Архив:

Живой груз

«На Киевском вокзале в Москве состав подали на 5-й путь, где высота от платформы до вагона примерно метровая. Несколько минут носильщики выясняли, кто из них и за какие части возьмёт груз, чтобы поднять его в вагон. А груз между прочим – живой. Это моя жена и я – инвалиды-колясочники». В своём письме в «Гудок» Геннадий Никишин рассказывал, через какие мучения им пришлось пройти, прежде чем оказаться в вагоне поезда, который должен был везти их на лечение в Евпаторию.

«Первой понесли жену, – пишет Геннадий Петрович. – Неумело и с полным равнодушием. Носильщики не знали, как её правильно нести. А сама помочь им, сгруппироваться она не могла. У жены полиомиелит. Несколько раз её сажали на грязный пол, задрав на голову одежду, словно она не человек, а мешок. Нашему возмущению не было предела! Но нас никто не слышал…»

Тяжело читать такое письмо. Жалко больных, беспомощных людей, оказавшихся в такой ситуации. Непонятно, как она вообще могла возникнуть, ведь ОАО «РЖД» особенно за последние два года затратило много средств и усилий на создание доступной среды для людей с ограниченными возможностями на вокзалах. Хотя и раньше, если больной человек обращался за помощью, чтобы сесть в поезд или выйти из него, железнодорожники всегда откликались. Однако с 2012 года впервые стали это делать на основе разработанного в ОАО «РЖД» порядка обслуживания маломобильных групп граждан. За медпунктом закреплён носильщик, который доставляет их вещи. Определены и люди, которые помогут им сесть или выйти из поезда, добраться до стоянки машины. Эти услуги для них бесплатные. Надо лишь сообщить дежурному по вокзалу или в медпункт о том, что человек нуждается в такой помощи. Причём желательно сделать это заранее, так как подобных заявок бывает не одна. Особенно летом. Например, на Киевском вокзале с июня этого года приняли и отправили свыше 500 маломобильных граждан. А на Курском мне назвали цифру: не менее 200 в период с марта по октябрь.

Порядок работы с колясочниками на вокзалах кажется хорошо продуманным. Но вот случай с семьёй Никишиных не говорит ли об обратном? Чтобы получить ответ на этот вопрос, я отправилась на Курский вокзал столицы.

Там недавно в довольно неприятную ситуацию попала инвалид-колясочник Валентина Мишина. 11 июля она возвращалась с санаторного лечения из Евпатории. Носильщик, подвезя её вещи к машине, попросил плату за свои услуги. Она попыталась воззвать к его совести: дескать, раскрой глаза, с кого просишь! После ДТП у Валентины действуют только рука и шея. Но носильщика это не смутило. Требуемых им 2 тыс. руб. у неё не было. Тогда он милостиво сказал: «Дайте сколько есть».

Один из крупнейших в стране вокзал встретил своей привычной суетливостью. Сотни людей толпились перед кассами, спешили по подземным тоннелям к посадочным платформам. Семеро чоповцев, два носильщика и дежурный по вокзалу Владимир Полукаров в этой суете встречали из Симферополя группу из восьми инвалидов, пятеро которых колясочники. Когда основная часть людей покинула поезд, охранники легко и быстро вынесли инвалидов и посадили их на коляски. Кстати, Полукаров захватил с собой коляску из медпункта.

– На всякий случай, – объяснил. – Я всегда встречаю маломобильных пассажиров. Вдруг кому-то понадобится ещё одна коляска.

В это время носильщики без задержки погрузили на тележки вещи прибывших и повезли к стоянке такси. Грузовой лифт уже ждал инвалидов. В нём вся группа спустилась в цокольное здание вокзала, откуда поднялась по внутреннему панорамному лифту в главное помещение. И уже отсюда все дружно двинулись к автостоянке. Для колясочников даже освободили проход на территории, где велась реконструкция.

Владимир Полукаров объяснил мне слаженность действий чоповцев тем, что они делают это постоянно. Поэтому уже знают, как перенести инвалида, не причинив ему неудобств.

На Киевском вокзале с этой категорией пассажиров работают носильщики. Главный инженер Дмитрий Власов старался убедить меня в том, что они отлично с ними управляются и опыт у них есть. Но почему семье Никишиных не повезло? Оказалось, в тот день поезд подали на 5-й путь. Там совсем небольшое расстояние между составом и дебаркадером. А главное – очень низкая платформа.

– Когда мы знаем, что придётся работать с колясочниками, то сообщаем об этом на станцию Москва-пассажирская-Киевская, чтобы состав подавали на 3-й путь, где платформа находится на одном уровне с поездом. Но в тот день пускали новые электрички, и путь оказался занят, – объяснил Власов.

Понятно, что поднять больных людей с низкой платформы труднее. И надо уметь это делать. А носильщики всё же специалисты другого профиля. Вот и оплошали.

– На самом деле за последние два года ситуация на вокзале стала намного лучше, – считает мать инвалида Лидия Кушнаренко. – Нам не надо никого уговаривать, чтобы помогли попасть в вагон или его покинуть. И людей всегда выделят, и вещи к такси доставят. Но если высота платформы и высота поезда сильно отличаются, а пассажир ещё и весит много – тут начинается фильм ужасов. Объяснить носильщику или охраннику, за какие части тела брать инвалида, как держать его, просто невозможно. У них самих стресс. Они начинают волноваться, боятся причинить боль, уронить. Поэтому только и думаешь: быстрее закончите эту пытку – погрузите наконец человека.

Лидия Александровна говорит, что ни разу на вокзале за услуги, оказанные сыну, у неё не просили деньги. То же самое мне говорила и группа колясочников на Курском вокзале. Да и другие люди, с которыми довелось общаться. Но, видимо, единичные случаи всё-таки бывают. Недавно на том же Курском вокзале уволили грузчика за то, что взял деньги с инвалида.

– Мы не собираемся с этим мириться, – говорит начальник Курского вокзала Андрей Ратников. – Если такое происходит, надо незамедлительно сообщать нам об этом. На каждой тележке носильщика указан телефон и начальника вокзала, и дежурного. Виновник сразу будет наказан, а обиженному пассажиру мы вернём деньги. На первый взгляд может показаться, что происшедшее с супругами Никишиными на Киевском вокзале и с Валентиной Мишиной на Курском не имеет ничего общего. Однако объединяет обе ситуации то, что ни носильщики, ни охранники не являются работниками вокзала. Услуги инвалидам они оказывают по договорённости с хозяевами компаний, где состоят в штате. Носильщикам, закреплённым за медпунктом для оказания услуг маломобильным гражданам, существенно снизили план выручки, поскольку работа у них сдельная. Но из беседы с ними стало ясно, что её они всё-таки расценивают как убыток собственному карману. С охранниками вроде бы проще – те на окладе. Но и для них эта работа – непрофильный вид деятельности. Наверное, было бы лучше, если бы на вокзалах всё же имелись специализированные бригады, как, например, это сделано в аэропортах.

– Такая идея обсуждалась, – говорит начальник сектора организации содействия маломобильным группам населения Дирекции железнодорожных вокзалов Екатерина Сапсай. – Но реализовать её пока нет финансовой возможности. Сейчас разрабатывается программа обучения пассажирщиков работе с людьми с ограниченными возможностями. Но главное – необходимо создать на вокзалах такую среду, чтобы эти пассажиры могли самостоятельно подниматься на платформы и заезжать на колясках в поезда, для этого нужны пандусы, специальные подъёмники. Всё это уже появилось на Ленинградском, Павелецком, Рижском вокзалах столицы после реконструкции. В 2014 году будут модернизированы Казанский и Киевский вокзалы. Потом придёт черёд Курского. Думаю, через четыре года мы сумеем в крупных городах предоставить людям с ограниченными возможностями такой уровень обслуживания, который позволит им чувствовать себя на вокзалах, как здоровым людям, совершенно свободно.

Что, однако, мне сказать Никишиным? Ждите? А пока запасайтесь мужеством, если поезд снова подадут к низкой платформе. Или ставьте свечку, чтобы в те дни, когда вам надо садиться на поезд, дежурный по станции Москва-пассажирская-Киевская смог подать состав на подходящий путь.

Наталья Кузина

Источник: www.gudok.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ