Портал №1 в России по проблемам людей с инвалидностью
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Архив:

Нереально счастлива!

Она смогла победить болезнь, обрести семью и начать дело

Когда 23-летней Ане Львовой из Архангельска врачи сказали, что у нее рак, она ответила: «Да идите вы в баню, у меня столько дел, институт окончить надо». С того момента, когда она услышала страшный диагноз, прошло больше 10 лет. За это время Аня окончила еще один институт, второй раз вышла замуж, родила сына, открыла салон красоты и магазин подарков, окончила кулинарную академию, участвовала в кулинарном чемпионате России, начала делать шоколадные фигурки…

Ее любимое слово — «нереально». «У меня нереальный муж, у меня нереальный сын, я нереально счастлива», — отчетливо говорит она. И плачет. От счастья. И от того, что все равно очень-очень страшно.

Знак беды

Беда не поскреблась осторожно в дверь, не примерилась, как бы сделать не слишком больно. Беда упала и накрыла.

Был октябрь. Она только окончила юридический факультет, уже вышла замуж в первый раз и поступила в другой институт на экономический факультет. «И вот сижу я на работе, положила руку на шею, а у меня такой волдырь большой. Я так удивилась! Вечером мы пошли в гости к двоюродному брату, он детский хирург. Пришли и я, смеясь, попросила посмотреть, что у меня. И увидела бледное лицо брата — он сразу все понял. Меня тут же положили в больницу». Через неделю пришел результат — вторая стадия, лимфогранулематоз.

«Мы бросились в Москву, думали, там лучше лечат. А потом вернулись домой». И понеслось: лечение, облучение, операция. «Были моменты, когда я ходить не могла. Но я же по гороскопу Овен и Дракон, для меня лежать нереально. В тот момент, когда меня отпускали домой, я запретила близким говорить о своей болезни. Я просто сказала себе: „Я здорова“. И все. Помню, кто-то из врачей, когда делали УЗИ, посоветовал: „Девочка, тебе доски пора сушить“. Ну и что? Ну не ходила я больше к этому врачу. Я не бросила институт, я вышла на работу. Коллеги меня очень сильно поддерживали, веселили меня, о болезни не спрашивали, отвлекали. „Если ты сядешь на больничный, тебя просто не станет. Ты должна ходить на работу!“ — так я решила для себя. У меня не было выбора».

Радоваться, несмотря на…

Когда Аня лежала в больнице в общей палате, она видела молодых, которые борются с болезнью как могут. «Это болезнь или молодых, или очень старых людей. Их на самом деле очень много. Девчонки, у которых были дети, по второму разу попадали сюда — гормональный взрыв. То есть ты вылечиваешься, а после родов можешь снова попасть. Оптимистичных людей, которые столкнулись с этой болезнью, очень много. Я таких видела. Я видела и тех, которые умирали. Их бросала семья. Не то чтобы бросала, отказывалась. И люди не понимали тогда, для чего им дальше жить. Онкология — это ведь и психологическая болезнь. Я видела человека, который шел на поправку, а через месяц его не стало. Его бросила жена. Мы ему лекарства покупали, помогали, но все бесполезно. Не все от медицины зависит. Но доктора почему-то не говорят об этом».

Архангельск — город маленький, Анна Львова — известная и очень общительная девушка, поэтому народная молва все чаще приводит к ней тех, кто не может выкарабкаться сам, кто нуждается в поддержке. Люди приходят прямо к ней на работу, в салон красоты. Аня — сильная, ее хватит на всех. Ей есть что сказать, она, как полководец, может словом людей за собой повести. Маленькая, хрупкая, большеглазая, немножко резкая и очень настойчивая.

«Некоторые говорят: не надо лечиться у докторов, народных методов вон сколько. Кто-то масло растительное стаканами пьет. Но я всем говорю: вы время потеряете. Пришла ко мне молодая женщина, у нее ребенку три года, она убита своим горем, зациклилась на нем. Я спрашиваю ее: „А ты можешь позволить себе выбирать?“ Она: „Нет“. Тогда ноги в руки и вперед — на лечение. Волосы выпадут? Ерунда. У меня был парик, я ходила как Ирина Аллегрова. На работе никто не знал, что я в парике. Зато зимой замечательно, можно без шапки ходить».

Я не инвалид

«Я не получала инвалидность. Я понимала, что если получу инвалидность, то я буду инвалидом. А какой я инвалид?» — задает она себе вопрос. Года через два после начала лечения, после трех химий и двух облучений, она снова поехала в Москву на обследование, и, как говорит, вроде все оказалось нормально.

«Мужа Андрея я загадала. Очень сильно. Прямо сидела и думала: вот бы мне такого, такого и такого, — Анна переводит дыхание и, лукаво улыбаясь, спешит уточнить: — Только надо все подробно проговорить, а то ненужные нюансы могут возникнуть». И еще будто бы спохватывается: «Он мощнее меня, у него невероятный характер. Про свою болезнь я ему сразу рассказала. Мне же запретили рожать. Но я забеременела, мы были этому очень рады. Сходила к онкологу, меня предупредили, что я могу попасть назад. Я не выбирала: зато я рожу ребенка! Сына назвала в честь своего папы — Николаем».

А до Николая была какая-то мистика. Молодые супруги договорились, что немного поживут для себя. Договорились и договорились. Но на Новый год у друзей под бой курантов и Аня, и (как он потом признался) Андрей загадали ребенка. А 15 января она уже знала, что беременна. «Нереальному сыну» Николаю сейчас два с половиной года. И год их «близнецам» — магазину подарков и шоколадному бизнесу. Шоколад — это отдельная история. Анна как-то попробовала делать шоколадные фигурки — понравилось. «А когда видишь, что любимое дело еще и деньги приносит — это же здорово! — радуется она. — Недавно из Лиона я привезла два чемодана форм. Представляете: девушка, блондинка, из Франции, где сезон распродаж, тащит чемоданы с формами?»

Напоследок говорим с Анной про обиды, про главное и неглавное в жизни. «У меня было такое раньше, когда обида на кого-то захлестывала, хотелось отомстить. А сейчас подобного нет, — рассуждает она. — Я и сейчас взрываюсь, но понимаю, что жизнь все расставит по своим местам. И верю, что когда в космос посылаешь добро, оно обязательно к тебе вернется».

Наталья Попова

Источник: trud.ru