Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

"Турецкий гамбит": работа для инвалидов

Как известно, гамбитом именуется такое начало шахматной партии, при котором в жертву ускоренному развитию приносится «материал» – обычно пешка или две. Продолжая рассказ о посещении крупнейшего в Турции Анадолийского университета, хочу остановиться еще на одном сюжете социального характера. Речь идет о стимулировании создания рабочих мест для инвалидов.

Встречаясь с представителями турецкого аналога нашей службы занятости, мы узнали, что доля людей с инвалидностью в составе населения этой страны выше, чем в России: у нас – примерно каждый десятый, у них – примерно каждый седьмой. Некоторые наши собеседники связывали этот высокий показатель с тем, что в Турции достаточно распространены близкородственные браки, а это, по их мнению, ухудшает генофонд. Но хотя граждан с инвалидностью в Турции очень много, государственная выплата лицу, которое осуществляет постоянный уход за инвалидом, равна прожиточному минимуму. Напоминаю: в России эта выплата составляет менее одной пятой прожиточного минимума.

Однако главное, о чем хотел рассказать, – это принятый в 2003 г. турецкий закон о квотировании рабочих мест для инвалидов. Согласно закону:

1) каждая государственная организация должна обеспечивать не менее 4% рабочих мест для инвалидов от численности ее работников;

2) каждая негосударственная организация с числом работников свыше 50 человек обязана создать для инвалидов не менее 3% рабочих мест от численности персонала (т.е. не менее двух рабочих мест);

3) расходы на социальное страхование работающих инвалидов (включая отчисления в Пенсионный фонд, на медицинское страхование и страхование от несчастных случаев) берет на себя бюджет, уменьшая тем самым нагрузку на организации, трудоустроившие инвалидов;

4) государство постоянно контролирует количество работающих инвалидов, обязывая каждую организацию отчитываться об их численности. В этом заинтересованы не только инвалиды и не только контролирующие органы, но отчасти и сами организации, получающие поддержку из бюджета в виде взносов на социальное страхование инвалидов;

5) любые организации (в том числе государственные), которые не исполняют закона, перечисляют штрафные деньги в аналог нашего бывшего Фонда занятости, причем эти деньги целевым назначением направляются на создание рабочих мест для инвалидов.

Вам, читатель, это ничего не напоминает? Дело в том, что примерно такая же система в законодательстве России существовала до 2005 г., однако затем была разрушена ФЗ № 122 (о так называемой монетизации). После принятия этого закона:

во-первых, показатель численности работников в организации, при которой она обязана создавать рабочие места для инвалидов, повышен с 30 до 100 человек;

во-вторых, из законодательства исключено положение об обязательных платежах в бюджет для тех организаций, которые рабочие места не квотируют;

в-третьих, под предлогом возвращения от социального налога к страховым взносам льготы для предприятий, использующих труд инвалидов, в части социального страхования постепенно сводятся на нет. Так, в этом году налоговая нагрузка на такие предприятия увеличивается сразу на 6%. Со следующего года ее обещают уменьшить всем, кроме инвалидов!;

в-четвертых, за последние годы уже новое (не зурабовское) руководство минздравсоцразвития заявляет о неэффективности квотирования рабочих мест для инвалидов. В противовес принята программа, которая предполагает вместо сборов с бизнеса, неквотирующего рабочие места, государственную помощь предприятиям, эти рабочие места создающим, в размере 30–50 тыс. руб. на одного трудоустроенного инвалида.

На наш взгляд, эта, так сказать, новая система значительно хуже старой:

– она разгружает работодателей и нагружает бюджет. Под этим предлогом нам постоянно говорят, что денег на увеличение поддержки инвалидов в государстве нет;

– 30–50 тыс. руб. на создание рабочего места для инвалида явно недостаточно. По расчетам Всероссийского общества слепых, минимально необходимая для этого сумма составляет 120 тыс. руб., а, например, затраты на создание одного рабочего места для инвалида в московском Call-центре составляли около 900 тыс. руб.;

– разовая поддержка со стороны государства позволяет недобросовестным работодателям так же быстро ликвидировать рабочие места для инвалидов, как объявлять об их создании.

Не случайно, по данным Счетной палаты, доля работающих людей с инвалидностью от общего их числа в трудоспособном возрасте в стране в послесоветское время сократилась примерно в три раза: в 1990 г. она составляла 22%; в настоящее время – лишь около 8%. Правда, программа развития, известная как «Россия – 2020», ставит задачу поднять этот показатель до 40% – как в социальных государствах Европы. Однако убежден: если современная политика не изменится в этой части (впрочем, как и во многих других) программа будет полностью провалена.

Возвращаясь к началу, замечу: в рамках нашей темы «турецкий гамбит» означает, что часть доходов турецкого бизнеса принесена в жертву интересам социального развития – созданию рабочих мест для инвалидов. С точки зрения настоящей современной экономики (а не примитивного «бухучета» в духе российского минфина) такая жертва вполне оправданна: люди с инвалидностью вовлекаются в производство, прямо или косвенно платят налоги и тем самым окупают затраты на создание рабочих мест.

Напротив, гамбит «по-зурабовски», от последствий которого Россия не только не избавилась, но твердо идет указанным тогда курсом, заключается в том, что интересы российских инвалидов (т.е. интересы социального развития) каждый раз приносятся в жертву примитивным «шкурным» требованиям крупного бизнеса (так называемых олигархов). В конечном счете это приводит и к экономическому ущербу всего народного хозяйства.

Представление об инвалидах как сирых и убогих, мягко говоря, неадекватно. Недавно я рассказывал помощнику президента РФ А.Дворковичу, что в советский период Всероссийское общество слепых оказывало благотворительную помощь… бюджету РСФСР! В виде десятков миллионов рублей перечислений ежегодно, что сейчас равно многим миллиардам. С тех пор количество работающих инвалидов на предприятиях ВОС сократилось с 52 тыс. до 11 тыс. человек. И неудивительно, что теперь организация стоит «с протянутой к государству рукой», далеко не всегда получая минимальный «кусок» бюджетного «пирога».

Расскажу историю, услышанную мною от человека с инвалидностью – многократного чемпиона мира по плаванию.

Очередные Паралимпийские игры. Соревнования по плаванию для спортсменов с нарушением опорно-двигательного аппарата. В самой сложной категории от России плывет одна лишь голова. Все стартуют, а русская голова начинает тонуть. На сочувствующий вопрос болельщиков «Вася! Что случилось? Ты же так хорошо плавал…» спасенный паралимпиец отвечает: «Три года учился грести ушами, а тут… шапочку натянули!»

Эта притча, конечно, не про спорт, но про нашу политику, в т.ч. и в отношении рабочих мест для инвалидов. Люди с инвалидностью могут многое, если не все. Им просто нужно помочь или хотя бы не мешать.

Между прочим, Турция ввела свое законодательство в отношении занятости инвалидов тогда, когда стала активно готовиться к вступлению в Европейский Союз, – как раз за полтора года до того, как Россия аналогичное законодательство отменила! Интересно, в какой союз собираемся вступать мы: быть может, в африканский?

Олег Смолин, вице-президент ВОС, первый вице-президент Паралимпийского комитета РФ.

Источник: sovross.ru