Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Хочу быть не хуже других!

С самого детства большинство инвалидов изолированы от общества: они учатся в специальных детских садах, в спецшколах, специнтернатах... Программы инклюзивного образования, которые предполагают обучение инвалидов в обычных учебных заведениях, позволяют им лучше адаптироваться в жизни. Вот только такие программы есть пока далеко не везде, да и реализация их на практике далека от идеала...

В детские сады детей-инвалидов берут. Но не всех

Вообще-то по закону дети-инвалиды дошкольного возраста при поступлении в детские сады даже пользуются приоритетом, но на деле устроить «особого» ребёнка в обычный детский сад непросто. Татьяна Черкасова из села Логиново, что близ посёлка Белоярский, член инициативной группы родителей детей с синдромом Дауна, рассказывает: «Мой ребёнок ещё очень маленький, ему рано в детский сад, но, по отзывам других родителей, знаю: отдать в детский сад ребёнка с синдромом Дауна - проблема, и поэтому многим родителям приходится пользоваться услугами частных детских садов или договариваться с другими родителями, чтобы присматривать за детьми по очереди... К сожалению, в России вообще нет серьёзной работы с детьми с синдромом Дауна, которым меньше десяти лет, и примеры достижений мы приводим исключительно зарубежные...».

Эмма Николаевна Остякова, которая живёт в Кировском районе Екатеринбурга, - бабушка особого ребёнка. «В Екатеринбурге и обычных-то детей в детский сад устроить - целая проблема, а у Ванечки - задержка в развитии. Какое-то время Ваня ходил в частный детский сад, а потом я ушла на пенсию, и с тех пор родители всегда оставляли его со мной».

Бывают и другие случаи. Станислава, внучка екатеринбурженки Натальи Селиной, - тоже особый ребёнок. И, тем не менее, девочка ходила в самый обыкновенный детский сад, а потом пошла учиться в обычную школу.

- В детском саду у Стасечки всё было хорошо, - рассказывает Наталья Александровна. - А вот в школе, из-за её гиперактивности, к сожалению, не сложились отношения ни с одноклассниками, ни с учителями. Рекомендуют перевести в другую школу... Я сама - педагог, работаю со слабослышащими и глухими детьми. Большинство из них ходят в специальные детские сады или сидят дома, а потом идут учиться в интернат. Чтобы заниматься с такими детьми, нужен большой опыт, особый подход - мне потребовалось много времени, чтобы научиться работать со слабослышащими. И не каждый из детей-инвалидов вообще смог бы учиться в обычной школе.

О том, как складывается ситуация в Екатеринбурге, рассказывает председатель Свердловской областной организации родителей незрячих и слепых детей «Окно в мир» Наталья Черепанова: «В нашем городе всего несколько специализированных детских садов для слабовидящих детей. Тотально слепых туда не берут, да и в этих садах мест нет. Для тех детей-инвалидов, кому не хватило мест, государством предусмотрена такая альтернатива: воспитатели из ближайших по месту жительства детских садов должны заниматься с такими детьми на дому. Но это не решение проблемы, так как эти услуги оказываются зачастую формально и проблемы не решают! Ещё есть центр «Ресурс», где работают и с тотально слепыми детьми, но он один на весь Екатеринбург, и в группе там всего пять-шесть детей».

По словам директора екатеринбургского центра психолого-медико-социального сопровождения «Ресурс» Надежды Должиковой, дети-инвалиды дошкольного возраста куда хуже адаптируются в незнакомой среде, чем, к примеру, школьники. Большинству из них требуется присутствие родителей, помощь педагогов и воспитателей. А если учесть тот факт, что в екатеринбургских детских садах дефицит мест и для здоровых детей, то инклюзив в таком возрасте становится очень трудным делом...

Главный специалист минобразования Вера Артегова так комментирует сложившуюся ситуацию:

- Оптимальным способом инклюзивного образования для дошкольников я считаю группы кратковременного пребывания. Такие группы не требуют создания специализированных детских садов и позволяют детям-инвалидам общаться со сверстниками, а также получать своевременную квалифицированную помощь специалистов: медиков, педагогов, психологов. Но, конечно, для работы с такими группами нужны квалифицированные специалисты. Кроме того, многое зависит от степени инвалидности ребёнка: к примеру, тотально слепым детям - а именно такие занимаются в «Ресурсе» - нужны специальные условия. Если же говорить о системе дошкольного образования в целом, то условий для обучения детей-инвалидов создано пока недостаточно. Так, например, слепых детей почти не принимают в детские сады (особенно в малых городах), так как там просто нет специалистов для работы с ними. Особый подход к воспитанию ребёнка-инвалида должен быть и в семье. В детский сад такого ребёнка устраивать надо, чтобы он развивался в среде сверстников, но если дошкольное учебное заведение не может создать специальные условия для образования, то они обязаны обеспечить консультации и наблюдение за развитием ребёнка.

А в качестве примера положительного опыта по организации работы с детьми-инвалидами можно привести городской округ Красноуфимск. По словам начальника управления образования этого округа Татьяны Биктугановой, дети-инвалиды Красноуфимска и близлежащих сёл и деревень имеют возможность посещать как специализированный детский сад, так и группы кратковременного пребывания, организованные в обычных детсадах.

Учатся ли особые дети в обычных школах?

Как говорит статистика - да, учатся. Таких детей в школах и школах-интернатах общего типа в Свердловской области - 3650. Но эта цифра вовсе не означает, что любой ребёнок-инвалид может запросто пойти в общеобразовательную школу. Как правило, в обычных школах имеют возможность учиться дети со второй или третьей группой инвалидности (обычно те, чья инвалидность никак внешне незаметна и её даже можно скрывать), а детей с первой группой, чья инвалидность видна невооруженным глазом, - единицы. К примеру, Никите Устьянцеву, ученику пятого класса Екатеринбургского лицея №180, который передвигается только в инвалидной коляске, пришлось год посещать вместе с родителями подготовительную группу и ещё год папа практически учился вместе с ним для того, чтобы мальчик смог адаптироваться.

- Причина не в том, что Никите трудно учиться, - комментирует ситуацию руководитель екатеринбургской организации «Свободное движение» Елена Леонтьева, - а в том, что большинство наших школ не приспособлено для инвалидов-колясочников. Ещё в 2003 году я издала в Екатеринбурге сборник «Образование инвалида-опорника от школы до вуза», в котором особое внимание было уделено тому, что наши школы (в том числе и специализированные) не приспособлены для колясочников и поэтому абсолютное большинство из них просто вынуждены получать образование дома.

Та же проблема - с училищами, в том числе специализированными для инвалидов (такие, как профлицей «Родник», что под Сысертью), которые для передвижения на коляске не приспособлены.

Единственная школа, которая будет полностью отвечать таким требованиям, откроет свои двери в Екатеринбурге лишь 1 сентября 2009 года, - говорит Леонтьева.

Директор лицея №180, где учится Никита Устьянцев, Алексей Крылов, так рассказывает о его обучении:

- Никаких специальных образовательных программ мы для него не создавали, с самого начала решив, что мальчик будет учиться на общих основаниях, - никаких поблажек. И, судя по тому, что он успешно у нас учится уже пять лет, решение было правильным. Проблема в том, что школьное крыльцо и лестницы не приспособлены для инвалида на коляске, но эту проблему решают старшеклассники. Они сами, без всяких просьб, установили своего рода дежурство - каждую перемену приходят и помогают Никите подняться или спуститься на нужный этаж.

Не меньшее исключение - ребёнок с синдромом Дауна в обычной школе. В Екатеринбурге удалось найти только одного такого ученика - это Кристофер, родители которого, граждане США, очень настаивали на обучении сына. Кстати, за рубежом есть уже примеры того, когда люди с синдромом Дауна получали высшее образование (первый - Пабло Пинеда, испанец), но в России прецедентов пока нет.

Во многих школах до сих пор, к сожалению, бытует самый стойкий миф об инклюзиве - то, что присутствие в классе детей-инвалидов сказывается на достижениях обычных школьников. Это не так. Наоборот, видя стремление к жизни у этих детей, их здоровые сверстники начинают больше ценить свои собственные возможности. Сейчас эксперимент по инклюзивному образованию идёт в Москве и в одиннадцати российских регионах. В Челябинске, например, четыре обычные школы принимают детей с отклонениями в развитии. Одна из школ уже выпустила более 20 таких учеников, все они сумели устроиться в жизни. Хорошо налажена работа в Улан-Удэ. Есть инклюзивные учебные заведения в Ухте, Архангельске, Новосибирске, Калининграде, Самаре - по одному-два в городе.

В Екатеринбурге и Свердловской области инклюзивных программ практически нет. Большинство детей-инвалидов всё- таки обучаются в специализированных школах (или специализированных классах) или на дому и, как правило, «варятся в собственном соку», не общаясь со здоровыми сверстниками.

Высшее образование - на общих основаниях

Если среднее (или среднее специальное) образование инвалиды получают, как правило, в специализированных учебных заведениях, то высшее - в обычных вузах. В сборнике Леонтьевой, о котором мы уже упоминали, именно обучению инвалидов в вузах уделено очень много внимания. По закону инвалиды могут поступать «вне конкурса» в случае «успешной сдачи вступительных экзаменов». Казалось бы, сдай экзамены на тройки - и учись на льготных условиях, но не так уж много инвалидов могут рассчитывать на это. Так, по данным сборника Леонтьевой, в 2002 году в УрГУ из 53 инвалидов-льготников смогли выдержать экзамены и поступить всего лишь 26 человек (чуть больше половины). И, кстати, эта цифра, судя по всему, год от года почти не меняется - в 2008 году в этот университет поступило учиться 23 инвалида. Причина, по мнению Леонтьевой, проста: уровень их подготовки объективно ниже общего уровня выпускников школ - сказываются недочёты образования на дому и «облегчённой» программы многих спецшкол.

Но и кроме собственно поступления инвалидов в вузах ждёт множество проблем. Инвалидам-колясочникам просто невозможно без посторонней помощи подниматься по лестницам, а лифтами наши вузы, как и школы, не оборудованы. Глухим и слабослышащим студентам, таким как, к примеру, выпускница педагогического университета Наталья Бочкарёва, приходилось все лекции писать на диктофон. Трудно даже тем, у кого детский церебральный паралич, хотя они и по лестнице могут подняться и видят-слышат хорошо - адаптация в обычной среде всё равно проходит тяжело. Вот как рассказывает об этом Тоня К., выпускница философского факультета УрГУ: «Упрощённая программа, по которой я занималась в екатеринбургском интернате для детей-инвалидов, очень отставала от общеобразовательной, и когда я приняла решение закончить среднее образование в обычной школе Новоуральска, то столкнулась с очень большими проблемами. Потом я поступила в университет, получила комнату в общежитии, но учиться было очень трудно - пришлось преодолевать не только мою природную боязливость, но и наверстывать многие пробелы в образовании».

Но всё- таки, несмотря на трудности, общение на равных в итоге чаще всего даёт положительные результаты. Инвалид по зрению Ольга Грозных, которая сейчас работает заведующей филиалом Свердловской областной библиотеки для слепых, так вспоминает свою учёбу: «Только в университете я стала по-настоящему самостоятельной, а жизнь в общежитии быстро научила вести хозяйство и обслуживать себя. Общение со студентами и преподавателями - такими разными людьми - научило вести диалог с любым собеседником. Годы учёбы я сегодня вспоминаю как самое счастливое и радостное время в моей жизни».

Такая оценка позволяет считать инклюзив одним из способов адаптации инвалидов к полноценной жизни. Сторонники инклюзии предлагают адаптировать условия образования к любому ребёнку, а не наоборот. В этом случае коррекционные заведения могут стать центрами по подготовке учителей. И тогда цель инклюзивного образования - включение каждого ребёнка в общество - будет достигнута.

Александр Шорин

Источник: oblgazeta.ru