Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Обычная история особенного ребенка. Часть четвертая

РИА Новости продолжает публикацию дневников Марины Слепян, мамы мальчика с аутизмом, основателя группы по коррекции аутизма "Суламот". В этой главе она рассказала о сложном выборе между обычным и коррекционным классами, а также о поиске сопровождающего ассистента для сына. Казалось бы, второй год в коммуникативном садике должен был пройти совершенно спокойно. Мы полностью доверились специалистам, с чьей помощью удалось добиться ощутимых результатов. Прочитав массу литературы, мы стали понимать причины неприемлемого поведения нашего ребенка и начали замечать улучшения в проблемных областях. Более того, мы научились замечать достижения Томика, радоваться за него и гордиться им, перестали скрывать наш диагноз от окружающих и, наконец, приняли его.

Продолжение, начало см.

Обычная история особенного ребенка. Часть первая

Обычная история особенного ребенка. Часть вторая

Обычная история особенного ребенка. Часть третья

Мы шли навстречу ребенку, а он мчался навстречу нам. Были и периоды регресса, но расстояние между нами уже не казалось пропастью, a шаг за шагом сокращалось. Иными словами - все шло отлично.

Проблема этого года заключалась в другом - он был последним перед школой. Это означало, что пришло время снова менять с таким трудом налаженный быт. Главный вопрос, стоявший перед нами, - переводить Томика на индивидуальную интеграцию с сопровождающим тьютором в обычный класс или оставить его в системе специального образования в классе коррекции? Обе модели вызывали у нас серьезное беспокойство.

Конечно, нам хотелось как можно быстрее адаптировать ребенка в обычном классе, но очень опасались покидать теплицу, в которой Том смог почувствовать уверенность в себе, мотивацию и успех. С одной стороны, мы осознавали, что в коррекционном классе, состоящем из восьми учеников, нескольких учителей и помощников, для нас сохранились бы привычные, благоприятные условия. С другой стороны, чувствовали, что Том готов к "выходу в свет", что первичная база у него есть.

Как и следовало ожидать, наши с мужем мнения разделились - муж хотел как можно быстрее подвергнуть Томика настоящему испытанию в обычном классе, я же очень боялась потерять уже завоеванные позиции и предпочитала более щадящий вариант коррекционного класса. К сожалению, специалисты в детском саду тоже разошлись во мнениях.

Когда я поняла, что книги и интернет не могут мне помочь, то начала поиск людей, которые прошли тот же путь, что и мы.

Я переговорила по телефону и несколько раз встретилась с родителями, чьи дети пошли в первый-второй класс после коммуникационного садика. Было приятно обнаружить, что они готовы делиться своим опытом, и это создавало ощущение родительского братства. Каждый разговор открывал дополнительные нюансы, о которых мы и не подозревали, и моя голова переполнялась новыми "за" и "против". Ответственность тяготила, мы понимали, что принятие решения лежит на нас, но по-прежнему не могли сделать выбор. Избавление пришло внезапно: наша заведующая детским садом, которая была за интеграцию, сказала, что у Тома "пограничное состояние". Это означало, что ему подойдет любой вариант обучения, поэтому нужно сосредоточиться на том, что подходит нам, родителям.

Итак, мы решили идти в обычный класс. Наше смелое решение означало, что мы остаемся без профессиональной поддержки, на которую так привыкли полагаться. Мы будем предоставлены сами себе, и создание правильной развивающей среды полностью ляжет на наши плечи

Но мы понятия не имели, как это сделать, и снова оказались в полной растерянности. Мы не понимали значение термина "инклюзия с сопровождением" и не представляли, кто такой этот сопровождающий, который незаметно присутствует, чтобы поддержать ребенка и исчезает, чтобы не мешать.

Из статей и частных консультаций мы узнали, что сопровождающий ассистент - это человек, который обязан нравиться абсолютно всем и при этом не иметь во время работы ни минуты на отдых. Он должен вызывать симпатию и уважение у детей, доверие у учителя, должен найти контакт не только со своим подопечным, но и с нами, родителями. От него требуется когнитивная поддержка ребенка во время уроков и социальная - на переменках и в свободные часы. Тьютор обязан понимать, какие трудности есть у ребенка, чтобы в момент перегрузок предотвратить вспышки. Он должен уметь смягчать неприемлемое поведение в глазах окружающих и усиливать впечатление от его достижений.

Ему необходимо наладить секретный контакт с учителем, чтобы незаметно обмениваться информацией во время уроков, и разбираться в актуальных играх, темах, интересах учеников и рассказывать о них Томику, чтобы он мог принимать участие в общей деятельности.

Он должен оградить ребенка от неприятностей, которые возникают из-за его непонимания социальных ситуаций. При этом он не может отдохнуть между уроками, так как именно во время переменок происходит основная социализация.

Я составила список необходимых качеств тьютора, и, осознав, сколько всего от него требуется, мы решили, что такой человек, скорее всего, еще не родился, или он должен быть просто волшебником, чтобы все это успешно выполнять. Но, поразмыслив, мы пришли к выводу, что главное - это мотивация, а профессионализм придет благодаря правильному руководству. Вооружившись получившимся списком, я энергично принялась за поиски нужного человека.

Источник:ria.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ