Архив:

Её судьба - сценарий для фильма

Ребенку – Веронике Петровой не повезло, она родилась инвалидом, поэтому от малышки отказались родители. Пока решалась ее судьба, две недели пролежала в роддоме. Потом в отделении патологии новорожденных. Еще полгода провела в доме ребенка №1 города Набережные Челны, откуда девочку увезли в дом ребенка № 2 города Казани. Диагноз «олигофрения в стадии имбецильности» ребенку был поставлен медико-педагогической комиссией 11 октября 1988 года, и Веронику определили в Дербышкинский детский дом-интернат для умственно отсталых детей. О чем думали специалисты, когда отправляли в «психушку» ребенка, умеющего говорить?

- В интернате было тяжело, не буду скрывать, - вспоминает Вероника. - Меня воспринимали как умственно отсталую. Делали уколы, пичкали таблетками и заставляли спать. Я от этих препаратов чуть не умерла. Тошнота была, рвота, головокружения, то есть все признаки отравления, но выкарабкалась, и потом, когда оттуда ушла, даже задышала полной грудью, потому что я там жила как в клетке. Нас выпускали на улицу на полчаса и то только с воспитателями. Даже волосы не разрешали отращивать – стригли наголо. Я провела в этом доме 14 лет. Потом были дома-интернаты для престарелых и инвалидов в Зеленодольске и Набережных Челнах.

Больше всего Вероника жалеет, что не получила положенного по возрасту образования. В первый раз она пошла в среднюю сменную общеобразовательную школу № 65 города Набережные Челны в 22 года в 2006 году, только не в первый класс, а в восьмой.

2008 год в ее судьбе был поворотным. Из рук мэра города Вероника получила ключи от комнаты в малосемейке как ребенок, оставшийся без попечения родителей. Когда девушка переехала в свое новое жилье, в квартире не было ни газовой плиты, ни унитаза, ни даже элементарной лампочки. На свою тогдашнюю пенсию - 5221 рубль - умудрилась купить по объявлению мебель, телевизор, гардины. Ей хотелось уюта.

В настоящее время девушка оканчивает второй курс ИНЭКА по специальности менеджер организаций в социальной сфере. Мечтает работать в Министерстве труда, занятости и социальной защиты населения. Говорит, что там работают добрые люди, которые помогли начать ей новую жизнь. Вторая ее мечта - поехать на передачу «Пусть говорят» и на всю страну рассказать, как с такими инвалидами, как она, поступают.

- Если у ребенка пороки развития, это не значит, что он умственно отсталый. Врачи поставили диагноз не кошке-мышке, а мне… ЧЕЛОВЕКУ, - говорит Вероника.

Если бы он её не увидел

У Вероники первая группа инвалидности. Вместо ног протезы.

- Когда я родилась, у меня были свои ножки, - рассказывает девушка. - Их мне удалили по необходимости. Первоначально на одной ноге был один палец, как морковка, на второй сразу шесть. Начала ходить в год и четыре месяца, но ходила только на коленках. К коже грязь прилипала, стекла впивались, камешки, а сзади ножки маленькие, как у инопланетянки болтались. То есть у меня туловище росло, а ноги от коленного сустава – нет.

Вероника могла всю жизнь простоять на коленях, а вернее проползать. На ее счастье однажды в Дербышкинский детский дом-интернат для умственно отсталых детей приехал начальник отдела медико-социальной экспертизы Министерства труда, занятости и социальной защиты РТ. Его повели по палатам. В 11 группе, там, где жили «ползуны», внимание мужчины привлекла маленькая девочка, которая находилась в центре зала. Он встал перед ней на колени и спросил:

- Как тебя зовут, девочка?

- Вероника. А вас как, дяденька?

- Наиль Гинусович Мадеев.

Ходить по другим палатам Наиль Гинусович не стал. Спешно простился с персоналом, и направился к машине. Вероника все это помнит, потому что смотрела в окно, она вообще всегда была очень наблюдательной. Мадеев, как потом рассказали Веронике, сразу поехал в центр реабилитации инвалидов, а потом и в институт травматологии. «Я был в детском доме, увидел маленькую беззащитную девочку, можем ли мы ей помочь? – задавал специалистам он свой вопрос. Через три дня Мадеев вернулся в детский дом и не один.

Веронике после этого не раз говорили: «Если бы он тебя там не увидел, тебя бы затоптали и запинали». Наиль Мадеев принял непосредственное участие в судьбе ребенка.

В 1999 году из Астрахани приехали врачи. Специалисты после долгого общения первыми сказали девочке: «Ты не должна здесь жить». Имелось в виду – рядом с умственно отсталыми. Потом Веронику возили в Астрахань на обследование и дали разрешение на операцию. Сначала убрали одну конечность, через неделю вторую. Еще полгода девушка сидела в коляске. Потом год училась ходить на протезах.

На протезы врачи Веронику поставили. Пальцы на руках трогать не стали, наверное, не решились, чтобы не сделать хуже. От рождения на одной руке у Вероники три пальца, на второй - четыре, некоторые пальцы искривленные. Сейчас девушка готовится к операции на руки. Тогда непослушные пальцы смогут выполнять все бытовые функции и на вид будут, как у всех. На операцию нужны большие деньги. Помочь Веронике просто некому!

Что такое материнская любовь, узнать не довелось

Родителей Вероника Петрова нашла в 14 лет случайно. Попала в РКБ с аппендицитом, врач на прикроватной тумбочке забыл историю болезни. Любопытная девочка начала читать и увидела адрес родителей, проживающих в Набережных Челнах. Письмо девочки отправила соседка по палате. Это было седьмое послание Вероники родителям, до этого их сочиняли воспитатели, но все оставались без ответа.

После больницы Вероника вернулась в детский дом, а через неделю, перед 1 сентября 1998 года к ней пришли две женщины. «Я твоя мама», - сказала одна из женщин. Вероника заплакала, полились слезы и у второй женщины, которая оказалась родной тети. Мать не плакала. В январе девочка впервые увидела отца: высокого, здорового, симпатичного мужчину. Отец обещал Веронике, что заберет ее, но не успел, в конце года погиб.

Причину, по которой оставила свою дочь в роддоме, мать объяснила тем, что ее обманули врачи. Сказали, что ребенок не выживет, попросили оставить на обследование, если что, они, мол, позвонят. Не позвонили. Вероника думает, что врачи ее родителей просто пожалели, нелегко им было бы воспитывать ребенка с диагнозом: «Врожденные уродства, пороки развития верхних и нижних конечностей». Уродство конечностей передалось по наследству: у отца на одной руке - три пальца, у старшего брата Вероники - на одной руке четыре пальца.

- Мне больше всех досталось, - с грустью в голосе говорит Вероника, но на родителей она не в обиде. Виновата природа…

С момента первой встречи матери и дочери прошло 13 лет. Сейчас встречаются редко, хотя и живут в одном городе.

- Мама предлагает в мою комнату прописать сына, а меня обещает прописать в свою четырехкомнатную квартиру после приватизации, - рассказывает девушка. Вероника понимает, что родных интересует только ее жилье и пенсия, поэтому в последнее время на звонки матери не отвечает.

Нина Файзерахманова

Источник: poleznayagazeta.ru

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ