Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Осень жизни

Тамаре Ивановне 98 лет. Вся родня — за границей, так что в трехкомнатной квартире на улице Московской в Петрозаводске бабушка доживает свой век одна. Три раза в день к ней приходит сиделка, которую наняла внучка. Готовит обед, переодевает памперс, помогает помыться, делает влажную уборку квартиры. В часы между приходами сиделки Тамара Ивановна спит или ходит по квартире. Так бегут дни.

Я иду в квартиру Тамары Ивановны вместе с Ириной Добрышиной — одной из двух соучредителей агентства по поиску и подбору персонала «Тайто». Это единственная в Петрозаводске частная организация, через которую можно нанять сиделку. Вообще-то руководители не должны ходить по домам и проверять, как работают сотрудники, найденные через их фирму. Но они ходят. Иногда с врачами. В этот раз – еще и с журналистом.

Витамин Г

Переступаю порог квартиры и тут же инстинктивно зажимаю нос. Невыносимый запах старости, гнили, затхлости, лекарств. Ирина Добрышина смотрит на меня с сочувствием и как бы говорит глазами: «А ты думала? Это еще цветочки...»

Надеваю бахилы и прохожу в комнату. На кровати лежит встревоженная хозяйка. Маленькая, сухонькая, с взъерошенными седыми волосами. Добрышина включает свет, с кровати доносится слабый писк: «Све-е-е-т. Вы-ы-ы-ключите». Тамара Ивановна привыкла лежать во мраке, лампочка ее убивает. Просим бабушку потерпеть, без света ее не осмотреть. Пока хозяйка агентства общается с бабушкой, озираюсь вокруг. Грязный пол в комнате, чем-то заляпанные стены. На балконе — гора грязного белья... Запах по-прежнему невыносим, никак не могу привыкнуть. Приоткрываю форточку, и снова слышу слабый голос: «Закро-о-о-й. Ду-у-у-ет». А потом она просит: «Принесите хала-а-а-т. Он та-а-а-м, на балко-о-о-не».

Глядя на бабушку, не верится, что за ней ухаживает сиделка. Грязные ногти, засаленное постельное белье, запах несвежего тела... «Я сама не знала, что здесь все так запущено», — вздыхает Ирина Добрышина, выгребая из кучи белья на балконе халат, который давно просится в стирку.

Бабушка садится на край кровати и свешивает ноги. Худые, их можно обхватить ладошкой. Прячет ступни в грязную простыню на полу и смотрит на нас непонимающе и устало. Добрышина разговаривает с ней, как с маленьким ребенком. Больно смотреть, ухожу на кухню.

И тут при свете, наконец, понимаю, чем запачкана квартира.

На косяках дверей, у раковины, на полу и стенах — то, что медсестры, чтобы не портить аппетит, называют витамином Г. И в комнате на полу — это тоже не просто грязь...

Приоткрываю дверь в ванную, отшатываюсь: на полу тоже витамин Г. Размазан по кафелю... Дышать невозможно.

И здесь живет человек? Смотрю на Ирину. Она едва не плачет.

— В квартиру ведь трижды в день ходит сиделка? — недоумеваю. — Она что, просто внимания на это все не обращает?

— Сиделка делает ту работу, которая прописана в ее договоре, — отвечает Добрышина. — Условия договора составлены родней. А родня считает, что она должна еще и убирать... К тому же никто не предполагал, что будут непредвиденные обстоятельства. Как в этом случае.

Непредвиденные обстоятельства — это то, что старушка не лежит в памперсе в ожидании сиделки. Ей неудобно, поэтому, сделав свои дела, Тамара Ивановна снимает памперс и выбрасывает вон. Ходит она плохо. Но лежать весь день нет сил. Поэтому потихонечку, держась за стены и размазывая все на своем пути, бабушка гуляет...

— Самое страшное во всем этом — то, что страдает ни в чем не повинный человек, — говорит Ирина. — Семья не в курсе проблем, сиделка делает вид, что их не видит. И бабушка живет так, как живет. И ведь это еще не все, что может быть в старости. Вы многого не видели... Теперь понимаете нашу мотивацию?

«Тайто»

… С Анной Лавровой, директором агентства «Тайто», я познакомилась случайно. Она и ее подруга Ирина Добрышина с детства мечтали быть врачами, но не сложилось. Выйдя на пенсию, решили воплотить мечты в жизнь хотя бы частично: создать патронажную службу, которая будет помогать родственникам пожилых людей находить сиделок и компаньонок для своих мам и пап, бабушек и дедушек.

— Все началось с того, что у меня заболела мама, — рассказывает Ирина Добрышина. - Ее положили в больницу, а какие условия для больных в наших больницах, вы знаете... Люди могут часами лежать одни, и никто не подойдет. Так лежала и моя мама. Однажды она захотела в туалет. Ходить самой — нельзя. Мама звала медсестру, терпела... Не выдержав, встала. Упала и сломала шейку бедра. Из больницы при первой же возможности я забрала ее домой.

Ирина Добрышина оказалась в ситуации, с которой сталкиваются многие. Когда работаешь, невозможно обеспечить близкому человеку постоянный уход. Куда обратиться? Государственные учреждения при живых родственниках оказывают заботу лишь частично.

— В конечном итоге, поняв, что обратиться мне не к кому, я разделила уход за мамой со своей сестрой, — продолжает Ирина. — Вдвоем мы ухаживали за ней до последних ее дней, стараясь не оставлять ни на минуту. И потом мы с Аней крепко задумались над созданием в Петрозаводске частной конторы, которая сможет помочь таким людям, как я.

Индивидуальные случаи

«Тайто» существует уже год. По словам его директора Анны Лавровой, оно оказывает платные информационные услуги.

— Заказчику нужна сиделка — он оформляет заявку, в которой расписывает все свои пожелания: когда человек должен приходить, как часто, что он должен и не должен делать... Мы предоставляем заказчику на выбор несколько человек, и дальше они взаимодействуют сами – заключают друг с другом договор на необходимых условиях.

Требования у каждого свои. Кому-то нужно, чтобы к его маме приходили три раза в день, готовили, оказывали медицинские услуги. Кому-то достаточно, чтобы кормили и организовывали досуг: читали книги, разговаривали, смотрели вместе телевизор. Кто-то хочет, чтобы приходила опытная взрослая женщина, кто-то — чтобы молодая девушка. В общем, требований очень много. А бывают и совсем индивидуальные случаи.

— Пришел как-то молодой человек, мама которого умирала от рака, — рассказывает Анна Лаврова. - Хотел, чтобы, пока она жива, рядом была сиделка, которая продлила бы ее дни.

Мы обзвонили всех и с трудом нашли медсестру, которая согласилась на эту работу. Потому что одно дело - варить для человека суп и давать лекарство, и совсем другое - провожать его в последний путь.

«Цветочки»

Несмотря на то, что формально «Тайто» устраняется после того, как заказчик получит анкету необходимого ему помощника, в голосе Анны Лавровой звучит нежность, когда она говорит о пожилых людях и своей работе. Все эти «бабулечки» и «дедулечки» — это от души, не напоказ. Спрашиваю, видят ли они хотя бы иногда тех людей, для которых ищут сиделок?

— Бывает, приходится знакомиться, чтобы точнее понять пожелания клиентов, подсказать, что лучше...

Об одном случае Анна Лаврова вспоминает с большой тревогой. Это как раз те «еще цветочки», о которых ее партнер Ирина говорила мне в квартире на Московской.

— Однажды к нам за помощью обратился сын женщины-инвалида, — вспоминает Лаврова. — Он работал вахтовым методом: месяц — дома, месяц — на работе в другом городе. У мамы ампутированы обе ноги, диабет, передвигаться на коляске нет сил. С ней живет пьющий муж, которому до жены нет дела. «Скорее бы подохла» — вот его слова. Пока сын дома — мама накормлена, вовремя принимает лекарства. Когда его нет — женщина одна. Когда мы увидели, в каком она состоянии, у нас был шок. Человек истощен, болен. В туалет ходит под себя — никто не убирает. Муж даже воды не поднесет.

- Я поверить не могла, что может быть такое! Что можно не замечать, что рядом умирает близкий человек...

Сиделка, найденная через «Тайто», лишь продлила женщине жизнь. Она, увы, вскоре умерла.

— Если честно, открывая агентство, мы не ожидали всех трудностей, с которыми пришлось столкнуться, — делится Ирина Добрышина, — Сколько повидать горя. Но отступать некуда. И мы не будем.

Полный пакет

После общения с Анной и Ириной я думаю о тех, кто смотрит на горе три раза в день. О сиделках и компаньонках.

В базе данных «Тайто» — десятки анкет медсестер и компаньонок, готовых оказывать помощь (компаньон — человек без медицинского образования, от медсестры отличающийся тем, что не оказывает медицинского ухода, и оттого его услуги стоят дешевле — прим. авт.) Анкета подробная. Биография, резюме, всевозможные справки, образование, опыт работы, копии всех документов, отсутствие судимости... При отсутствии хотя бы одного документа из пакета кандидат к работе не допускается.

Мне предстоит встретиться с двумя девушками: медсестрой и компаньонкой. Об обеих Ирина и Анна отзываются с восторгом.

Виола

Виола молоденькая, только в прошлом году окончила медицинский колледж. Говорит, хотелось помогать людям и при этом зарабатывать. Узнала про «Тайто», заполнила анкету. И сразу попала к «тяжелой бабуле».

— Мне предложили ухаживать за бабушкой в больнице. После долгого пребывания в больнице у нее образовались пролежни: ходить и даже сидеть сама она не могла, а медсестрам ворочать ее было некогда. За такими сложными больными, как она, требуется постоянный уход. Нужно обрабатывать пролежни, каждый день менять постельное белье, шевелить человека... У нас подобное невозможно — не хватает людей.

— В Финляндии, скажем, на одну медсестру приходится 3 или 4 пациента, а у нас — пол-отделения: 20, 30 человек...

— Так что, когда сын Марины Ивановны понял, что в больнице она предоставлена сама себе, пригласил меня.

Марина Ивановна стала первой «пациенткой» Виолы.

— Когда я пришла в первый раз и увидела бабушку, то захотелось сразу уйти, — признается девушка. — Дама не худенькая, высокая. Как я буду ее ворочать одна?

Но Виола справилась. Бабушка оказалась хорошая, позитивная. Во всем слушалась, не капризничала, благодарила.

— Стали мы ей косы заплетать, песни вместе петь. Вспоминали ее прошлое, шутили. Я смогла ее даже посадить: сын поверить не мог, думал, это уже невозможно! Потихоньку стали проходить пролежни... В уходе за больным важно, чтобы человек чувствовал, что он нужен. Тогда он быстрее пойдет на поправку. Я старалась сделать все, чтобы дать понять Марине Ивановне: она нужна. Все делала сама. Один раз только попросила проходящую мимо медсестру помочь, но та бросила: «Ты сиделка, ты и работай».

Когда Виола увидела результат своих трудов, очень вдохновилась. Девушка знала: бабушка ждет ее каждый день. Полюбила, как внучку.

— Марину Ивановну выписали домой, но я все равно к ним ходила делать перевязки: сын попросил. А когда она умерла, то благодарил за помощь. Сказал, что я продлила ей жизнь.

Сейчас Виола в отпуске по уходу за ребенком. После него собирается продолжить сотрудничество с «Тайто».

Ангелина

Ангелине двадцать четыре. Христианка, она говорит, что работа в «Тайто» позволяет развивать смирение, терпение, добродетель. Деньги для нее — дело десятое.

— Я просто в какой-то момент поняла, что хочу жить не только для себя, но и для других, — говорит Ангелина. - Совмещать основную работу с уходом за пожилыми было трудно, и я сделала выбор в пользу «Тайто». Оформилась как индивидуальный предприниматель. У меня сейчас две бабули. Хожу к ним по несколько раз в день.

Я делюсь с Ангелиной впечатлениями с улицы Московской. Рассказываю про витамин Г. Хочется понять, как она справляется с отвращением.

- Я ведь всю жизнь была брезгливая, — признается Ангелина. — Меня подташнивало даже, когда ребенок ходил в горшок. Когда я пришла к своей первой клиентке — лежачей женщине, попала в момент, когда у нее был переполнен памперс. И все вытекло на постель... Было ужасно. Но я сказала себе: «Этим я помогаю человеку». И все убрала.

В работе с пожилыми людьми нужно не только побороть брезгливость. Еще важно быть терпеливым.

Пожилой человек — как вулкан. Никогда не знаешь, как поведет себя в следующий момент.

- Старые люди капризны. Могут обидеться ни с того ни с сего. Вот я должна была ходить к одной бабушке неделю. С родней договаривались, что кормить ее буду сидя. А бабушка сказала, что она лежачая и сажать ее нельзя. А как ее кормить, если она лежит? Я уговаривала, она кричала в ответ. Куда только меня не посылала... Но делать-то нечего, надо работать. В итоге я ее голову просто положила к себе на колени и покормила с ложечки. На следующий день прихожу, а она спрашивает:

- Геля, мы не ссорились вчера?

- Нет, конечно! — отвечаю.

- Значит, мне это все приснилось?

- Да, приснилось.

Так и подружились. Потом она даже говорила, что не сможет без меня — так привыкла.

Ангелина говорит, что привязывается к каждому человеку, как к родному. Переживает за него, молится. И готова перерабатывать, если того требуют обстоятельства.

— Вот ты рассказываешь о сиделке, которая не убирает у бабушки. Это ее право. А я так не могу... Например, часто бывает, что я свой час отработала, собираюсь уходить, а бабушка просится в туалет. Надо ее усадить, помыть, поменять одежду... Полчаса лишнего времени. Но если я уйду, она сходит под себя и будет до прихода родни лежать в этом. Не могу ее так оставить. Остаюсь и сажаю на горшок. Но это все от человека зависит...

Нельзя реветь!

— Теперь понимаете нашу мотивацию? — крутятся в моей голове слова Ирины Добрышиной, когда я на следующий день после посещения улицы Московской иду к ним в офис. Накануне вечером мне звонила Анна Лаврова — успокоить. Говорила со мной, как с маленьким ребенком, так, как она разговаривает со всеми стариками.

— Тс-с... Тихо. Не реветь! Нельзя реветь! А ну, собралась! Это все жизнь. Есть и хорошее. И будет лучше. Ты меня поняла? Поняла меня? Не ревешь? Честно? Не верю! Ну-ка, громко скажи: «Я успокоилась»!

— Понимаете, мы переживаем за работу сиделок. Иногда ходим, проверяем, как они справляются. Но в наши прямые обязанности постоянный контроль не входит, — поясняет случившееся на улице Московской Лаврова. — Мы находим подходящих людей, сводим их с заказчиками и дальше просто держим с ними связь. Если заказчиков работа сиделок не устраивает или нужна помощь, совет — нам звонят, мы все улаживаем. В случае с этой бабушкой никаких жалоб не было. В Петрозаводске есть представитель ее родственников. Женщина, у которой ключи от квартиры, которая туда ходит. Она нам ничего не говорила... Просто попросила однажды убраться в квартире. И вот мы пришли... Это впервые такое — и нам урок. Будем теперь всегда проверять работу всех сиделок.

Анна с Ириной очень бы хотели собственный штат сиделок. Чтобы нести за них законную ответственность.

А так остается только переживать, когда что-то не складывается. И помогать по возможности. Увы, на то, чтобы оформить штат, денег у них пока нет.

— Я у этой бабушки помыла полы, — продолжает Ирина Добрышина. — И постирала белье. К ней уже направили другую сиделку, которая все убрала и привела бабушку в порядок, не волнуйтесь. И внучка приедет - мы договорились. Посмотрит все сама. Наверное, изменит условия договора, включит в него полную уборку по необходимости. Знаете, вот кажется, что бабуля лежит и не понимает ничего. Но это не так. Я, когда мыть собралась, она ножки так над полом приподняла вместе с простынкой и смотрит на меня с благодарностью — ждет, когда у ног намою. Все понимает...

Мечты

В мечтах и планах у Анны и Ирины — открыть пансионат для пожилых людей. Такой, куда родственники смогут селить своих престарелых родных. Там будет комфортно и хорошо. Будет полноценный постоянный уход. Помещение уже присматривают, и даже название придумано: «Осень жизни». Вот только откуда взять денег на перепланировку и ремонт, женщины понятия не имеют. Не нашлись пока люди, готовые вложиться в это новое для Петрозаводска дело.

— Некоторые говорят, что мы на этой работе хорошо наживаемся, — улыбается Лаврова. — Но это не так. Мы только развиваемся, нам нужна помощь... Надеемся на чудо.

Когда я разворачиваюсь, чтобы уйти, Ирина Добрышина говорит напоследок:

— Люби своих родителей, ухаживай за ними. Понимай уже сейчас, какой может быть старость.

Выхожу на улицу, достаю телефон:

— Алло?

— Мамочка, я никогда тебя не брошу...

Комментарий юриста:

Сергей Казаков, юрист и директор ООО «Карелаудит юридическая служба»:

— Женщины — большие молодцы, заслуживают уважения. Да, увы, такая фирма не может нести ответственности за дальнейшую работу сиделок. Потому что нельзя обязать юридически самостоятельных людей делать что-то по своим правилам. Выходом из ситуации действительно стал бы свой штат работников. Но это и повышает уровень проблем фирмы. Во-первых, налоги. Нужно исчислять, удерживать и перечислять в бюджет НДФЛ, поскольку работодатель — налоговый агент работника; нужно платить налоги, которые ложатся на фонд заработной платы; нужно вести кадровый учет или заводить отдельного сотрудника для этого занятия, что, естественно, требует дополнительных расходов. Бухгалтерский и налоговый учет и отчетность тоже многократно усложняются, требуют услуг профессионального бухгалтера — снова расходы. Что можно сделать для того, чтобы стимулировать людей к исполнению своих обязанностей? Заключать с ними гражданско-правовые договоры. Допустим, об оказании услуг по поддержанию сведений о них в базе данных фирмы, но с условием контроля их добросовестности, обработки жалоб, штрафных санкций за выявленные нарушения. Это не стопроцентно чистый в юридическом отношении вариант, но лучше, чем ничего.

Евгения Волункова

Источник: rk.karelia.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ