отметила, что там, «где инклюзия принята педагогом, уровень профессионального мастерства учителя выше, чем в обычных классах, потому что он умеет адаптировать материал под конкретного ребенка с особенностями. Научившись это делать для одного, он может адаптировать материал и программу для каждого ребенка. Другие дети от этого выигрывают». С подобным положительным опытом знакомы единицы. А пока практически на каждой виртуальной площадке встречается очень много высказываний противоположного толка:  «Одним словом – это (инклюзивное образование – примеч. автора)  действительно похоже не на заботу об особых детях, а на нежелание финансировать специализированные учебные заведения». Многие участники образовательного процесса ожидают подобного развития событий: детей-инвалидов отправят учиться в обычную школу, а дорогостоящие коррекционные учреждения закроют.  Мы вновь обратились к закону «Об образовании», в котором довольно туманно говорится о перспективах коррекционной педагогике, однако ясно одно: специализированные учреждения тоже ждет реформа. К 2016 году  в соответствии со статьей 108, «специальные (коррекционные) образовательные учреждения для обучающихся, воспитанников с ограниченными возможностями здоровья должны переименоваться в общеобразовательные организации…». Будут ли изменения в уставах учреждений формальными или за ними последует реальные изменения в жизнях тысяч воспитанников  - неизвестно.

«Чтобы учителям было комфортно работать, чтобы дети без страха шли учиться в школу рядом с домом, нужно много еще сделать и предусмотреть, но ждать дети не могут, а значит, педагог должен быть уже сейчас готовым принять их в класс», -  заявила в апреле 2013 г. уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге Светлана Агапитова.  Однако, далеко не все педагоги хотят принимать особых детей. Всё может измениться, если на инклюзию пойдёт солидное финансирование из федерального бюджета. Но пока всё наоборот: расходы на образование сокращают в  первую очередь.


Анна Рудая

Расследование осуществлено при финансовой поддержке датской и шведской ассоциации журналистов

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ