Архив:

Трудности инвалида за рулем

Повод для сегодняшнего разговора дала статья «Правила встречного движения», опубликованная 27 декабря 2011 года и посвященная проблемам водителей–инвалидов. Как выяснилось, проблемы начинаются задолго до того, как человеку с ограниченными возможностями вручат права. Медицинскую справку получить трудно, специальных машин с ручным управлением уже не производят, обучаться не на чем и негде...

Эти и другие вопросы сегодня обсуждают: заместитель председателя центрального правления ОО «Белорусское общество инвалидов» Сергей Дроздовский, председатель медкомиссии по освидетельствованию водителей КУП «24–я городская поликлиника спецмедосмотров» Ольга Бритикова, консультант отдела по делам инвалидов Министерства труда и социальной защиты Регина Кенть, директор автошколы (ЧПСУП «Спецавтомастер») Иван Костюк, заместитель директора РУП «Белтехосмотр» Михаил Свистун, старший инспектор отдела организации межведомственного взаимодействия и профилактики безопасности дорожного движения УГАИ МВД Станислав Соловей и заведующий лабораторией медицинской экспертизы и реабилитации при неврологической патологии ГУ РНПЦ медицинской экспертизы и реабилитации, кандидат медицинских наук Игорь Чапко.

- Начнем с простого вопроса. Может ли человек с ограниченными физическими возможностями, которому сложнее трудоустроиться, заработать на машину?

С.Дроздовский: Не могу утверждать, что сегодня каждый инвалид способен заработать на автомобиль. Ясно, что уровень их достатка ниже среднего. Но и автомобиль сегодня более доступен, чем 10 лет назад. Поэтому даже среди инвалидов I и II групп есть те, кто способен и себя содержать, и на машину заработать. В самых разных сферах: интернет, информационные технологии, предпринимательство. Но и среди самых успешных лишь единицы могут купить за рубежом машину, полностью приспособленную для управления инвалидом. Как правило, покупают подержанные.

Личный транспорт для инвалида — давно не роскошь, а предмет первой жизненной необходимости. Подчеркну: не жилье, а именно машина, средство передвижения. Я, к примеру, живу в общежитии, сплю на казенной кровати, но езжу на своей машине. Сам на нее и заработал. Такую цель перед собой поставил. Почему? Если инвалид хочет жить нормальной жизнью, он должен иметь возможность передвигаться. Все остальное — квартира, материальные блага, отдых, развлечения, личная жизнь, наконец, — потом. Главное — трудоустройство. Да, интернет позволяет решать какие–то проблемы. Но жить в четырех стенах?.. Когда ты знаешь, что в других странах такие же люди ведут активный образ жизни, работают и обеспечивают семьи?

Без машины найти работу, даже имея высокую квалификацию, очень сложно. Сегодня, например, когда все кругом завалено снегом, я бы на эту встречу не смог приехать. Даже до остановки трамвая на коляске не доберусь. Инвалид с тросточкой тоже не дойдет...

Нам часто звонят родственники человека, получившего инвалидность, спрашивают: где можно купить автомобиль, скажем, с ручным управлением. Видя в этом единственный способ, как говорится, зацепиться за жизнь, они готовы собрать деньги. Социальное такси?.. Да, оно есть. Чтобы добраться до поликлиники, больницы, магазина. Но не для того, чтобы жить и работать.

- Значит, мы будем говорить о людях энергичных, образованных, желающих и умеющих работать. Итак, инвалид желает купить машину, чтобы самому ездить. Какие проблемы перед ним встают? Какие вопросы вы, Сергей, можете поставить присутствующим здесь специалистам?

С.Дроздовский: Если у человека были права до получения инвалидности, он увереннее смотрит на остальное. Если нет — перед ним уже цепочка вопросов. Сможет ли он водить автомобиль? С этим ясно: сможет, при положительном решении врачебной комиссии. Критерии можно найти в интернете или проконсультироваться. Второй вопрос: какая машина ему нужна? Допустим, это автомобиль с ручным управлением. Такие не продает ни один дилер на территории Беларуси. На вторичном рынке они появляются очень редко, одна–две в год. Надо переоборудовать самому. Где?

Допустим, эти проблемы решены. Встает новая: как зарегистрировать машину? В стране нет соответствующих стандартов, на основании которых можно было бы узаконить автомобиль, переоборудованный под вождение инвалидом. Где, наконец, научиться его водить? На какой машине сдавать экзамен по вождению в ГАИ, если там нет машин с ручным управлением?..

Но если даже человек со всем этим справился, получил права и стал обычным участником дорожного движения, проблемы на этом не кончаются. Ему придется чаще проходить медкомиссию, подтверждая свою способность водить автомобиль. Почему так часто, тоже непонятно. Причина в устаревшей инструкции, которая определяет перечень противопоказаний. Интересно, что эта инструкция безоговорочно запрещает человеку с инвалидностью вождение по найму.

- Но, согласитесь, было бы странно видеть инвалида за рулем автобуса...

С.Дроздовский: Речь о другом. Если я сам себя везу на служебной машине — на работу, по делам работы, по Минску и в другие регионы... — мне за это не заплатят. Это, получается, по найму. Такой вот бюрократический крючок... Я могу эксплуатировать машину за свои деньги. Хотя без нее работать практически невозможно.

- Недавно в редакцию позвонила читательница Екатерина из Сенненского района. У нее ампутирована кисть левой руки. Протеза нет. Спрашивает, можно ли ей будет управлять автомобилем.

И.Чапко: Допуск к управлению автотранспортными средствами регламентирует инструкция Минздрава о порядке обязательного медицинского освидетельствования кандидатов в водители. Сразу скажу, что она редактируется, то есть обновляется, практически ежегодно: в 2005 году, в 2007–м — дважды, в 2008, 2009 и в 2011 годах. Появилось много послаблений, но противопоказания остались. Ими руководствуются медицинские водительские комиссии, создаваемые в государственных или ведомственных организациях здравоохранения.

Наш РНПЦ занимается только сложными случаями. Например, при несогласии человека с решением водительской комиссии, в судебных спорах по делам, связанным с человеческими жертвами. Я разделяю опасения тех граждан, которые обращаются к нам, экспертам, с претензиями: «Как вы можете давать разрешение на права человеку практически слепому, глухонемому, без руки!..»

- Но в УГАИ Мингорисполкома не смогли вспомнить ни одной серьезной аварии с участием инвалида за рулем...

И.Чапко: Скажу о потенциальной опасности. Пациент С., инвалид III группы, страдает заболеванием головного мозга. У него случаются эпилептические припадки с потерей сознания и судорогами. На протяжении пяти лет он добивается повышения группы инвалидности до II, постоянно обращается в Минздрав, Администрацию Президента, неоднократно обжаловал решения в судах различных инстанций. Изменив место жительства и скрыв свою медицинскую документацию, получил право на управление автомобилем в небольшом райцентре. Жить продолжает в Минске. Спрашиваю: «Как вы управляете машиной?» Отвечает: «Перед тем как потерять сознание, я успеваю затормозить и съехать на обочину». Камикадзе на дороге, иначе не скажешь.

Пациент П. направлен в РНПЦ судом: оспаривает решение водительской комиссии, не разрешившей водить автомобиль. Он прооперирован по поводу опухоли, периодически теряет сознание. Из медицинской карты вырвал страницы, чтобы скрыть сведения о частых и продолжительных обморочных состояниях...

Увы, мы видим пациентов, у которых напрочь отсутствует объективная оценка своего состояния. Зато налицо пренебрежение к жизни других людей. К нам приезжал на машине человек, не имевший двух рук, управлявший с помощью специальных рычагов, захватов и остатков культей... Он тоже требовал выдать разрешение на управление. Некоторые даже кичатся своими «неограниченными возможностями». Бывает, что демонстрируют купленное в России «водительское удостоверение». Как правило, ответственность таких водителей рассматривается уже после совершенного ими преступления, в судах.

- Пожалуйста, приведите конкретный пример.

И.Чапко: Помню дело по ДТП возле цирка с участием инвалида. Это было, правда, не в прошлом году, несколько раньше... Разбирательство шло долго. Водитель утверждал, что его ослепило солнце, поэтому он потерял сознание.

- Выходит, однако, что в обширной статистике ДТП мы имеем лишь единичные и весьма давние случаи с участием инвалидов...

И.Чапко: При их разбирательстве обычно не акцентируется, кто сидел за рулем — инвалид или обычный водитель, мужчина или женщина. Перед нашей встречей я анализировал инструкцию, которая в СССР препятствовала допуску к управлению автомобилями с ручным управлением... Подразумевались инвалиды всех категорий. Им запрещалось вождение при малейшем повышении артериального давления, с начальными признаками сахарного диабета, с хроническим радикулитом... Про боли в спине и не говорю. Запретными были рост ниже 150 см, тугоухость и даже столь экзотические для нынешнего времени «противопоказания», как патологически протекающий климакс и выраженные расстройства менструального цикла...

Повторю: допуск людей к управлению расширился существенно. По мнению экспертов, которые ежедневно сталкиваются с данными вопросами, он достиг критической точки: дальнейшее расширение обострит проблему общественной безопасности на дорогах и во дворах.

- Согласно статистике, в Беларуси число машин на тысячу жителей больше, чем в России, Украине и Польше. По этому показателю мы находимся на уровне развитых стран. А чем наши критерии здоровья отличаются от тех, которые действуют в Евросоюзе?

С.Дроздовский: Медицинские противопоказания есть во всех странах. Вопрос в гибкости подходов и в отличии процедур проведения экспертизы. Я знаком с опытом Швеции, Германии, Польши, Британии... Да, с 1985 года инструкция претерпела изменения. Но обратите внимание, что менялись не болезни, не состояние инвалидов и их возможности, а отношение к ним медицины! Раньше диагноз оценивали строже — теперь мягче. Возьмем понятие «резко выраженное ограничение движений». Если подходить буквально, то можно смело запрещать всем инвалидам не только автомобили водить, но и ездить в колясках. Дескать, свалится на проезжую часть — и что потом будет? Пусть лучше сидит дома: точно ничего не произойдет. Да, мы понимаем, что автомобиль — источник повышенной опасности. Но 99,99 процента аварий происходит по вине обычных водителей. По их глупости, халатности, самонадеянности и по массе других причин.

На комиссии мне, к примеру, дают динамометр: я должен выдавить усилие 20 килограммов. Не выжал — управлять не можешь. Но я же не в трактор сажусь! Никто не примет во внимание, что я один на машине проехал Европу, ездил по Брюсселю, Дюссельдорфу... Никаких проблем в дороге не возникало. Я сегодня проехал уже более 100 километров и еще столько проеду, потому что дел много. Но наши медики смотрят не на меня, а в инструкцию. Придет время, уверен, когда ее заменят другой. И кто–то после нас будет удивляться устаревшим требованиям, как мы сегодня удивляемся.

О.Бритикова: Сергей Евгеньевич, соглашусь с вами не во всем. Вы говорите о понятии «резкое ограничение движений». Не надо буквально воспринимать сугубо медицинский термин. Эти инструкции написаны врачами и для врачей. Там ведь не только «резкое ограничение», но и «значительное», и «умеренное», и «легкое». И когда врач читает эту инструкцию, он вполне понимает, о чем идет речь.

Инвалид, допустим, по общему заболеванию может водить транспортное средство категории «Б» без каких–либо ограничений и дополнений. Что касается машин с ручным управлением, то они предназначены для тех, кому группа инвалидности назначена по причине анатомических дефектов.

Отмечу, что в последнем дополнении к инструкции было учтено, что если у инвалида нет нижней трети голени, то комиссиям разрешено выдавать справку на управление автотранспортом категории «Б». Но при этом указывается, что коробка передач должна быть автоматической. То есть отсутствует сцепление. Фактически это обычный автомобиль.

М.Свистун: Раньше таких справок, насколько я знаю, не давали...

О.Бритикова:
Надо же и нас понимать! Мы находимся в достаточно жестких рамках должностных требований, которые обязаны выполнять. Когда решение оставляется на усмотрение комиссии, мы стараемся быть как можно лояльнее. Если человек действительно может безопасно управлять машиной, зачем же его ограничивать?

- Если соискатель прав получил отказ, он может его обжаловать?

О.Бритикова:
Он должен обратиться в городскую медицинскую водительскую комиссию. Она собирается 2 раза в месяц, направить сюда может председатель комиссии той поликлиники, где был пройден медосмотр.

- И часто ли комиссия принимает сторону обратившегося с жалобой гражданина?


О.Бритикова: Прецеденты бывают, но нечасто. Дело в том, что и 24–я поликлиника, и городская комиссия, и РНПЦ руководствуются одной инструкцией.

- Мы обратились в лабораторию БНТУ, которая, в частности, аттестует переоборудованные машины инвалидов. Специалисты нам заявили, что на этот счет в стране нет стандарта. Что они, дескать, обращались с предложением в Минтранс инициировать разработку таких стандартов...

М.Свистун: Для этого нужно обращаться не в Минтранс, а в Госстандарт. Существует определенная процедура: внесение в план, финансирование, собственно разработка.

С.Дроздовский: И куда уже только не обращались...

М.Свистун: С «Тавриями» и «Запорожцами» — только на них инвалиды и ездили — все было понятно. А сегодня на рынке — сотни модификаций. Имеется несколько вариантов переоборудования под разные анатомические дефекты: «две руки — одна нога», «только руки». Вариантов много, а само понятие стандарта подразумевает единообразие.

К нам в год поступает по 4 — 5 обращений, как правило, индивидуального характера. Стараемся проявлять лояльность и гибкость. Например, была просьба изучать ПДД в Минске, а вождение — в Вилейке. Мы не отказали. В конце прошлого года нам впервые принесли справку, разрешающую водить с коробкой–автоматом.

И.Костюк: Наша организация с 2004 года занималась переоборудованием как учебных автомобилей, так и личных, принадлежащих инвалидам. На экспертизу их отправляли в БНТУ либо Объединенный институт машиностроения. Заказы были индивидуальными — под физические возможности каждого, поскольку нормативов в стране действительно нет. С 2008 года мы и готовим водителей категории «В». Своими силами оборудовали автомобиль ВАЗ–2108, установив на него оригинальное устройство: можно обучать человека даже с отсутствием обеих ног. Управление сцеплением, тормозом и педалью газа переведено на ручное, но штатные педали сохранены.

- Желающих учиться много?

И.Костюк:
Много. Только всем мы помочь не в силах. Одним из препятствий стало требование вести обучение на автомобилях, оборудованных механической коробкой передач. Хотя к нам обращаются граждане с медицинскими справками, в которых указано, что они могут управлять автомобилем только с ручным управлением или автоматической коробкой передач.

- Как–то нелогично получается: сдавать экзамены в ГАИ на машине с автоматической трансмиссией можно, но обучать — нельзя.

М.Свистун: Да, согласно программам обучения подготовка на таких машинах была запрещена. Но мы разрешили — в порядке исключения. А поскольку изменение внесено уже в инструкцию, в этом году будем менять и свои программы.

- То есть можно будет уже на законных основаниях обучать вождению на машинах с автоматическими коробками?

М.Свистун: Да, людям с ограниченными возможностями при наличии медицинских показаний будет разрешено управлять автомобилем с коробкой–автоматом, и обучаться, и сдавать экзамены.

- Но почему столь долог путь к принятию очевидно логичного решения?

М.Свистун: Таков регламент утверждения программы обучения. Проект изменений нужно согласовать с 5 министерствами, получив от них только положительные заключения. Если хотя бы одно предъявит замечания, проект не проходит дальше. Если возражений нет, предстоит утверждение Правительством...

- Практика выделения государством машин для инвалидов уже полностью прекращена?

Р.Кенть: Да. Но стараемся помочь. Так, женщине из Могилева, которая обучалась в Вилейском колледже, районное управление по труду и социальной защите оказало помощь в размере 300 тысяч рублей. Комитет по труду, занятости и социальной защите добавил еще полмиллиона. Одному из витебских инвалидов выделили на обучение 700 тысяч рублей, второму — 450 тысяч...

М.Свистун: Еще в 2006 году подготовкой инвалидов занимались 4 организации. В Минске, например, Октябрьский РОСТО–ДОСААФ выпускал в год по одной–две группы. Имелись два «Запорожца», выделенные комитетом по труду и соцзащите, на них и обучали. Они состарились, их списали. Покупать новые для школы, работавшей на коммерческой основе, было накладно: работать себе в убыток никто не заинтересован. Тем не менее сегодня подготовкой инвалидов занимаются, помимо Минска и Вилейки, еще и в Кобрине, выпуская в год около 15 человек.

Нас, кстати, несколько лет назад областные управления соцзащиты запрашивали о числе инвалидов, которые нуждаются в машинах. Если мне не изменяет память, в 2007 году в очереди на приобретение автомобиля было около 450 человек, из которых в получении водительских прав нуждались примерно 150 — 180.

Р.Кенть: В прошлом году по поручению Комитета госконтроля изучался вопрос о необходимости организации курсов по обучению инвалидов вождению на машинах с ручным управлением. Были запрошены данные из органов здравоохранения... Оказалось, что в Минске справки о пригодности к управлению транспортным средством получили всего 2 человека. В Бресте и Минской области за 2010 — 2011 годы обращений не было. В Гродно — одно обращение за 2 года, в Витебске — два. Мне известно, что в Вилейском колледже страдают от недостатка желающих обучаться.

С.Дроздовский: Грустно слушать... Так получается, что нет инвалидов — нет и проблем. Говорите, нет желающих учиться? Надо не констатировать, а вдуматься, почему их нет. Инвалидов меньше не стало. Если до 2007 года машинами пользовались несколько тысяч, то и сейчас их примерно столько же. Они нуждаются даже не столько в автомобилях, сколько в возможности почувствовать себя человеком. Если не приходят учиться, то лишь потому, что сидят дома и не верят в решение проблем, которые кажутся им непреодолимыми. Как жим 20 кг...

И.Чапко: Хочу защитить врача 24–й поликлиники. Сжав динамометр, человек докажет, что у него достаточно сил. Это заносится в медицинскую карточку. И если, не дай бог, он попадает в аварию, претензии предъявят врачам, давшим положительное заключение.

С.Дроздовский: А кто определил именно 20 килограммов? Почему не 30 или 10?

И.Костюк:
Согласен. Нормы нужно пересматривать. Более того, наш опыт работы по переоборудованию машин убеждает нас, что стандарты здесь вообще не нужны. К нам обратился человек, у которого правая рука короче левой, но дееспособна. Для него тоже нужно создавать стандарт? В медицинской справке пишут: модификация автомобиля для одноруких. Решить проблему можно легко, обойдясь наращиванием рычага переключения передач. А с рулевым колесом человек справляется отлично. Если ввести строгие нормативы, мы будем вынуждены для всех применять одинаковую конструкцию органов управления, не учитывая особенности человека.

О.Бритикова:
Поймите, динамометр помогает ответить на конкретные врачебные вопросы. Сохранена ли, например, функция схвата и удержания предметов? Если сохранена, то мы обычно идем навстречу.

С.Дроздовский:
По вашим инструкциям может оказаться, что у меня не сохранена. Но я приехал сюда на машине и на машине уеду. Где правота? Я понимаю, что врачи несут ответственность за последствия принятых решений. Но скажите, сколько врачей ответили за то, что допустили к управлению алкоголиков либо склонных выпить, которые потом совершали ДТП и убивали людей? Почему к инвалидам относятся особенно пристрастно?

О.Бритикова:
Если человек страдает алкоголизмом или психическим заболеванием, то допустить его к управлению мы можем только по заключению врачебной комиссии наркологического или психиатрического диспансера, никак иначе.

- К сожалению, множество аварий совершают полностью здоровые водители, которые успешно прошли комиссии. А что скажет представить ГАИ, главной инстанции на дороге? Имеют ли инвалиды проблемы, например, при сдаче экзаменов?

С.Соловей: Мне о таких проблемах неизвестно. На экзамене человек должен показать знания и практические навыки вождения автомобиля, будь он обычным или с ручным управлением, с механической или автоматической коробкой. Инвалидам идем навстречу: на машине с автоматической коробкой они не сдают упражнение на эстакаде. В целом же, по мнению моих коллег, получивший водительское удостоверение инвалид более внимателен к вопросам безопасности и проблем на дорогах не создает.

И.Костюк: Кстати, на экзаменах в ГАИ нашу группу пропустили без очереди. В остальном — никаких поблажек. Но все наши выпускники (они сдавали экзамен на машине с механической коробкой) проехали эстакаду идеально, без малейшего сбоя. Зато из полсотни обычных курсантов, которые за нами наблюдали, это удалось немногим.

- Вернемся к вопросу, который был поставлен в начале разговора: может ли читательница с ампутированной левой кистью управлять машиной?

О.Бритикова:
Если у нее вторая рука полностью здорова, претендовать может. В самом последнем пункте водительской справки написано: «автомобиль с ручным управлением». А потом дописывается модификация: «одна рука — одна нога».

И.Костюк:
Коробку–автомат можно задействовать?

О.Бритикова:
Нет...

И.Костюк:
В том и парадокс! Смотрите, человек без левой кисти формально получит справку, что может водить машину с ручным управлением. Но фактически это запрет: нельзя одной рукой и руль держать, и передачи переключать.

О.Бритикова:
Поверьте, инструкция — это закон. Сами изменить ее мы не имеем права. Когда же будут разрабатываться дополнения, можем только ходатайствовать о внесении каких–то конкретных изменений. Готовьте предложения, обращайтесь.

- Кто может предлагать изменения?

С.Соловей: Общество инвалидов может обобщить свои предложения и направить обращение в Минздрав. А там уже будут рассматривать их целесообразность.

С.Дроздовский:
Наше общество вот уже 3 года носит эти предложения... Инструкции писались, когда об автоматической коробке никто толком не знал. Техника ушла далеко вперед, возможности ее известны всем, кроме чиновников...

И.Чапко: Нужно не просто предлагать внести изменения. Вы должны изложить в конкретной форме, что хотите изменить. Например: предлагаем пункт такой–то изложить в редакции такой–то. Тогда вас и поймут правильно.

- Пожалуй, к концу разговора мы подошли к главному. Противоречия в нормативах и некоторый их консерватизм остаются. Не будем все же забывать, что речь идет не только об удобствах инвалидов, но и о всеобщей безопасности. Но, во–первых, противоречия все более очевидны. Во–вторых, есть механизм их устранения. Важно заметить, что на все это обратил внимание, инициировал обсуждение проблемы частный бизнес. В данном случае — автошкола, где на свой страх и риск пошли навстречу инвалидам. Как сегодня выяснилось, вскоре здесь, не дожидаясь изменения инструкций, закупят современную машину с автоматической трансмиссией и переоборудуют специально для инвалидов. Хотя обучать их будут скорее в убыток. Это значит, что частный бизнес может быть социально ответственным, готовым взять на себя проблемы людей с ограниченными возможностями. А поскольку мы живем в социально ориентированном государстве, то отставать от частника не к лицу и ведомствам, от которых зависит жизненный комфорт инвалидов.

Виктор Пономарев, Иван Кириленко

Источник: sb.by

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ