Архив:

Мы одной крови - люди и броненосцы

На планете каждый год регистрируется 500 тысяч случаев лепры. И новым пациентом доктора Кадырбаева может быть каждый из нас. Кстати, с общими заболеваниями пациенты этого учреждения приходят опять-таки в лепрозорий. Они, конечно, имеют право лечь в любую больницу на обследование и лечение. С любой болезнью, но ничтожная доля вероятности того, что их тайна станет, известна всем, не дает им этого сделать. Ведь только одна новость, что в больницу поместили человека, перенесшего лепру, создаст вокруг него пустоту. И он испытает шок гораздо больший, чем окружающие его люди...

Хотя бы раз в год я посещаю единственный в Казахстане лепрозорий. Не из праздного любопытства, а успокоения души для.

Не хочется, чтобы как в прошлом году ошарашили новостью о рецидивах страшной болезни. В этот раз была еще одна причина - в лепрозории сменился главный врач. Возглавлявший много лет это учреждение Асылбек Измагамбетов, ушел на пенсию, а на его место назначен Амангельды Кадырбаев. Вообще-то он уже работал здесь главным врачом, но в молодости, а сюда доктор Кадырбаев пришел с должности заместителя руководителя областного управления здравоохранения.

Дорога петляет между зарослями джингиля, вроде бы привычная она, но каждый раз едешь как бы по-новому. Замечаю, что трассу подремонтировали. Да и сами корпуса лечебницы сияют белизной новой штукатурки. Ремонт больницы успели сделать до холодов.

В тиши кабинета Амангельды Кадырбаев рассказывает слышанное уже не раз, но перебивать его не хочется, так как все равно многое до конца с самой болезнью неясно. Термин «переболевший лепрой» не утопия. Это до середины пятидесятых годов прошлого века больных просто изолировали от общества и активно ампутировали им пораженные конечности. Выхода другого не было. То, что начиналось с маленького «гипопигментированного» пятнышка, заканчивалось лишением конечностей. Пятно на коже, которое у инфицированного палочкой Гансена человека, может появиться где угодно, постепенно увеличивается. Потом центральная часть пятна западает, подвергается атрофии. Происходит поражение нервов, которое приводит и к атрофии мышц. Далее инфицируются кисти, стопы. Все это в прошлом. Сейчас тяжелые последствия испытывают только те граждане, что были поражены лепрой до начала активного применения в конце пятидесятых годов сульфоновых препаратов.

Сколько сейчас в лепрозории больных, какие проблемы существуют? Это не праздные вопросы, ведь через несколько десятилетий мы, может быть, будем говорить об этом недуге в прошедшем времени.

- Увы, от лепры никто из нас не застрахован. Проказа - инфекционное заболевание, - напоминает Амангельды Кадырбаев. - И, к сожалению, лепра из тех инфекций, что плохо поддаются изучению. Никто из ученых, к примеру, не может сказать наверняка, как именно микобактерия лепры передается. Известно, что передается она только от человека к человеку, но каким образом? В многочисленных лабораториях мира инфекционисты подсаживали микобактерии лепры разным животным, надеясь хоть на одном из них «вырастить культуру». За все время с начала изучения проказы, ею удалось заразить лишь американского броненосца. Их, несчастных, теперь используют в экспериментальных целях.

- Наш лепрозорий существует без малого восемьдесят лет, - присоединяется к беседе заведующий эпидотделом учреждения Молдагали Сейталиев. - С 1929 года наши медики выявили 3 608 больных. И на пожизненном учете по стране стоят 640 человек, больных или когда-то переболевших лепрой. Казахстанский коэффициент заболеваемости, кстати, 4 человека на 100 000 населения. Всемирная организация здравоохранения еще в 1991 году приняла программу элиминации, то есть приостановления, лепры, в которой указана конечная цель - не более одного случая на 10 000 человек населения. В нашей стране мы, получается, справились с этой задачей. В одной очаговой зоне, Тенгизском и Балыкшинском районах Атырауской области, за последние двадцать лет вообще не было выявлено ни одного нового случая. Еще одна природная очаговая зона лепры - Аральский район нашей области. Как ни странно, ареал очага обычно очерчен местом слияния реки с морем. И проказу веками люди называют «болезнью рыбаков». Столетиями целители применяли в борьбе с проказой лишь хаульмуговое масло. Применяли неудачно. Сейчас применяют сульфоны в комбинации с другими препаратами, и при начальной стадии заболевания двух лет терапии достаточно для полного выздоровления пациента лепрозория.

За последние двадцать лет в Казахстане выявили лишь 10 новых больных. Новую статистику дают только рецидивы. А в целом пик заболеваемости лепрой у нас пришелся на 60-70 годы. И не потому, что «инфекция разгулялась». Просто в начале шестидесятых Министерство здравоохранения СССР выделило лепрозорию огромные средства, десятки автомобилей. И медики получили возможность выезжать на периферию диагностировать, брать на учет, лечить больных.

Человек, проведя в лепрозории определенное время, если желает, снова возвращается к привычной для себя жизни. Устраивается на работу. Заводит и воспитывает детей, которые, обычно, рождаются абсолютно здоровыми.

- Наши пациенты, даже если они таковыми являлись сорок лет назад, все равно состоят на учете, - делится Молдагали Сейталиев. - Это делается для того, чтобы не допустить рецидивов заболевания. Гипотетически они могут быть. Как мы обследуем ежегодно тех, кто под наблюдением? Врач выезжает в место проживания пациента, инкогнито, под каким-нибудь предлогом с ним встречается на нейтральной территории и производит осмотр. Бывает, что муж, к примеру, не знает, что жена когда-то лечилась в лепрозории. Но ведь она не совершила преступления, скрыв от него свою историю! Она просто хочет и может жить как все. И важно не испортить человеку судьбу. Разве кто-то испытывает комфорт, когда от него шарахаются? А те, кто о проказе знает понаслышке, готовы гнать прочь ни в чем неповинного, даже близкого, человека, если с ним случилась беда. Сейчас в лепрозории только одна больная с активной формой заболевания. 14 пациентов - инвалиды с постельным режимом. Это пожилые люди, заболевшие еще в пору расцвета СССР. В Доме инвалидов им вряд ли были бы рады, а в лепрозории они доживают при полноценном уходе, лечении и питании. Еще на территории комплекса есть домики для не старых, вполне самостоятельных лиц, находящихся на учете лепрозория и принявших решение уйти из семьи или спокойно находиться на государственном обеспечении. Их никто не принуждал жить на поселении, они просто боятся людей здоровых, их непонимания, отвращения, порой, брезгливости.

Поражает труд младшего персонала больницы. Санитарки возятся с пациентами инвалидного отделения, как с маленькими детьми. Три раза в неделю - банный день. Кормление с ложечки, туалет - под присмотром. Старики так привыкают к своим няням, что плачут, когда их меняют сменами. А вот их труд оплачивается государством скудно. В пределах тридцати тысяч тенге. Врачей, тех в лепрозории просто не хватает, вакансий пять, восемь докторов-пенсионеров, которых просто некем заменить. Молодых специалистов никаким калачом не заманишь, когда даже после 25 лет работы в отдаленном месте твой труд оценивается в ежемесячные 44 тысячи тенге...

Елибай Джикибаев, Кызылорда

Источник: caravan.kz

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ