Архив:

Не чувствуя себя инвалидами

Три дня назад позвонил Дягилев: «Завтра никаких дел, ты – у нас! Газете 20 лет!». Геннадий Дягилев – учредитель и главный редактор благотворительной газеты «Русский инвалид». Вернее, так. Газета основана была в 1813-м и просуществовала до 1917-го. Дягилев воссоздал ее. Да, да, в те самые лихие и бандитские девяностые, когда до инвалидов никому дела не было. Кроме них самих.

Первое, что я услышал от главного редактора, когда впервые появился в редакции «Русского инвалида»: «Наша газета – безгонорарная!» Мы договорились: будем считать мои публикации благотворительными. Несколько лет я довольно плотно сотрудничал с «Русским инвалидом». (До прихода в «Невское время» – здесь отвлекаться на побочные работы возможности нет.)

Общаясь с Дягилевым, с его верной помощницей Галиной Горошко, авторами и героями «Русского инвалида», я задумал цикл телепередач «Сильные мира сего» (вариант: «Сильные духом»), предлагал его телеканалам, но взаимопонимания не нашел. Пришлось ограничиться разовыми публикациями. О силовом гимнасте Валентине Дикуле, о легендарном школьном учителе, создателе более ста музеев Евгении Линде, о том же Геннадии Дягилеве. Накануне дня, когда я интервьюировал Геннадия Васильевича, в редакции (под полом) прорвало трубу с горячей водой. (В дальнейшем еще был и ужасный пожар от заброшенной хулиганами в окно пиротехники!) Полы частично были вскрыты – не пройти. В редакционных кабинетах парило. Одна за другой приходили какие-то комиссии, заглядывали в подпол, сочувственно кивали головами. Но редакционная жизнь продолжалась, не унимаясь звонили телефоны – чиновники, авторы, читатели, читатели, читатели…

Я имел неосторожность начать разговор с комплимента: «Геннадий Васильевич, вы – мужественный человек...» Дягилев возмутился: «Это громкие слова! Что значит – мужественный?! Я живу – как могу! И по большому счету не считаю да и не чувствую себя инвалидом. Живу как все». – «И все же…»

Геннадий Васильевич рассказал, как в три года заболел гриппом, практиканты неудачно взяли спинно-мозговую пункцию, и передвигаться без костылей он уже не мог… По окончании школы, в сентябре 1970-го, Дягилев отправился – на костылях, один! – из родной Башкирии в Ленинград, где ни родственников, ни знакомых. К большому его удивлению, в Университете выяснилось, что с подачей документов он опоздал: «Приходите на будущий год». Возвращаться домой не стал. По всему городу пестрели объявления: «Требуются, требуются!..» Стоило юноше на костылях войти в отдел кадров – «Извините, уже не требуются!» Ясно было почему. И он отправился в горисполком! Вопрос трудоустройства был решен… На дневной поступать не стал – не хотел быть от кого-либо зависимым в финансовом отношении. С поступлением на журфак особых проблем не было. Проблемы были сугубо дорожные: приходилось каждый вечер через весь город ездить на перекладных в переполненном транспорте. Затем была работа в многотиражке и на созданном им заводском радио.

Рассказал Дягилев и о личной жизни. Как влюбился, как долго раздумывал, делать или не делать предложение. Решился и услышал: «Я этого предложения жду три года!» И вот уже сколько лет живут супруги Дягилевы душа в душу. В одном только не могут найти взаимопонимания: «Тамара говорит: я – ее жизненная опора! А я считаю, что она». Рассказал, как он ремонт в квартире делал, как дачный домик построил собственноручно. Поговорили о газете. И в тот раз Геннадий Васильевич сказал, и впоследствии не раз я от него слышал: «Газету создаете вы, мои дорогие авторы! Без вас ничего бы не было!..» В какой-то степени он прав. Но вот уж точно без кого не было бы газеты, так это без Галины Горошко.

Галина Николаевна на инвалидности с 27 лет. Был двухлетний период, когда ни о какой работе и речи идти не могло. В «Русском инвалиде» вначале она занималась только компьютерным набором. «А поскольку по своей человеческой природе я очень восприимчива к чужой беде, тем более что сама через многое прошла, я не смогла ограничиться только набором, – признавалась Галина Николаевна. – Набираю письма, а у самой слезы по щекам бегут! Звонит телефон – снимаешь трубку, и незнакомый человек делится с тобой своей бедой. Так хочется ему помочь!..» Я написал и о Галине Горошко, материал тот назвал: «Чужого горя не бывает…»

Дягилев не перестает удивляться: «Гонораров нет, заработной платы нет, а штат растет. Кто к нам однажды пришел – не уходит». В этом в очередной раз я смог убедиться позавчера (все же забежал буквально на полчаса в редакцию «Русского инвалида»). За праздничным столом я вспомнил одну совсем не праздничную историю.

Однажды я после беседы, прощаясь, пожелал женщине, пережившей ужасы Освенцима: «И самое главное – здоровья!» – «Здоровье не самое главное!» – «Простите… А что же самое главное?» – «Бодрость духа!»

Владимир Желтов

Источник: nvspb.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ