Архив:

Простите за то, что мы выжили...

Дом ЧешираОтгремели праздничные салюты, посвященные Дню защитника Отечества, страна отметила и до следующего года забыла годовщину вывода советских войск из Афганистана. Тосты сказаны, бокалы подняты. Следующий повод вспомнить о воинах будет не раньше 9 Мая. Но есть рядом с нами такие люди, о которых нужно помнить всегда. Имя им - военные инвалиды.

Это история семнадцатилетней борьбы инвалидов с безразличным миром здоровых. Речь пойдет о тех, кто получил инвалидность, ис-полняя волю Родины - об инвалидах войны и военной службы. В стране, которая в последние десятилетия не вылезала из конфликтов различного характера, в которой многие десятки тысяч молодых людей погибли, а сотни тысяч потеряли здоровье, не имеют ни одного настоящего, комплексного государст-венного реабилитационного центра. Это безнравственно хотя бы потому, что именно государство забрало этих ребят в армию, обуло, одело, научило стрелять и убивать, послало защищать свои интересы. И эти люди, выполняя приказ этого самого государства, случайно остались живыми, и получается, что сделали это напрасно, поскольку Родине в таком виде они совершенно не нужны.

Истоки

Но обо всем по порядку. В составе королевских ВВС Великобритании в 1938 году во Вторую мировую войну в качестве командира эскадрильи тяжелых бомбардировщиков «Галифакс» вступил выпускник Оксфорда Леонард Чешир. До мая 1945 года он сделал более 600 боевых вылетов, в том числе он прикрывал морские конвои, шедшие в Мурманск и Архангельск. И был бы Леонард Чешир одним из тысяч героических военных пенсионеров, если бы не одно обстоятельство.

В 1947 году полковник ВВС в отставке основал благотворительный фонд своего имени, который занялся строительством реабилитационных центров для инвалидов-военнослужащих по всему миру, которые стали называться «Домами Чешира». С момента основания фонда было построено 440 таких домов в 58 странах мира. За выдающуюся гуманитарную деятельность королева Великобритании даровала Леонарду Чеширу титул лорда. Есть один такой дом и в России, в Москве в районе Солнцево на Волынской улице. Это был последний прижизненный проект лорда Чешира, 31 июля 1992 года лорд скончался, а 27 сентября в Москве открылся благотворительный реабилитационный центр его имени. Если бы англичане знали, с чем придется столкнуться их проекту в России, они бы, скорее всего, отказались от этой затеи...

Мы побывали здесь - высокий забор, ухоженная территория и голубые ели, из-за которых виден типичный для европейской провинции дом модульного типа. В московском же спальном районе он режет глаз, так что пройти мимо него тяжело. Если говорить казенным языком, это реабилитационное учреждение для инвалидов военных конфликтов с последствиями боевых ранений опорно-двигательного аппарата. Здесь ребятам, потерявшим немалую часть здоровья в служении своему отечеству, дают возможность не только ощутить атмосферу домашнего тепла и уюта, но и найти свое место в жизни, получить высшее образование и устроиться на работу. Проживание, питание и обслуживание для пациентов здесь бесплатные. Нас встречает директор Московского Дома Чешира, генерал-майор в отставке Юрий Иванович Науман, который руководит Домом с момента его открытия, и чьими нечеловеческими усилиями он все еще существует. Сейчас здесь живет 20 ребят, подавляющее большинство из них получили инвалидность во время боевых действий в Чечне. Когда же дом открывался, его жильцами были инвалиды-афганцы. За семнадцать лет здесь получили помощь более полутора тысяч человек из 83 регионов России и из 7 стран СНГ.

Хождение по мукам

В кабинете директора аккуратными стопками лежит переписка с российскими чиновниками самого разного уровня. Есть здесь и обращения к Владимиру Путину, Юрию Лужкову, Борису Громову... Тема всегда одна. С момента создания Дом балансирует на грани жизни и смерти. Московский Дом Чешира не финансируется государством и не имеет постоянных источников дохода. Он живет исключительно за счет спонсорской и благотворительной помощи государственных, коммерческих структур и пожертвований граждан. Но денег хронически не хватает. Сейчас ситуация стала и вовсе катастрофической, продукты еще есть, но денег на зарплаты, на коммунальные и налоговые платежи нет уже несколько месяцев. Ни в одном другом Доме Чешира проблем финансирования нет. За рубежом принципы благотворительности всасываются с молоком матери. Во-первых, это правило хорошего тона, во-вторых - благотворительные платежи гарантируют определенные налоговые послабления. В Великобритании, к примеру, 206 таких Домов, и над каждым из них шефствует или часть, или ее подразделение. В России меценатов не хватает даже на один небольшой Дом, зато в избытке холодности и пренебрежения чиновников.

- Сейчас нам ежемесячно нужно около 600 тысяч рублей, раньше обходились сотней, но за прошедшие 17 лет жизнь очень подорожала, - рассказывает директор Московского Дома Чешира Юрий Науман, - одних налогов мы в месяц платим по 200 тысяч, 50-70 тысяч уходит на электроэнергию, да и персоналу нужно платить. За все время существования нашего дома у нас ни разу не было нормального финансирования. Единственный раз мы получили от государства реальную помощь. Было это в 1993 году, когда я еще был заместителем председателя фракции «Отчизна» в Верховном Совете. Узнав о наших проблемах, Руслан Хасбулатов распорядился выделить нам 100 миллионов рублей из средств Фонда Верховного Совета Российской Федерации. Но воспользоваться деньгами мы тогда не успели, через месяц они пропали, банк, в который они были перечислены, перестал существовать.

Общение с властями продолжалось и дальше, правда, безрезультатно. Например, в начале июня 1996 года Борис Николаевич Ельцин подписал распоряжение, в котором говорилось: «Деятельность Московского Дома Чешира по оказанию помощи бывшим военнослужащим, ставшими инвалидами при исполнении служебных обязанностей, заслуживает всяческой поддержки. Поручаю совместно с Правительством г. Москвы рассмотреть вопрос об оказании Дому Чешира финансовой помощи и создании на его базе Российского реабилитационного центра для инвалидов военной службы...» Цена этого распоряжения - стоимость бумаги, на которой оно было напечатано. После переписки с нынешними руководителями страны Дому обещали перечислить один миллион двести тысяч рублей, но... Затем Юрий Науман получил письмо за подписью Аркадия Дворковича: «Полагаем, что общественные организации в Москве имеют значительно большие возможности для привлечения финансовых средств, чем аналогичные организации в других регионах...» Нет у государства денег на собственных инвалидов...

Чиновники говорят, что все могло бы быть иначе, если бы Дом находился в собственности его директора. Но это нонсенс, ни в одной стране мира не было такого прецедента, везде объекты принадлежат самому Фонду Чешира. «У нас земля в аренде на 49 лет, а сам дом, хоть и принадлежит англичанам, передан нам в безвозмездное, бессрочное хозяйственное пользование. Нужно понимать менталитет англичан. Они боятся давать нам право собственности, опасаясь, что на следующий день нас отсюда выгонят, землю с домом отберут, а ребят выставят на улицу. Три с половиной гектара земли в Москве - это все-таки не шутка», - рассказывает Юрий Науман.

Вопреки

Брошенные на произвол судьбы властями, волю которых они некогда исполняли, ребята находят поддержку и помощь со стороны частных лиц. Здесь рады любой помощи. В свое время, зная о тяжелом положении Дома, генерал Игорь Пузанов, бывший в лейтенантскую пору одним из подчиненных Юрия Наумана, прислал три «КамАЗа» с 30 тоннами сахара. Юрий Иванович вспоминает, что сотрудницы Дома потом торговали этим сахаром на остановках общественного транспорта. Денег хватило на три года. Жена Михаила Касьянова, Ирина Борисовна Касьянова, подарила Дому три автомобиля. Директор «Трехгорной мануфактуры» прислала несколько машин с мягкой мебелью. Наина Иосифовна Ельцина подарила бильярд. Благодаря Борису Громову осенью Дом получает продукты на весь год. В Солнцево есть фабрика, которая занимается изготовлением полуфабрикатов для ресторанов быстрого питания «Макдоналдс». Так вот, они уже лет десять каждую неделю отдают Дому по полсотни бигмаков. А в 1998 году на просьбу о сотрудничестве откликнулся ректорат Академии труда и социальных отношений, так что теперь ребята имею возможность получать бесплатное высшее образование. Помогают и простые люди, кто чем может.

Чего только стоило приведение в порядок территории Дома... Юрий Науман вспоминает, что когда приехал сюда в первый раз, его глазам предстала поистине удручающая картина: многометровые горы мусора, обнесенные сеткой-рабицей.

- Первым делом решили поставить забор. Для этого я позвонил отцу известного ныне Максима Галкина, Александру Галкину, генералу, начальнику главного бронетанкового управления. Он приехал, посмотрел на Дом, на его обитателей... и выдал нам 15 танков, которые потом переплавили в Череповце и из которых получился забор. А с полигона Таманской и Кантемировской дивизий мы привезли и посадили на территории около сотни голубых елей. Мусор, кстати, неделю вывозили, 50 самосвалов работали, - вспоминает Юрий Иванович.

Люди

Ребят для проживания в Московском Доме Чешира директор отбирает лично. В госпиталях, в основном, конечно, в госпитале им. Бурденко.

- Я туда ежегодно приезжал в конце февраля - начале марта, подбирал себе ребят из числа тех, кто имеет среднее образование, кто не спился, не искурился, не потерял волю к жизни и кто может сам себя обслуживать, - рассказывает Юрий Науман. - Но с 2006 года мне дали от ворот поворот, говорят, уважаемый Юрий Иванович, никого нет, кто бы вашим требованиям соответствовал. Просто представьте себе. В госпитале Бурденко лежит более тысячи парней, и ни одного с образованием больше 8 классов (!). Теперь ищу кандидатов через своих знакомых и через общественную организацию ветеранов «Боевое братство».

В этом году у директора Дома уже есть два кандидата, один из Архангельской области, другой из Красноярска. Юрий Иванович в разговоре признается, что в идеале такие центры реабилитации нужны в каждом регионе страны. Почему их нет? Ведь социализированный и устроившийся на работу человек не висит на шее страны мертвым грузом. Он учится, работает, платит налоги, делает покупки в магазинах...

Ребята живут в доме 5 лет, ровно столько, сколько длится их учеба в Академии труда и социальных отношений. Поблажек им никто не делает, поэтому ребята испытывают на себе все прелести «хвостов», пересдач и преддипломных мук. Но трудности не могут остановить тех, у кого вся жизнь - постоянное преодоление. Многие оканчивают академию с отличием и затем устраиваются на достойную работу. И таких примеров достаточно много. Взять хотя бы Александра Семенова. За участие в боевых действиях в Чечне он получил орден Мужества, был серьезно ранен в голову - пострадали оба глаза. В госпитале имени Бурденко ему фактически сделали новое лицо. В прошлом году с красным дипломом окончил академию, получил место старшего юрисконсульта в Ассоциации профсоюзов Московской области. Профсоюз подарил ему квартиру - жена подарила ему дочь.

Или Максим Байков, он служил в 22-й бригаде спецназа ГРУ в Чечне, подорвался на мине. Ноги не спасли, ампутировали ниже колен. Но Максим оказался сильнее этого, не опустил рук и продолжал жить. В октябре прошлого года женился, в мае должен стать отцом. К слову, теща у Максима - полковник ФСБ. Когда она увидела, что ее единственная дочь сошлась с инвалидом, сказала, что никогда не благословит этот брак. Дочка же ответила, что в таком случае сведет счеты с жизнью. Максим учится сейчас на первом курсе финансового факультета академии. Держится молодцом. Если не знать, что у него ниже колен протезы, - ни за что не скажешь, что инвалид. Мужественный парень, толковый, такой и с тещей-полковником справится. Верю.

Следующую историю я оставлю без комментариев. В конце декабря 2003 года в дом родителей Сергея Корепанова пришла похоронка: «Ваш сын погиб при выполнении служебно-боевых задач на территории Итум-Каленского района Чеченской республики...» Тогда во время ночного боя погибло 11 наших ребят. С рассветом пришел вертолет, забрать тела. Мальчишек в полиэтиленовых мешках положили в ряд и приготовили к погрузке. Сергей лежал последним. Замкомандира батальона случайно споткнулся о него и заметил, что мешок шевелится... Сергей буквально плавал в крови, но был еще жив! После ранения он потерял сознание, и его, не разбираясь, определили в трупы. Пуля вошла в правый висок, пробила носовую перегородку и на выходе оторвала часть мочки левого уха. Сергея перевезли во Владикавказ, потом в Ростов и затем в Москву. Из госпиталя Бурденко он позвонил домой. Трубку взял его брат... «Не может быть, ты же убит!!!» - только и смог ответить ошарашенный родственник. Восьмого августа 2006 года Сергея Корепанова наградили орденом Мужества. Сейчас Сергей студент, учится на III курсе.

Но далеко не все истории живущих в Доме Чешира хотя бы настолько относительно благополучны, как описанные выше. Сейчас в Доме проживает Сергей Новиков, инвалид афганской войны, получивший тяжелейшее заболевание почек. Сергей вынужден в ожидании донора почки 3 раза в неделю проходить процедуру гемодиализа. Интигам Бабаев - инвалид первой группы, получил лучевую болезнь при тушении реактора на АПЛ. Курс его месячного медикаментозного лечения стоит около 6 тысяч долларов.

В Московском Доме Чешира нет знаменитостей, нет героев России. Здесь живут, лечатся и учатся простые русские парни, которые с честью выполнили поставленные родиной боевые задачи и которых Родина забыла. С каждым годом директору Юрию Ивановичу Науману все труднее бороться за выживание Дома, все труднее нести этот крест. В силу возраста друзей, знакомых и боевых товарищей на основных должностях становится все меньше. Не прибавляется и здоровья. Пока Юрий Иванович руководит Домом, он заработал ишемическую болезнь сердца, открытое кровотечение в желудке и стрессовый диабет. Будем говорить прямо: сейчас положение Дома Чешира - самое тяжелое за все 17 лет его существования. Если в ближайшее время денег найти не удастся, единственный в России центр реабилитации военных инвалидов будет вынужден закрыться, а 20 его обитателей окажутся на улице. Государство глухо к проблеме, видимо, она слишком мелочна. Умы чиновников занимает глобальная борьба с кризисом, где уж тут о каких-то инвалидах думать. Но мы-то ведь не чиновники, мы-то ведь не слепы и не глухи. Так ведь, россияне?

Помощь

Реквизиты Московского Дома Чешира

Наименование организации: Региональная общественная организация «Общество инвалидов войны в Афганистане «Московский Дом Чешира»

Юридический и фактический адрес:

119620, Москва, ул. Волынская, д. 5.

ИНН: 7732066683 КПП: 773201001

ОКПО: 32436762 СООГУ: 07994

СОАТУ: 1145268588 КФС: 15

ОКОНХ: 98600 КОПФ: 83

Получатель: Региональная общественная организация «Общество инвалидов войны в Афганистане «Московский Дом Чешира». Вернадское ОСБ №7970/01039 г. Москва.

Текущий рублевый счет: 40703810438350100121

Корреспондентский счет: 30101810400000000225

Банк получателя: Сбербанк России ОАО г. Москва

БИК: 044525225

Максим Башкеев

Источник: tribuna.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ