Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью

Архив:

Там, где незрячих не обижают

Путешествие в Марбург, столицу немецких слепых

Католики стремятся в Рим, мусульмане - в Мекку, иудеи - в Иерусалим. У немецких слепых тоже есть своя «столица», свой центр притяжения. Это университетский город Марбург на юго-западе страны, в федеральной земле Гессен.

Первое впечатление от Марбурга - большое количество незрячих людей с белыми тростями на городских улицах. Из 80 тыс. жителей города около тысячи - инвалиды по зрению. Но дело не только в статистике. Обычно незрячие предпочитают сидеть по домам или передвигаться в сопровождении своих «глазастых» сограждан. А вот марбургские слепые - народ очень активный и самостоятельный.

«Добро пожаловать в Марбург, столицу немецких слепых» - именно так началась моя беседа с руководителем отдела по связям с общественностью Немецкого института слепых (Deutsche Blindenstudienanstalt) Руди Ульрихом. Значение для Германии этого медицинского центра (он был основан в 1916 году) столь велико, что он наделяет Марбург особым статусом для инвалидов по зрению, их родственников и друзей.

Было бы преувеличением утверждать, что все незрячие бегают, носятся по городу со своими белыми тростями. Но во всяком случае большинство их передвигаются быстрым, спортивным и уверенным шагом. Слепые дети, самостоятельно направляющиеся в магазин за покупками, в кино, бассейн, на стадион или дискотеку, особенно удивляют гостей из России.

Визитной карточкой Института слепых и его наиболее крупным подразделением является школа имени Карла Штреля (Саrl-Strehl-Schule). Сейчас в ней учатся 310 детей. 270 из них живут в интернате, они приехали в Марбург со всей Германии, а также из Австрии и Швейцарии. 40 детей каждый день приходят на занятия из родительского дома.

С 1978 года школа имени Карла Штреля отказалась от централизованного интерната. Появились «жилые группы» по восемь человек, разбросанные по всему городу. По желанию каждый учащийся может поселиться в отдельной комнате или разделить свою жилплощадь с кем-либо из товарищей. Каждую группу опекают несколько воспитателей, работающих посменно.

Дорога до учебного заведения занимает 15-20 минут, по пути приходится переходить довольно оживленные улицы. Причем учащиеся всюду перемещаются без сопровождения воспитателей.

Не опасно ли это? «Для гимназистов проводятся индивидуальные занятия по ориентированию в городской среде. После прохождения такого курса учащийся получает письменное разрешение на самостоятельные передвижения по городу. Это разрешение может касаться и всего Марбурга, и отдельных частей города», - рассказывает Руди Ульрих.

Детей, говорит Руди Ульрих, не называют «слепыми» и «слабовидящими». Обычно говорят о «плоскопечатниках» (Schwarzschriftler) и «брайлистах» (Punktschriftler). 170 детей способны с помощью различных вспомогательных технических средств различать укрупненный плоскопечатный шрифт. Некоторые из них виртуозно переходят с рельефно-точечного на плоскопечатный шрифт и обратно. 140 учащихся в силу объективных причин используют исключительно рельефно-точечный (брайлевский) шрифт.

Смешение классов имело в первую очередь социальные и психологические мотивы. Руководство школы пришло к выводу, что совместное обучение способствует созданию атмосферы толерантности, взаимопомощи и поддержки. Незрячие дети стали больше общаться с ровесниками, обладающими остаточным зрением.

В каждом учебном классе - от восьми до двенадцати учащихся. На занятиях одновременно используются и плоскопечатные, и рельефные пособия. При этом рельефных пособий по всем школьным предметам стало значительно больше. Часть из них изготовляется в самой школе, часть закупается.

Во время некоторых подвижных игр и конкурсов учителя просят слабовидящих учеников надеть на глаза черные повязки, чтобы незрячие одноклассники оказались в равном положении и не чувствовали себя ущемленными.

Учатся в школе и ученики, чей родной язык - русский. Родители Кирилла Чепурнова в 2002 году переехали из Одессы в Дортмунд. Сейчас Кириллу 20 лет. В 2012 году он завершит курс обучения в гимназии. Молодому человеку повезло. В результате лечения и хирургического вмешательства его зрение за последние годы существенно улучшилось. При рождении Кирилл обладал 10% зрительной силы. А сейчас у него уже 30%.

В Одессе Кирилл тоже учился в специализированной школе для слепых и слабовидящих. Вот его слова о различиях между двумя системами обучения: «Я думаю, в Марбурге поступили совершенно правильно, создав смешанные классы для незрячих и слабовидящих. Во всяком случае в Одессе обучение проходило раздельно. Над незрячими детьми слабовидящие ребята часто смеялись, зло подшучивали над ними... А здесь слепых учеников никто не обижает. Более того, между одноклассниками возникают приятельские, дружеские отношения».

Кирилл обратил внимание и вот на что: «У незрячих соучеников можно научиться философскому отношению к жизни, стойкости, мужеству. Эти ребята принимают свою судьбу такой, как она есть. И они довольны жизнью. У кого-то из одноклассников всего 1% зрения. А кто-то полностью слепой - и он все равно никогда не станет жаловаться».

Кирилл хочет, окончив гимназию, стать специалистом по компьютерам. Он мечтает работать в немецкой фирме в России или Украине: «Хорошо, если зарплата будет немецкой. А вот жить лучше всего на родине. Все-таки дома жизнь веселее...»

Кристина Лауфенберг - одна из 20 незрячих сотрудников Института слепых. Она преподает в школе имени Карла Штреля немецкий и французский языки, проводит индивидуальные и групповые занятия по рельефно-точечному шрифту.

«Я родилась слепой в Штутгарте в 1966 году, - рассказывает Кристина. - В шесть лет пошла в начальную школу для незрячих и слабовидящих детей. А потом меня приняли в самую обычную гимназию по месту жительства, и я училась вместе со зрячими детьми. В 1984 году, когда до окончания гимназии оставался всего один год, мне захотелось почувствовать себя самостоятельной, уехать из родительского дома... Стала ученицей школы имени Карла Штреля, поселилась в жилой группе. Я очень рада, что диплом об окончании гимназии довелось получить уже в Марбурге».

Кристина Лауфенберг подчеркивает, что в специализированной школе дети могут получить гораздо большую помощь и поддержку, чем в массовых заведениях. Кроме того, они здесь «свои среди своих». Школу по месту жительства обычно посещают всего один-два незрячих ребенка, которым автоматически присваивается «особый статус». А в специализированной школе они становятся органичной частью детского коллектива.

Придя работать в Институт слепых, Кристина познакомилась со своим будущим мужем Вильфредом, возглавляющим здешнюю медиатеку. Он зрячий. У них общее увлечение - гребля на каноэ.

Чтобы представление об Институте слепых и школе имени Карла Штреля было более полным, мне захотелось пообщаться с выпускниками этого учебного заведения. Таде Розенфельду 20 лет. Он учился в гимназии с 2001 по 2010 год. Сейчас - студент факультета психологии Марбургского университета. Родился и всю жизнь провел в Марбурге, поэтому не жил в интернате, а приходил на занятия из дома. В раннем детстве у него было хорошее зрение. Но вот уже три года, как он совсем слепой. «Можно сказать, уже привык к этой ситуации», - говорит он.

- Какие впечатления у вас остались от школы? - спрашиваю его я.

- Воспоминания самые теплые. Гимназия действительно дает возможность незрячим и слабовидящим подросткам раскрыть свой потенциал, получить необходимую помощь и содействие. Но я бы сказал, все было даже слишком хорошо.

- То есть?

- Все-таки обращение с детьми слишком мягкое. Мы здесь, честно говоря, немного все избаловались. Думаю, школе нужно обратить большее внимание на обучение практическим жизненным навыкам: убирать квартиру, готовить, стирать, гладить белье, мыть посуду. Все эти навыки незрячим и слабовидящим детям и сейчас преподаются. Но прозы жизни в школьной программе могло быть и побольше. Тогда будет легче в последующей жизни.

И еще Таде считает, что учителям и воспитателям надо больше боротьсь с блиндизмами. Так здесь называют специфические особенности поведения незрячих людей. Некоторые учащиеся гимназии приобретают типичные слепецкие привычки: качать головой, раскачивать туловище, ковырять в глазах... Наблюдая за блиндизмами, зрячие люди нередко начинают считать всех слепых умственно отсталыми. А учителя и воспитатели из деликатности не спешат делать замечания своим воспитанникам. Некоторые незрячие подростки вообще считают блиндизмы проявлением своей индивидуальности и сознательно не желают с ними расставаться. Но ведь слепые - тоже часть зрячего мира и должны делать все, чтобы зрячие воспринимали их адекватно.

Что такое Институт слепых - государственное учреждение? Частное? Региональное? Муниципальное?

Все эти предположения оказались неверными. На самом деле учредителем и собственником является общественная организация того же названия.

Кроме того, дотации на конкретные программы поступают из федерального и регионального бюджетов. Важную роль играет поддержка земли Гессен, на территории которой расположен институт. Для учащихся школы все услуги - обучение, проживание, питание, дополнительные занятия (в том числе индивидуальные), организация отдыха - предоставляются бесплатно.

Правда, это касается только граждан и постоянных жителей Германии. Если в школе захочет учиться иностранец, то родителям придется заплатить от 60 до 70 тыс. евро в год. Кроме того, ко времени поступления в школу ребенок уже должен хорошо овладеть немецким языком.

В немецком языке существует очень популярная среди незрячих присказка: «Ich bin blind, na und?» («Я слепой, ну и что?»). В этих словах - отношение немецких инвалидов по зрению к своей жизни. Мужество, несгибаемость перед обстоятельствами, оптимизм, чувство юмора.

Илья Бруштейн

Источник: ng.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ