Архив:

"Не надо жалеть инвалидов, они такие же, как мы, только более ранимые"

В Красноярском крае постепенно меняется отношение к людям с ограниченными возможностями. "В Лондоне, когда закончились Паралимпийские игры, мы наблюдали церемонию чествования британских спортсменов. Это было невероятное зрелище, их чествовали, как героев, независимо от уровня инвалидности. Слава богу, что этого не видели наши спортсмены…, - рассказывает Надежда Банникова, директор центра адаптивного спорта."

Страх сострадания

- Для здоровых детей спорт - это хобби, для инвалидов - возможность самореализации. Они имеют эти ограничения очень глубоко в душе. И прежде чем такой ребёнок выйдет в общество, встанет на беговую дорожку, с ним должен поработать психолог. У нас в обществе сложился такой стереотип: если ребёнок хромает, не видит, не слышит, значит, он какой-то не такой. Ему постоянно внушают мысль о его неполноценности. Поэтому он боится общества, боится, что над ним будут смеяться. И, что самое страшное: в первую очередь этот комплекс внушается родителями. От того, какой ребёнок, можно судить об обстановке в семье. К примеру, к нам приехал 15-летний мальчик из района края, ему ампутировали ногу, но тем не менее он активный, целеустремлённый и не чувствует себя ограниченным. Его родители - мудрые люди! Когда ты видишь счастливые глаза ребёнка, который преодолел свою ограниченность - это дорогого стоит. В то же время не надо забывать, что у таких ребят за спиной много боли, с которой они ежедневно борются. Многие приходят в спорт, чтобы доказать всем и себе в первую очередь, что они на что-то годны, тренируются, невзирая на боль и страх.

- …И многие из них доказывают, что они победители, и часто паралимпийцы выступают лучше, чем здоровые спортсмены…

- В Лондоне, когда закончились Паралимпийские игры, мы наблюдали церемонию чествования британских спортсменов. Это было невероятное зрелище. Они шли по улицам Лондона, с самолёта их обсыпали цветами, все аплодировали. Слава богу, что этого не видели наши спортсмены - они улетели раньше. И когда мы вернулись на родину, нам было обидно. Особенно за Марту Прокофьеву. Она совершила личный рекорд, выступила лучше, чем когда-либо. Но для общества она не победитель, ведь вернулась без медали. И когда меня спросили, довольна ли я результатом Марты, я не сразу нашлась, что ответить. Как можно быть недовольным тем, кто выложился на полную катушку?!

Пока наше общество не готово ценить человека просто за то, что он преодолел самого себя. Если он не занял первого места, значит, он «фу», я имею в виду не только спорт инвалидов. Так могут говорить люди, далёкие от побед. А те, кто работает, рад результату, который не лучше остальных, а лучше, чем был у него когда-то.

- Наверное, это происходит оттого, что в советское время все делали вид: у нас нет инвалидов?

- Да и до сих пор есть такие настроения. Далеко ходить не будем. В конце года я запрашивала в районах отчёт, какие мероприятия они проводили для реабилитации инвалидов средствами физической культуры. В одном из районов ответили: у нас нет инвалидов… Как нет, если у нас мальчик из этого района входит в сборную команду края?!

Конечно, отношение общества постепенно меняется. Соз­даются программы помощи инвалидам, появляются пандусы, общественный транспорт, где могут передвигаться и колясочники. Но почему до сих пор на улице редко встретишь людей, скажем, с синдромом Дауна, или в инвалидном кресле, или с собакой-поводырём? Мы все, кто от лености душевной, кто от неясного страха, выстраиваем свои барьеры, пытаясь отгородиться от инвалидов всеми силами. К примеру, нам государство выделило автомобиль с подъёмником для перевозки детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата, а мы до сих пор не можем найти водителя… Люди боятся испытывать сострадание. И как же нелегко преодолевать эти негативные стереотипы общественного сознания!

За идею и деньги

- В последнее время российские спортсмены сделали себе имя и зарабатывают на этом большие деньги, а отдачи от них уже никакой. А инвалиды до сих пор вкалывают за идею?

- Ничего подобного. На адаптивку тратят не меньше, чем на спорт в целом. За последние три года финансирование увеличилось более чем в три раза. Наши спортсмены получают ровно такую же награду за победу, как и здоровые спортсмены. Конечно, спортсмены-инвалиды могут работать и работают за идею. Но делают это не для государства, а для себя. А когда они поняли, что можно ещё и деньги зарабатывать, это прибавило им стимула.

Но и среди людей с ограниченными возможностями есть и те, кто требует к себе особого отношения и некрасиво пользуется своим нездоровьем.

- А как, с одной стороны, помочь инвалиду, с другой - не переборщить с жалостью, которая может превратить его в потребителя?

- Во-первых, не нужно их жалеть, они такие же, как мы, только более ранимые. Нужно понять: он хочет только получить или ещё и отдать. Если его лепта соизмерима с той, что он просит, то почему бы не дать. Даже родители хотят заработать на инвалидности ребёнка, при этом уверены, что государство им только должно. Многие из них не понимают, что прежде всего они должны хотеть, чтобы ребёнок был уверенным, здоровым, чтобы физкультура помогла реабилитировать его недостающие способности, чтобы он желал чего-то в жизни достичь, а уж потом думать о материальных выгодах. Спорт не всегда бывает денежным, иногда приходится даже вкладывать.

- Неужели наше общество настолько безнадёжно?

- Я так не считаю. Мы хоть и не сразу, но поворачиваемся лицом к инвалидам. Об этом говорит и то, что в 2008 году только 0,5% инвалидов региона были вовлечены в спорт, в этом году - уже 3%. Мы учимся с ними работать, пытаемся сблизить людей, снять ненужные глупые барьеры между ними, сотканные из предрассудков и страха. Мы должны понимать, что инвалидность сама по себе - это не качество души человека, которое делает его плохим или хорошим.

Просто он немного другой, но в этом нет ничего предосудительного. В конце концов, все мы разные - с разным цветом кожи, разрезом глаз, характером, нацио­нальностью и культурой.

Вера Ракова

Источник: www.krsk.aif.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ