Архив:

Прокурор, для которого колготки для сироты - не мелочь

"Без помощи, без обороны сирот и вдов не оставлять": эти державинские строки как ни к кому другому можно применить к сотруднице костромской прокуратуры Марианне Родышевцевой. Профессия прокурора в сознании обывателей чаще всего рисует образ сурового человека, выступающего государственным обвинителем в суде. Встреча же со старшим помощником прокурора Костромской области Марианной Родышевцевой ломает стереотипы: за защитой своих прав к этой неравнодушной женщине идут дети, сироты и инвалиды. А среди нарушителей она известна как прокурор, с которым нельзя "договориться".

Интернат без пандуса

Сегодня в интернатах Костромской области живут более 400 детей-сирот. В одном из таких специнтернатов для детей с ДЦП власти отказывались сделать пандус и поручни для инвалидов-колясочников, ссылаясь на отсутствие средств. Прокуратура вышла в суд с требованием оборудовать пандусы и поручни. Суд требования прокурора удовлетворил, но решение не исполнялось пять лет: власти никак не могли выделить на ремонт 800 тысяч рублей. Деньги нашлись лишь после того, как в начале этого года Марианна Родышевцева рассказала о проблеме журналистам.

"Сейчас помещения школы-интерната оборудованы пандусами. Наконец-то удалось добиться! Очень радует, когда получается решить какую-то проблему по учреждениям", — рассказывает старший помощник прокурора.

Скандал в прямом эфире

Одним из самых памятных дел для Родышевцевой стали события 2011 года. Во время прокурорской проверки в Мантуровской школе-интернате выяснилось, что сироты живут впроголодь, а мясо и фрукты в течение многих месяцев видят только на картинках. О своем бедственном положении 115 ребятишек написали прокурору сами. Областная прокуратура, к неудовольствию прежних региональных властей, не стала замалчивать скандал и передала результаты проверок прессе. В итоге, руководитель интерната был уволен, а нарушения прав детей в учреждении прекратились.

Затем прокуратура инициировала судебный процесс против Вохомской школы-интерната, где детям не покупали необходимой одежды.

"Я работаю давно, и руководители знают, что со мной "договариваться" бесполезно. В делах, касающихся сирот, мелких проблем быть не может! Меня спрашивали, зачем прокуратура выходит с исками в суды: дети не были обеспечены колготками, трусиками. Вроде бы, говорят, мелочевка. А я отвечаю: "А вы понимаете, что этим детям взять это негде?". Это не родительские дети, у которых есть бабушки, дедушки. Испачкалось белье — запасной пары нет. Могут создаться комплексы", — считает старший помощник прокурора.

С тех пор Родышевцева отслеживает ситуацию в интернатах ежемесячно, не дожидаясь жалоб.

"Там ситуация требовала экстренного вмешательства. Это просто право на жизнь и здоровье, как и в ситуации с правилами пожарной безопасности. Слава Богу, с того времени больше таких проблем не было", — рассказывает она.

Жертвы равнодушия

В последние годы суды в Костромской области рассматривают множество исков прокуроров в защиту прав детей-инвалидов на получение лекарств. В январе 2011 года прокуратура региона обратилась в суд с требованием выплаты из регионального бюджета беспрецедентной суммы на лечение — 11 миллионов рублей на годовой курс лечения. Девятилетней девочке Вике, страдавшей редким заболеванием обмена веществ, ежемесячно для поддержания жизни было необходимо 16 флаконов дорогостоящего импортного препарата "Альдуразим".

При этом в проекте бюджета региона на 2011 год на лечение всех "затратных" пациентов (диабетиков, раковых больных, ВИЧ-инфицированных и некоторых других) было заложено всего 26 миллионов рублей. Во всех структурах, куда мама Вики обращалась за помощью, ей дали понять, что потратить 11 миллионов на нужды ее единственного ребенка — непозволительная роскошь.

Свердловский районный суд удовлетворил требования прокурора в интересах женщины, обязав власти выделить всю необходимую сумму на лечение девочки. Однако власти с решением не согласились и подали апелляцию в областной суд.

"Департамент обжаловал решение районного суда. Дело очень долго рассматривалось! Ребенок был болен полисахаридозом. Очень дорогостоящие лекарства. К моменту рассмотрения в областном суде ребенок умер", — рассказывает Родышевцева.

По ее словам, в суде ответчики заявляли, что "нецелесообразно тратить такие деньги на одного ребенка, ведь неизвестно, сколько девочка проживет".

"Тем не менее, я не знаю, у кого поднялась рука отказать ребенку в лекарствах, которые жизненно необходимы", — вспоминает старший помощник прокурора.

Не дожидаясь беды

После этого печального случая костромская прокуратура перестала дожидаться жалоб родителей больных детей на отсутствие лекарств. Теперь Родышевцева сама находит нуждающихся, разъясняет их права и предлагает бесплатно выйти в суд в их интересах, чтобы помощь не пришла слишком поздно. И обычно к моменту первого судебного заседания лекарства начинают поступать. Судьбу этих детей прокуроры отслеживают и дальше, чтобы помощь не оказалась "одноразовой".

"К сожалению, люди не знают свои права. То, что им положено, они воспринимают как благотворительность. Когда удается получить, когда медикаменты начинают поступать на детей, люди потом звонят, благодарят — лучшей отдачи от работы не бывает", — делится прокурор.

Дом без крыши…

В 2012 году прокуратура настояла на возбуждении уголовного дела о халатности, узнав что чиновники областного департамента соцзащиты купили детям-сиротам 11 квартир в непригодном для жилья доме с имитацией крыши, без тепла и горячей воды в городе Галиче. Следствие уже подходит к концу, и дело скоро уйдет в суд.

По словам Родышевцевой, проблема обеспечения детей-сирот жильем стоит в регионе очень остро. Сейчас в области насчитывается уже 442 бесквартирных ребенка-сироты, причем за последние три месяца очередь выросла на 100 человек. На этот год на покупку жилья детям из бюджета выделено 82 миллиона рублей, но пока куплено только 16 квартир.

"Идут конкурсы, но на них никто не заявляется. Цена низкая. А в некоторых районах жилье не строится вообще. Возможно, мы в регионе когда-нибудь придем к необходимости строить самим, если невозможно будет за существующую стоимость приобретать жилье", — считает старший помощник прокурора.

По ее словам, скандальная история с домом в Галиче вынудила власти создать межведомственную комиссию, которая отныне очень строго следит за качеством приобретаемого для сирот жилья.

"Я надеюсь, что уроки из этой истории извлечены, и больше регион на эти грабли не наступит", — убеждена Родышевцева.

Судьбу решила песня

На работу в прокуратуру Марианна Родышевцева попала, можно сказать, случайно. Юристов в семье не было. Профессия была навеяна книгами Артура Конан Дойля, романтикой, сериалом "Знатоки". В ярославский госуниверситет, несмотря на бешеный конкурс, она поступила сразу.

На вступительном экзамене по истории медалистке Родышевцевой достался вопрос о восстании Степана Разина. Когда она рассказала про восстание все, что знала, профессор посмотрел на нее и спрашивает: "Вы что-то еще хотите сказать?"

"Я понимаю, что ничего не забыла, ответила на все вопросы, но от меня еще что-то ждут! И выдаю: "Вы знаете, о Степане Разине до сих пор жива молва, о нем поют песни". Вся комиссия на меня смотрит, а я как запою: "Выплывают расписные Стеньки Разина челны…" — рассказывает старший помощник прокурора.

Когда абитуриентка закончила пение, председатель комиссии встал и объявил: "Мы поздравляем вас с поступлением!"

Она оказалась единственной из всего потока, кому объявили результат испытаний прямо на экзамене.

Привилегии слабого пола

Поработав следователем в транспортной прокуратуре, Марианна Родышевцева перешла в прокуратуру области, где с 2001 года начала заниматься проблемами соблюдения прав детей.

Когда Родышевцева только начинала работать с сиротами, муж встречал ее из командировок по области со словами: "Ну что, кого сегодня усыновляем?"

Особенно тяжело было уезжать из дома ребенка, где лежат "отказные" младенцы.

Постепенно в прокуратуре появилась традиция: по праздникам ездить в интернаты, привозить вещи и подарки для сирот. "Дочка уже ждет этих моментов и говорит мне: "Мама, давай игрушек купим, отвезем в интернат", — рассказывает собеседница.

Недавно Родышевцеву спросили, какие преимущества есть у женщины в прокуратуре. Она с улыбкой ответила: "Наверное, неудачно скажу, но однажды я не пришла домой ночевать, и муж все понял! Тогда был коллективный побег (в спецучилище для подростков) в Бычихе, и мы с помощником прокурора области всю ночь провели там. Семья, к счастью, очень хорошо все это понимает".

Неравнодушие в крови

По словам коллег Родышевцевой, о проблемах своих подопечных Марианна Станиславовна не забывает, даже находясь в отпуске. Шесть лет назад, отправившись с семьей на отдых в Абхазию, Родышевцева уговорила водителя экскурсионного автобуса сделать немалый крюк, чтобы заехать в одно из местных сел.

Выяснилось, что туда из Костромы усыновители увезли ребенка, за судьбу которого она очень переживала. Водитель не смог отказать в такой просьбе. Возвращение назад оказалось радостным: малыш прекрасно прижился в новой семье.

"Могу сказать, что это самый интересный и живой участок работы, когда получается чем-то помочь маленьким гражданам. В этом надзоре не может быть каких-то мелких нарушений. Казалось бы — что за нарушение: где-то что-то не вымыли, кому-то вовремя лекарство не дали. Но это дети, и малейшие ошибки могут повлиять на их жизнь, здоровье и дальнейшую судьбу. Вовремя ли ребенок сядет за парту? Будет ли он обеспечен учебниками? Поэтому прокурорам, работникам городов и районов я всегда говорю, что это надзор, который нужно прочувствовать душой. За любой проверкой видеть конкретные судьбы детей", — говорит старший помощник прокурора.

Анна Скудаева

Источник: ria.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ