Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

В Европе - социальная защита, а у нас - собес

Мантра в кризисные времена - нет ничего более провального, чем экономическая политика. Но это не так. В еще худшем состоянии - социальная политика. Всегда, в том числе в более благополучные времена. И в общем-то везде. Настоящее соревнование - где хуже. И тут Россия, безусловно, среди лидеров. Таково наше историческое наследие, хотя то, что Россия дo сих пор не ратифицировала Европейскую социальную хартию, не спишешь на наследство.

На этом фоне в Москве 26-27 февраля проходит первая конференция министров социального блока государств-членов Совета Европы. Затея принадлежит Совету Европы (47 государств), который называет ее Советом министров, ответственных за социальную сплоченность.

Ошибка в учебнике истории

...«Есть две школы мысли, - говорит Габриэла Баттайни. - Одна, что все силы надо отдать созданию демократических институтов. Другая, что самое важное - демократическая культура. И я придерживаюсь именно этого направления».

Габриэла Баттайни - темпераментная, целеустремленная и точно формулирующая свои мысли итальянка - генеральный директор департамента культуры, образования и спорта. На самом деле она не противопоставляет два направления деятельности Совета Европы. Демократическое общество не может существовать без сильных демократических институтов - это азбука. Но моя собеседница предельно заостряет дорогую ей мысль: прививка демократической культуры первична.

«Нужна система образования в сфере прав человека и его обязанностей. И нужно вкладываться в обучение демократическому гражданству», - говорит Габриэла Баттайни.

С чего начинать? С начала.

«С образовательных программ, с законов об образовании. С учителей - и даже еще раньше - с тех, кто обучает учителей, - говорит Габриэла Баттайни. - С такого предмета как история. С написания новых учебников. Цена ошибки в учебнике истории - создание образа врага. Во всех этих областях мы стараемся помогать национальным правительствам».

Еще в 1996 году Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) приняла Рекомендацию относительно изучения истории в Европе. «Историческое образование должно быть свободно от политики. История для историков, а не для политиков и идеологов». С документами Совета Европы меня знакомит эксперт Татьяна Минкина-Милко.

Комитет министров Совета Европы также разработал Рекомендацию по вопросам преподавания истории в Европе в ХХI веке (2001 г.) с очень простыми и ясными формулировками: необходимо «развивать у учащихся критический взгляд на вещи, независимое и объективное мышление»; «помочь учащимся узнать и осмыслить... черные пятна в истории Европы и мира... осмыслить преступные идеологии и средства по их предотвращению».

И там же перечислено то, чего никак нельзя допускать. «Фальсификация исторических фактов, подтасовки статистики, подделки в изобразительных средствах и т.д. Выделение одного события для оправдания или замалчивания другого. Искажение событий прошлого в пропагандистских целях. Придание националистической окраски прошлому...».

«Совет Европы исходит из плюралистической и толерантной концепции преподавания истории и из установки на мультиперспективность», - обобщает Татьяна Минкина-Милко. Что это такое? «Да просто нужно сначала осознать, что могут быть и иные мировоззрения, и они вовсе не порочны».

История - идеальный проводник национальных ценностей, но в неменьшей степени и предрассудков, и стереотипов. Слишком часто ее использовали для того, чтобы создавать разделительные линии, поделить мир на «нас» и на «них».

«Содержание традиционных учебников истории на 85% - это описание войн и конфликтов. А культура, торговля, общая социальная жизнь? Конечно, баланс и акценты должны быть иными. История должна быть многоэтажной, но не враждебной», - говорит Татьяна Минкина-Милко.

Самое неустановимое преступление

Есть другие важные гуманитарные кампании и направления деятельности, без которых представление о Совете Европы будет неполным. Пунктиром обозначу две кампании.

Кампания против насилия в отношении женщин

Это самое незаметное и, возможно, самое распространенное преступление. Главным заинтересованным лицом в том, чтобы сохранить его тайну, чаще всего бывает сама жертва. Преступником - самый близкий. Эти преступления происходят везде - во всех странах, во всех обществах и на всех классовых этажах.

Статистика ненадежна. Ненадежная статистика, однако, показывает, что от одной пятой до четверти всех женщин подверглись физическому насилию хотя бы раз в жизни. И может быть, самое опасное, что это преступление не считается преступлением.

Этому преступлению-невидимке и объявил войну Совет Европы. Он ставит своей задачей вывести на свет самое непризнанное преступление, добиться, чтобы в законодательстве 47 стран - его членов появились соответствующие статьи, предусматривающие за него уголовное наказание. И он хочет переломить общественное мнение, которое упорно закрывает глаза и уши.

Девиз этой кампании: «Она начинается со стонов, но не должна закончиться молчанием».

Девиз другой кампании: «Строим Европу для детей и вместе с ними». Ее цель всеобщий запрет на телесные наказания детей.

Это давняя история, хотя и не очень. Все началось в Англии. 1669 год. Английский мальчик внес петицию в парламент «от имени детей своей страны» с требованием прекратить физические наказания в школе. Его петиция была удовлетворена, правда, лишь три века спустя в Законе об образовании от 1983 года.

Что вызвало бурю протестов. Разгневанные родители обращались в высокий английский суд, доказывая, что неотъемлемое право семьи и учителей - воспитывать неразумных чад всеми необходимыми средствами, что пожалеешь ремень, испортишь ребенка...

Первой страной, полностью запретившей физические наказания детей, стала Швеция. Это случилось в 1979 году. И вот сейчас Совет Европы намеревается «гуманизировать континент». Дети - не собственность своих родителей. Это не маленькие человечки с маленькими правами. У них такие же неотъемлемые права, как и у взрослых. Эти права зафиксированы в Конвенции ООН по правам ребенка, в Европейской конвенции по правам человека и в Европейской социальной хартии.

Отказ от физических наказаний детей, от насилия против женщин. Отказ от смертной казни... Кому-то эти кампании могут показаться детскими играми или абстрактными пожеланиями. С этим трудно спорить. В племени каннибалов призыв отказаться в меню от человечины именно так и должен восприниматься - как наивные, оторванные от жизни мечтания.

Социальные ноу-хау против ловушки бедности

Департамент социальной сплоченности... Ничего себе название! Весь могучий опыт советской демагогии и агитации, застрявший в подкорке, посылал свои сигналы в мои двигательные органы, и я инстинктивно обходил его стороной. Так что с Александром Владыченко, генеральным директором департамента, пришлось вначале уточнять терминологию.

- Как вам нравится ваше название?

- Социальная сплоченность, или лучше сказать: сплочение... Я вам дам принятую в Совете Европы формулировку. Это способность общества обеспечивать благополучие всех своих членов, сводить к минимуму неравенство и избегать поляризации. Полезная штука. В здоровом обществе бедный человек должен видеть спину богатого. Иначе он будет жечь на улице машины...

Неравенство, напряжения и стрессы есть в каждом обществе. Линии разлома проходят по водоразделу «бедность-богатство», по границам этнической, конфессиональной, культурной идентичности... Мы сплошь и рядом видим, как тревога охватывает людей. Из-за разгула преступности по соседству... Из-за перемен, обрушивающихся на их головы, вроде монетизации льгот, появления цифрового телевидения, более совершенного, но уже платного, не говоря уже о буре приватизации. Меняется платежный баланс семьи, ее привычный быт, социальный статус. А тут еще рядом поселяются какие-то «пришельцы» - почти инопланетяне, мигранты... Общественное самочувствие лихорадит.

Вот вам еще одно определение. Сплоченное общество это такое общество, которое разработало методы преодоления самых разных напряжений в условиях демократии. Ключевые слова - «неравенство» и «справедливость». Неравенство должно сокращаться, а справедливость восстанавливаться. Этого нельзя достичь раз и навсегда, но это то, к чему надо стремиться. Права должны быть одинаковыми для всех. Если это так, у обездоленных есть шанс, что судьба еще будет к ним благосклонна.

- Ставка на социальную сплоченность означает повышенное внимание к группам людей, находящихся под угрозой попадания в категорию уязвимых, - говорит Владыченко. - Женщины... Впрочем, нет, сейчас вслух это лучше не произносить, чтобы не возмутить сторонников (сторонниц) гендерного равенства. Дети, молодежь, семьи, находящиеся в нестабильной жизненной ситуации, мигранты и этнические меньшинства, люди с ограниченными возможностями, пожилые люди... Угроза дискриминации и маргинализации для них особенно высока.

Сейчас всех волнует миграция. Но подходы разные. ЕС больше всего озабочен контролем на границах. Безусловно, порядок въезда должен быть. Хотя я помню, как мне сказал один африканец: «Да вы хоть ток через Средиземное море пустите, мы все равно будем рваться в Европу»... В Совете Европы мы больше думаем о том, как мигранты устроены в новых странах. Отношение к ним, мягко говоря, не однозначное. Преобладает мнение, что мигранты - это чужие, которые отнимают работу у своих. Хотя свои не хотят браться за многие работы, особенно грязные, малоквалифицированные. Живут и работают гастарбайтеры, особенно нелегальные, в кошмарных условиях. К нелегальным мигрантам априори относятся как к преступникам. Придет такой мигрант в поликлинику, а врач скорей звонить в полицию... Не дело врачей стучать на пациентов. Кстати, на этот счет есть четко сформулированная позиция ВОЗ: врачи - это не полицейская функция... Мы уверены, что минимум прав должен быть обеспечен всем мигрантам. Даже нелегалам.

Права людей с ограниченными возможностями... Помню, как одна молдаванка потрясала фотографией своего парламента: торжественное здание, как полагается, а перед ним помпезная крутая лестница - инвалиду по ней ни за что не подняться. Очень наглядный символ отчуждения, исключенности из политической жизни. Да и просто из жизни.

Во Франции ни одно новое здание, общественное заведение не получит лицензии без учета того, как в нем будут чувствовать себя люди на колясках. Автобусы оборудованы специальной платформой для подъема и спуска. Как в Москве - вы знаете. Про другие российские города и говорить нечего...

А еще в территорию моего департамента входит область здравоохранения и биоэтики... Мы не учим врачей, как резать пациентов - вдоль или поперек. Зато мы утверждаем права пациента. И основополагающий принцип: когда государство берется за реформирование такой области как здравоохранение, оно должно сначала спросить людей... Очень важная область - производство лекарств. Мы близко подошли к выработке Европейской конвенции по борьбе с лекарственным контрафактом... Пересадка органов - проблема минимум наполовину этическая. Многие люди считают, что подобные операции - грех. Самый большой дефицит испытывают банки органов на пересадку. Лист ожидания такой, что больной может не дождаться своей очереди. Мы, кстати, очень активно привлекаем священников. Когда люди слышат от них: твои органы на небесах никому не нужны, тот, кто решит отдать их живому, делает святое дело, это убеждает. Между прочим, лучше других в этом отношении дела обстоят в Испании. 36 доноров, решивших отдать свои органы после смерти, на миллион человек. Для сравнения, в Турции - два.

- В чем польза и в чем слабости вашей работы?

- Мы производим очень качественные рекомендации. По каждому вопросу мы имеем возможность привлечь экспертов из 47 стран - представляете, какая это коллективная мудрость! Применение этих рекомендаций - дело государств. Юридической ответственности они не несут. Конвенции обязательны к исполнению, а рекомендации - нет. Это объективно наше слабое место. Мы, кстати, сами частенько переводим их на русский язык и рассылаем в заинтересованные ведомства и учреждения, чтобы они не остались на полке и ими можно было пользоваться.

Россия до сих пор не ратифицировала Европейскую социальную хартию - второго основополагающего документа Совета Европы наравне с Европейской конвенцией о защите прав человека. Единственная на постсоветском пространстве. Еще Починок подписал ее в бытность министром в 2000 году, а Дума все не ратифицирует.

- В Конституции у нас написано, что Россия - социальное государство, а Минфин говорит: дорого. Стыдно! - сетует Владыченко. Он очень рассчитывает на конференцию социальных министров Европы. Первую в этом роде, и Россия вызвалась быть хозяйкой.

Социальные показатели России незавидные. Коэффициент Джини (фиксирует неравенство доходов, показатель бедности - абсолютной и относительной) - самый высокий в Европе. А перспектива достижения желанной цели, именуемой социальной сплоченностью, возможно, самая низкая. Потому что для обеспечения социальной сплоченности в современном обществе требуются две «демократические компетенции», как выражаются в Совете Европы, - консультации и совместное принятие решений. Культура, совершенно не свойственная вертикали власти.

«Социальная сплоченность» - сравнительно новое понятие. Западная ортодоксия признавала политические права (права личности), но не экономические и социальные (которые в первую очередь - обязательства государства). Бизнес как мотор капитализма заинтересован в безудержном развитии, и государство считало своим долгом содействовать ему во всем. Но игнорировать противоречия и конфликты, порождаемые развитием, оказалось себе дороже. Тем более в современную эпоху, когда глобализация, демографические сдвиги, миграция, резкие политические и социально-экономические перемены, прорывные научно-технические открытия не стучат вежливо в дверь, а врываются подчас с энергией цунами.

Европейская социальная модель ищет ответы на эти вызовы. И находит - в равновесии между экономическим ростом и социальной справедливостью. Сферами первоочередного внимания социального государства стали социальная защита, социальные услуги, занятость, жилье... Эти цели недостижимы без экономического роста, но и устойчивое развитие невозможно без всеобщего благосостояния... То, что хорошо для социальной сплоченности, так же хорошо и для бизнеса. Деловые круги должны рассчитывать и социальные последствия своей деятельности. Банки и финансовые институты - обращать особое внимание на этические последствия капиталовложений... Таковы новые заповеди. Их актуальность неожиданно драматизировал нынешний кризис.

Социальная защита как социальная инвестиция. Социальная ответственность как этика. Общий подход, соединяющий социальные факторы с факторами экономики, политики и культуры... Это не схоластика. Это социальное новаторство.

Александр Пумпянский

Источник: novayagazeta.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ